— Так эта вонючая смесь…

— Да. И вовсе она не вонючая, — Кай насупился и продолжил мазать себя.

Прошло чуть больше часа. Эона сварила суп и разлила каждому в миску. Вышло весьма хорошо, хоть сама Избранная и сетовала, что времени приготовить нормально не хватило. После они собрали стоянку и двинулись дальше.

— Вы чувствуете от него энергию? — Кай подошёл к охотнику, который шёл впереди и то и дело поправлял меч Торна. Тот казался Саргону неудобным и неуместным в его арсенале.

— Нет. А должен?

— Ну, поначалу я тоже не чувствовал. Потом начал ощущать потоки энергии. — Кай задумался. — Как от паприки. Когда вдыхаешь её… Наверно…

— Возможно, это из-за того, что ты был связан… — Саргон прикусил губу, но увидел, что Кай на это не реагирует. — …а у меня связи нет. Проклятье. Надо вернуть демоническое оружие. Слишком привык к нему.

Парнишка усмехнулся.

— А ведь было время, когда ты не хотел к нему даже прикасаться.

— Да. С ним связано не лучшее воспоминание. К тому же раньше я думал, что заражение было из-за него.

«А оказалось, оно было во мне давно, надеюсь, когда встречу Заира расспрошу», — уже про себя додумал Саргон.

Оба замолчали. Саргон посмотрел на правую руку.

— Мы разберёмся, — сказала Эона.

Она нагнала идущих впереди. Только сейчас Саргон заметил, что она немного разрезала штанины, и те свободно болтались. Рукава рубашки она тоже разрезала, но закатала, чтобы не мешались.

Начинало смеркаться.

Талина прыгнула на очередную ветку и тут же соскользнула с неё. Сил не осталось.

— Ты что? — спросила она себя мужским голосом.

— Не видишь? Устала. Это ты сидел и смотрел, а я сражалась…

— Громко сказано… сражалась. Тут есть деревня. Перекуси.

— Фу… Не люблю я их есть…

— А у тебя есть выбор?

Кай махнул рукой, взбираясь на холм. Вид у него был встревоженный, и охотник поспешил следом. Впереди что-то горело.

Это была деревня. Последняя перед большими городами. Лаир.

Она была в огне.

— Не успели! — Саргон сжал кулак.

— Держитесь! — Эона встала между охотником и его учеником и коснулась их.

Вспышка.

Лаир горел.

Не так, как горят дома от случайного огня — медленно, с дымом и криками соседей, пытающихся помочь. Лаир горел весь сразу, будто кто-то плеснул масло на всю деревню разом. Пламя стояло сплошной стеной: оранжевое внизу, чёрное наверху.

Троица появилась на краю деревни. Дорога уходила вниз, к центру, и оттуда Лаир был как на ладони. Охотник отметил про себя: место Эона выбрала не случайно. Но говорить времени не было. Саргон машинально выхватил ункидский клинок и Грозу, быстро осматривая улицы.

— Там, — сказал Кай.

Он достал Иней и указал в центр деревни.

— Помогите выжившим. Потом ко мне.

Что-то двинулось вперёд. На первый взгляд огромное и бесформенное, но с каждым шагом становилось понятнее: сам враг не такой уж большой. Рост ему добавляли щупальца. Талина ныряла между горящими домами, появлялась то здесь, то там, и всякий раз, где бы ни возникала, раздавались крики — короткие, обрывающиеся слишком быстро.

Саргон бежал со всех сил. Несколько раз споткнулся, но устоял.

«Всё как тогда… Проклятые твари!»

Талина стояла над телом и ела быстро, жадно, как зверь, который знает, что его могут прервать. Услышав шаги, подняла голову. Лицо было забрызгано кровью. Глаза сначала испуганные, потом сразу холодные.

— Ты нашёл нас, — сказала Талина. — Хорошо. Мы как раз заканчивали.

— Отойди от него.

— Ему уже не помочь. — Она выпрямилась, вытерла лицо рукавом балахона и отбросила тело в сторону. — Но ты молодец. Быстро…

Она не договорила. Саргон метнул ункидский клинок. Обречённая лениво отбила его щупальцем, но на это и был расчёт. Охотник уже оказался рядом и со всего размаху ударил Грозой.

Талина оттянула себя назад щупальцами, глубоко вогнав их в землю, и чуть приподнялась.

«Она быстрее, чем была».

— Давай поговорим, прежде чем будем резать друг друга? — произнесла она грубым голосом. Не таким, как раньше.

— Нам не о чем говорить с тобой, убийца.

— Мы не убийцы! — выкрикнула Талина, а потом добавила уже грубым голосом: — Ты обвиняешь нас, но забываешь, кто устроил Чистку. Кто сделал из Первых жалких марионеток.

— Точно не эти люди. — Саргон сжимал клинок Торна и медленно отступал к тому месту, где лежал ункидский клинок.

— Да, не они. Но никто за нас не вступился. Мы ведь хотели помочь вам… Когда Завоеватель…

— Урок истории? — Саргон медленно поднял клинок с земли. — Поверь, у меня есть подруга, которая обожает истории. И я хорошо знаю, что было раньше.

— Он не будет слушать… Не сейчас. Сломай ему ноги и руки, — голос снова стал мужским. — Так заставим слушать…

Словно по команде Талина резко полетела вперёд. Щупальца ударили с двух сторон.

«Их тоже стало больше. Проклятье… И держится выше, чтобы я не достал».

Саргон отпрянул назад, уходя от одного щупальца, потом пригнулся, пропуская другое над головой. Третье ударило сзади. Беловолосый успел выставить чёрное железо, но от силы удара его протащило вперёд, навстречу новому щупальцу из тёмной пелены.

Удар пришёлся плотно, прямо в живот. Саргон едва не выронил оружие, но в последний момент успел увидеть, как по ногам летит ещё один удар.

Короткий прыжок.

Охотник метнул ункидский клинок в Талину. Та отклонилась в сторону, прикрываясь щупальцами, и круто развернулась, подтягивая себя вперёд.

Иглы Света.

Саргон выпустил три прямо в щупальца, которые обречённая использовала как опору. Те рассеялись.

«Спасибо за эту силу, Эона».

Талина упала ниже, хоть и успела оставшимися щупальцами вцепиться в землю. Но охотник уже был рядом и рубанул её в основание шеи.

Обречённая схватилась за клинок руками. Из пальцев начала сочиться кровь.

— Анилат!!! Браааааат! — закричала Талина навзрыд, кашляя кровью.

Охотник надавил на клинок, стараясь прорезать шею, но не смог сдвинуть его.

— Ну хватит тебе… Я займусь им, — проговорила она уже другим голосом.

Щупальца медленно исчезли, словно Талина впитала их обратно. Тело затряслось и раздулось, будто внутри что-то задвигалось.

Саргон попробовал вытащить меч, но тот словно застрял в камне. Охотник выпустил рукоять и отскочил в сторону.

Талина согнулась пополам.

Тело переламывалось не так, как ломается кость, а как переливается вода из одного сосуда в другой. Округлые формы вытянулись. Рост прибавился почти на голову. Плечи расширились. Когда фигура выпрямилась, это была уже не она.

Мужчина. Длинный, поджарый, с тем же бледным лицом, что у Талины, но с другим выражением — острым, внимательным, без её раздробленности. И безумным, словно убийца, сидевший в темнице, наконец получил свободу.

Он вытянул меч из шеи и бросил его к ногам Саргона.

Обречённый вытянул руку, и в ней сформировался топор с длинным лезвием почти во всю рукоять. В правой он сжимал рукоять демонического меча.

— Ну что ж, сброд, — сказал Анилат. Голос был ровным. — Сестра слишком мягкая. За то, что ты ранил её, тебе придётся ответить. Убивать тебя нельзя, но нам не сказали, что вести тебя нужно полностью целым.

Он зажёг клинок. Лезвие вспыхнуло так ярко, словно попало в руки истинного владельца.

Анилат сделал шаг вперёд. Всего один, но будто сразу покрыл четыре, что отделяли его от охотника.

Удар сверху демоническим мечом оказался настолько мощным, что Саргон невольно опустил клинок ниже, чем нужно. Фиолетовое лезвие выбило сноп искр и прошло дальше, рассекая плечо.

«Проклятье… В руке словно звон…»

Охотник сделал шаг назад, показал ложный выпад. Когда обречённый повёл оружие в ту сторону, беловолосый крутанулся и с силой ударил ногой в корпус.

— И всё? — Анилат стоял словно высеченный из камня и с недоумением смотрел на ногу противника. — Скучно. Насколько я знаю, ты уже сражался с Заиром.