— Это наблюдение, — Торн уже смотрел на Кая. — Мечи не прижимают к себе, словно новорождённого ребёнка. Поверь, это лишь порочит память…
Кай обомлел. Его глаза расширились, и он неуверенно отвёл свёрток с мечом в сторону.
— А ты, — Торн остановил взгляд на Саргоне. Смотрел дольше, чем на остальных. — Проблема на проблеме. Я уже получил весточку от вашего сюзерена…
— Много хорошего написано, я уверен, — сухо сказал Саргон.
— Он написал, что ты непоследователен, — Торн развернулся и пошёл в дом. — Заходите. Есть суп. Обувь снимайте.
Все молча смотрели на дверь, за которой исчез старик. Саргон двинулся первым, за ним остальные. Дом оказался таким же скромным внутри, как и снаружи. Мебели было мало. Судя по пням, стоявшим у стола, Торн приволок их сюда лишь утром. Большая печь, обеденный стол, кухонный стол, один стеллаж с книгами и одна кровать, вот и всё убранство.
Суп был простым и горячим. Ели молча. Торн не располагал к разговорам за столом. Лия несколько раз пыталась начать беседу и каждый раз натыкалась на короткий взгляд старика, после которого слова как-то сами собой исчезали. Она поела со всеми, а к вечеру отправилась дальше, оставив троих со стариком.
После отъезда Лии он выставил всех во двор.
— Завтра с рассвета, — сказал он. — Кай отдельно. Саргон отдельно. Позже богиня к тебе присоединится, пока пусть смотрит.
— Я не просто смотрю! — возмутилась Эона.
— Смотришь и запоминаешь, — поправил Торн. — Это тоже работа. Не каждая битва выигрывается мечом.
Эона засопела, но промолчала.
«С ним будет тяжело. Если он сумел заткнуть даже Эону… Но это сейчас неважно. Если он действительно сможет чему-то научить, я буду стараться.»
Саргон понимал, что он слаб. Слишком слаб, чтобы сражаться с угрозой уровня Заира. Он вновь и вновь возвращался к тому сражению, размышляя, не зря ли отдал кольцо тому, кто не был ни врагом, ни союзником. Однако когда наступило следующее утро, мысли улетучились.
Тренировка началась на следующий день. Старик протянул охотнику деревянный меч. Оба стояли за домом. На скамейке сидели Лия и Кай со свёртком меча.
Торн держал левую руку ближе к себе, слегка сгибая её.
«Это будет не слишком честно. Надо быть помягче», — решил Саргон.
Эту мысль разнёс первый же выпад. Точный и быстрый. Охотник отшатнулся, едва успев его отбить.
— Вот и проблема с первого же выпада… — пробурчал Торн и тут же нанёс ещё два. После ушёл в сторону и ткнул концом деревянного меча в пальцы Саргона, заставляя выпустить оружие. — Ты сражаешься инстинктами. Вижу, что кто-то пытался тебя учить, но либо был плох, либо не успел…
— Не успел, — буркнул Саргон, начиная закипать.
— Ага. Из сообщений, что я получил, ты раньше сражался только с обращённой дичью. Смелости тебе не занимать. Однако эти навыки бесполезны, когда сражаешься с теми, кто умеет соображать…
Саргон побледнел. Хотел объяснить старику, что есть животные поумнее людей, но ничего не сказал. Только кивнул.
— Помимо этого, я вижу, что тот, кто тебя обучал, и сам был неумелым. Тот, кто учил тебя, сам, видно, учился на ходу. Наверное, хороший был человек. Жаль, что не успел научиться…
Саргон поднял тренировочный меч и ещё сильнее побледнел.
— Ну и, скорее всего, помер так же неумело…
Охотник атаковал с яростным криком. Старик ушёл в сторону и подсёк ему ногу. Саргон рухнул лицом в лужу, но тут же вскочил.
— Ярость — худшее решение. — Торн развернулся и снова подсёк его, толкнув кончиком меча назад.
Саргон опять упал и тяжело задышал.
— Успокойся. На сегодня с тебя хватит, — Торн помог ему подняться. Без опаски, словно не боялся, что охотник может продолжить атаковать. — Человек в ярости, слепой человек.
Саргон выдохнул и двинулся к скамейке, ему стоило титанических усилий сдержать себя. Эона некоторое время смотрела на него, потом опустила глаза.
— Теперь ты, парнишка…
Кай вышел вперёд, удерживая меч в свёртке. Торн молча протянул руку. Парень аккуратно снял тряпицы и подал оружие рукоятью вперёд. Старик взял его так неумело, словно никогда раньше не держал в руках, и уронил в ту самую лужу, где минутой раньше лежало лицо Саргона.
Кай рванулся к мечу. Старик нарочно наклонился и толкнул его плечом. Парень упал, кувыркнулся в луже, не смог сразу подняться и пополз к оружию. Когда его рука коснулась рукояти, старик наступил на неё.
— Встань. Я, конечно, слышал, что сундарийцы похожи на животных, но чтобы настолько…
Кай поднялся. Эмоций на лице не было, но взгляд от меча он не отрывал.
— Что с тобой? Думаешь, она что-то чувствует? Это всего лишь железка…
— Она отдала свою жизнь…
— Значит, глупой была твоя богиня, если пожертвовала жизнью ради вас, — старик покачал головой. Поднял меч и нарочно повёл лезвием по земле, отбивая кончик о камни.
— Верни, — коротко сказал Кай.
— Заставь меня. У тебя нет ни мышц, ни силы. Что ты можешь сделать?
Кай попытался схватить старика за ногу, но тот лишь отошёл в сторону и пнул мальчишку под зад.
— Так не годится. Она хоть красивой была?
Парень снова молча бросился вперёд. И снова неудачно. Старик был слишком опытен и, несмотря на возраст, сохранил силу и мастерство.
— Зачем он тебе?
— Это часть её…
— Ахахах. Глупый мальчишка. Смотри, — Торн с силой ударил лезвием о камень. — Видишь?..
Он не успел договорить. Отвлёкся. Кай оказался рядом и с силой ударил старика по челюсти. Тот отшатнулся на пару шагов и выронил меч, который тут же был подобран.
— Хм. Уже лучше, — Торн смотрел на Кая. — На сегодня хватит, я увидел с чем работать. Подумайте о том, что увидели в себе.
— Вы слишком грубый! — выкрикнула Эона. — Так нельзя! Вы не знаете, что мы пережили!
— А ты не знаешь, что пережил я, девочка, — Торн выделил последнее слово. — Я спокойно жил, а теперь должен обучать травмированных парней и неумелую богиню, которая не видит и не понимает своего потенциала.
— Всё я понимаю, — Эона потупила взгляд. — я могу наделять оружие силой! Кидать иглы света! Переносить людей могу!
— И это все? Переносить людей с места на место? Тогда любой возница мог бы зваться Избранным Света!
Эона покраснела.
— Ты видишь, но не участвуешь, оставляя всё другим. Так ты не вырастешь. Всегда будешь в тени, а ты ведь свет.
Торн ушёл похрамывая в дом, оставив всех в раздумьях. Саргон сидел какое-то время смотря на землю, потом резко встал и отправился прогуляться в город. Эона пошла за ним, машинально, не зная, что делать дальше, слезы она сдерживала из последних сил. Кай остался там же, на поле, сжимая свой клинок.
Он смотрел на синее лезвие и впервые за всё это время заплакал. Беззвучно. Слёзы словно лились сами по себе.
— Я не смог ничего сделать… Прости меня, Сона. Я хотел… Я…
Слова застряли в горле, и он просто замолчал. Всё, что копилось, разом вывалилось наружу. Слезы полились сами, он прижал клинок к себе не боясь порезаться. Так продолжалась пару минут.
Он осёкся, когда увидел Торна, стоявшего рядом с двумя кружками, от которых поднимался пар. Старик подошёл тихо, почти бесшумно. Если бы парень не поднял взгляд, Торн так и остался бы незамеченным.
— Возьми. Это мятный чай с малиной. Поможет прийти в себя.
Кай принял кружку и отпил. Легче не стало. Горячий кипяток обжёг язык, но парень молчал.
— Когда убили моего избранного, я горевал почти год. Пил, дебоширил. А что хуже всего, таскал это с собой, — он мотнул плечом, достал длинный свёрток и протянул его Каю.
Кай отложил кружку и нерешительно взял свёрток. Раскрыл его и ахнул. На коленях лежал изысканный меч с ярко-синим лезвием, по которому шли белые линии, словно разряды молний в небе. Клинок Души.
— У вас тоже был Избранный?..
— Мне было лет пятнадцать, когда на турнире в Пайке я сумел одолеть всех рыцарей. Боги, как же я был силён тогда. Король в тот же день даровал мне высший ранг рыцарства, и мне дали Избранного. Он был чуть старше той, что сейчас путешествует с вами.
