– Да, – согласился Боб. – Я подходил к этому. Он принес бы его сюда, чтобы показать – стреляли внутри дома. Сам он ведь в момент выстрела был снаружи. И чтобы совсем уж исключить подозрения против себя, он организовал для вас идеальное алиби. Как вы говорили, весь тот вечер вы играли в карты. Это ведь было необычно, не так ли?

– Да. Я любил играть, но Джастин играл редко.

– Теория довольно шаткая, – заметил Боб. – Но, если мы сможем укрепить ее, то, думаю, вы увидите, что вам достается вовсе не роль «орудия А», вместо этого вы должны были подтвердить алиби Джастина. Теперь у нас остаются ваши слова о том, что во время стрельбы вы с Джастином были у себя дома, и по пути в наш дом вы не встречали никого, кто мог бы передать ему револьвер. Но револьвер мог быть припрятан в некоем укромном месте, чтобы тем вечером Джастин смог в одиночку подобрать его по дороге сюда. Можете припомнить, не наклонялся или не спотыкался ли он, пока вы шли сюда?

– Думаю, нет. Я не заметил. Я был взволнован. Хотя мне было интересно, мог ли кто-нибудь незаметно выйти из дома. Помните, Саллиэнн, да и вы сами, говорили, что французское окно было заперто изнутри.

– Угу, – ответил мистер Лаки, – так они говорили. Но я думаю, что с учетом поднявшегося переполоха, кто-то мог довольно легко выскользнуть из холла. Если он был тих как мышь, то мог затаиться в дальней части холла, пока слуги и все остальные не прошли на террасу, а затем выскользнуть через кухню. Насколько я могу припомнить, никто не обращал внимания ни на кого, кроме Джералда.

– Выстрел не мог быть сделан из холла, – настаивал Боб. – Он был со стороны французского окна. Оно, должно быть, было открыто – это наверняка. А после кто-то неосознанно закрыл его. Саллиэнн могла сделать это, пока была у телефона. Она это отрицала, но…

Мистер Фисби прекратил тереть нахмуренный лоб и посмотрел на Боба:

– Никто не может уверенно говорить о подробностях, произошедших в такое время. Я никак не могу вспомнить, была ли у Джастина возможность подобрать спрятанный где-то револьвер по пути сюда. И нужно не забывать о втором револьвере.

Боб и мистер Лаки заговорили, перебивая друг друга:

– Я вам об этом говорил.

– Мистер Фисби, мы о нём знаем.

– Рода услышала шум внизу, – продолжил Боб, – она забежала в папину комнату и схватила его старый револьвер – полагаю, для самозащиты, хотя и для того, чтобы проявить отвагу. Когда пришел папа и увидел, что она сжимает револьвер, он пришел к выводу, что стреляла она. Отобрав у нее оружие (совершенное безумие с его стороны), он спрятал его под ковер, где Ив впоследствии и нашла его.

– Кто тебе об этом рассказал? – спросил мистер Лаки.

– Сама Рода.

– Мне просто интересно, – пояснил мистер Лаки и сглотнул.

– Но это всё не сходится, – заметил мистер Фисби.

– Да, – согласился Боб. – Но, думаю, его могли и принести. Знаете, я подумал… За последние три недели Саллиэнн трижды находила предлог заглянуть к нам и задержаться в холле, позвав туда семью. В первый раз у нее были игрушки Виктора. Дядя Базз, помните? Тем вечером мы с Джералдом были на террасе, а вы присоединились к нам как раз за минуту-другую до ее прихода. Во второй раз Виктор был одет девочкой. Не знаю, была ли у нее в тот раз причина задержаться в холле?

– Она задернула занавески в гостиной и заставила Виктора позировать на их фоне, – кивнул мистер Лаки.

– Верно. Она приходила ещё раз. Джералд с Ив были на террасе, но ушли оттуда в комнату тетушки. А вечером в понедельник Саллиэнн пришла в холл с щенками. Мистер Фисби, вам, случайно, не известно, знал ли Джастин об этих визитах?

– Нет. Он знал, что она приходила сюда в понедельник вечером, но знал ли он о щенках, мне неизвестно. Саллиэнн сказала нам, что собирается на минутку заскочить к Декстерам. Джастин попросил ее позвать Роду – тогда мы смогли бы сыграть в бридж. Саллиэнн рассмеялась. Она всегда смеялась, теперь, без нее, дом словно опустел. Отсмеявшись, она добавила: «Мою прекрасную соседку? Наверное, я лучше позову Боба».

– Джастин ведь не ревновал ее к тебе, Боб? – спросил мистер Лаки.

– Я не нравился Саллиэнн, – ответил Боб. – Пару раз я пытался улыбнуться ей – хотел подразнить Ив. Но Саллиэнн со мной никогда не заигрывала. Нет, это исключено. Кроме того, если учесть наше местоположение в комнате, нельзя и говорить о случайном выстреле не в ту цель. Помните? Я показывал вам, где мы находились. С расстояния в десять футов ни один парень не промахнется.

– А женщина? – заметил мистер Лаки.

– Что вы имеете в виду? – резко спросил Боб.

– Ничего, – ответил мистер Лаки, ведь он всего лишь высказал свое мнение о женщинах. Но поскольку ему показалось, что от него ожидается более развернутый ответ, он продолжил размышлять: – Никак не могу понять: в городе полным-полно оружия, но кто-то рискнул прокрасться в комнату Боба, чтобы взять именно его пистолет.

Отошедший к окну Боб обернулся, протяжно произнёс «Черт возьми!» и улыбнулся той улыбкой, что не нравилась мистеру Лаки.

– В чем дело? – бросил тот.

– Стало интересно, приходила ли кому в голову следующая мысль. Мы предполагаем, что целью было застрелить Джералда. А я был там случайно. Мы думали о том, кем мог быть враг Джералда, но остановились. Не кажется ли теперь, что выстрел в Джералда был нужен для того, чтобы обвинить меня в убийстве брата?

– Чепуха! – яростно возразил мистер Лаки. – Нет! Я как-то говорил Джералду – вредно бесконечно думать обо всем этом. Наши мысли постоянно вертятся вокруг да около… и они сбиваются с пути. На какую-то кривую дорожку. Возможно, Рода не так уж неправа, говоря о том, что зло порождает зло. Но я начал говорить о том, что люди убивают других людей, когда на них что-то находит – помутнение сознания или вроде того. Или под влиянием сильной страсти, соблазна и так далее. Но никто не планирует убийство одного человека только для того, чтобы доставить неприятности другому человеку. Так… так…

– Так не делается? – предположил Боб. – Возможно. Мистер Фисби, а что думаете вы? Кажется ли вам правдоподобной эта новая версия?

– Думаю, что вы – единственный человек, который может ответить на этот вопрос. Если вы смогли вызвать у кого-то настолько сильную ненависть, что этот человек пошел на подобное, то вы знаете об этом. Если здесь есть человек, который не удовлетворился бы, просто убив вас, и предпочел вместо этого подвергнуть вас тяготам тюрьмы, суда и казни – вы знаете об этом. Разве что… – мистер Фисби запнулся, а затем неуверенно продолжил: – Разве что… я и позабыл, что Джералд был лишь незначительно ранен.

– Это никак не противоречит моей версии, – слишком быстро заявил Боб. – Никак. Как говорил дядя Базз, все это просто абсурдно – это просто результат разгулявшейся фантазии.

– Мой мальчик, тогда ты должен либо полностью бросить все, либо принимать выводы по мере их появления. По крайней мере, рассматривать их достаточно подробно, прежде чем отвергать их. Меня уязвили ваши слова, когда вы только что обвинили мою детвору. Они ведь не могут сказать что-либо в свою защиту. Но я позволил вам продолжить, ведь ваше собственное положение принуждает вас к такой настойчивости. Вы уверены в невиновности собственной семьи, а я столь же сильно верю в невиновность Саллиэнн и Джастина.

– Мистер Фисби, извините, но я сомневаюсь, – сказал Боб. – Будь вы уверены в невиновности Джастина, то не боялись бы за себя. Вы знаете, что он все время был с вами. Но вы не знаете (и полагаю, это тревожит вас), брал ли он мой револьвер и передавал ли его какому-то соучастнику.

– Я боюсь ошибок. Правды я не боюсь.

– И я с вами полностью согласен, – ответил Боб.

– Тогда почему вы отказываетесь признать хотя бы вероятность того, что кто-то из ваших знакомых хотел устранить вас хотя бы на время? Этот кто-то мог и не хотеть, чтобы вас повесили, может, ему было достаточно, чтобы вас упекли в тюрьму?