Он сказал эти слова, будто репетировал их каждый день. Было завораживающе наблюдать, как он контролирует свои эмоции, но его глаза горели отчаянием и яростью.

Он хотел, чтобы я ушла, иначе он взорвётся.

Он хотел, чтобы я ушла, потому что я была близка к тому, чтобы разорвать его на части.

Он хотел, чтобы я ушла, потому что знал: мне плевать, если я сожгу его, лишь бы спастись от этой одержимости им.

— Извините, Даниил Викторович. Надеюсь, вы простите меня за моё поведение. Хорошего вечера!

Я ответила с ухмылкой и вышла из его кабинета.

Чувствовать себя той, у кого есть вся власть, — это прекрасно. Власть сохранять или разрушать.

И на этот раз я собиралась разбить всё вдребезги.

Урок 8.

Урок 8.

Жить двумя жизнями — единственный способ удержать хрупкое равновесие над пропастью безумия.

После долгого ужасного дня я меньше всего хочу находиться в собственном доме. Здесь душно, я чувствую себя чужой. Иногда я думала о побеге, но сейчас это не выход. Мне для начала надо найти постоянную работу, а потом уже сбегать из дома отца и его жены.

Одна из причин, по которой я не хочу оставаться дома, — моя мачеха. Её голос меня просто душит. Поэтому я использую любые предлоги, чтобы сбежать из этого ужасного места.

Светлана, наверное, хорошая женщина, я не очень-то хорошо её знаю. Но она параноик, и я знаю почему. Ей нужно знать, где находятся все, особенно я. Я также знаю, почему она такая. Всё из-за той женщины, которая до смерти её пугает.

Моя мама.

— Куда ты, Саш? — услышала я её раздражающий голос, как только ступила за порог. Остановилась и обернулась. Я всегда готова к таким ситуациям. В ответ мой язык автоматически начинает лить мёд и ерунду.

— Мне нужно подготовить расчётную работу по методам оптимизации, мы собираемся у одного из ребят с курса, это всего в паре остановок отсюда. Я пойду пешком. Буду через пару часов.

С улыбкой, от которой уже болели челюсти, я вышла из дома и, как только свежий воздух коснулся лица, улыбка исчезла. Ей не нужно знать, что у меня нет друзей. Интересно, догадывается ли она, что у меня никого не осталось. Что я одинока по своему выбору, но иногда мне так хочется компании, человека, который бы меня понимал.

Иногда я ненавижу женщину, разрушившую мою семью. Света никогда не сможет заменить мою маму, даже если мой отец думает иначе. А может, это моя мама была её заменой. Это так сложно. Я не хочу другую мать, но и свою собственную тоже не хочу.

Зазвонил телефон, и я, даже не глядя на экран, нажала зелёную кнопку, зная, кто звонит. Антон умеет вести дела — он невероятно настойчив. Он будет донимать тебя, пока ты не сделаешь то, что ему нужно.

— Успокойся, Антон. Я уже еду в клуб.

Я отошла от дома на пару кварталов, чтобы поймать такси, и одна машина как раз проезжала мимо. Я зажала телефон между плечом и ухом, пока объясняла водителю адрес. Он странно посмотрел на меня, когда я назвала клуб на Рубинштейна, но без лишних вопросов повёз меня туда. Хорошо, что он не лезет не в своё дело.

Когда я устроилась в такси, в ухе раздался твёрдый голос Антона: «Ты нужна мне здесь максимум через десять минут. Скоро начало смены. Девочки уже все на взводе, потому что я уже объявил, что ты возвращаешься. Ты наверняка думаешь, зачем я пошёл на такой риск? Потому что я знал, что смогу тебя уломать. Быстро приезжай».

Голоса на заднем плане были такими громкими, что мне пришлось прижать трубку к уху и закрыть другое ухо рукой, чтобы разобрать слова Антона. Он повесил трубку, и я сразу же удалила запись звонка. Если телефон снова отберут, я не хочу, чтобы кто-то рылся в моих сообщениях и звонках и нашёл целый список из звонков подобного типа.

Я вошла в клуб «Делюкс» через чёрный вход и сразу же натолкнулась на взволнованного и вспотевшего Антона. Он выглядел настолько напряжённым, что казался на десять лет старше, почти на сорок. Ему пора бы в спортзал или хотя бы начать заниматься своим здоровьем — я видела по его лицу, насколько нездоровый образ жизни он ведёт.

Увидев меня, мужчина облегчённо выдохнул, и я помахала ему рукой. Я направилась в гримёрную, чтобы переодеться.

— Пять минут, и ты на сцене.

Голос Антона эхом разнёсся по узкому тёмному коридору, и я подняла вверх большой палец.

Я вернулась после двух месяцев игнорирования всех его звонков и сообщений. Я знаю, что он ничего не скажет до моего выступления, а если я принесу ему достаточно денег, то не скажет и после.

Антон, как и все управляющие, помешан на выручке. Он предаст родную кровь ради лишней копейки. Но его нервозность передавалась и мне. Он мучил меня, требуя вернуться в клуб, и знал, что рано или поздно я приду. Он нужен мне так же, как и я ему.

Я быстро сменила свою одежду на сверкающее серебристое платье с открытыми плечами, которое сидело на мне как влитое. Распустила пучок, и волосы свободно рассыпались по спине. Я нанесла мерцающие тени и тональный крем, чтобы выровнять тон кожи, чудодейственно скрыв тёмные круги под глазами. Жидким хайлайтером я выделила ключицы и добавила немного блёсток в волосы, чтобы они сияли в свете софитов.

Оставался последний штрих.

Я покрыла губы рубиново-красной помадой и потёрла их друг о друга, чтобы цвет распределился равномерно.

Посмотрела на себя в зеркало, любуясь потрясающим превращением в совершенно другого человека. Днём я сижу в университете и свожу балансы, решая сложные уравнения для курсовой, а по ночам превращаюсь в ту, кто заставляет солидных клиентов забывать о своих проблемах.

Моя основная работа в этом клубе — менеджер-бухгалтер, я веду всю финансовую отчётность этого заведения. Но иногда, когда нужно создать особенную атмосферу или подзаработать, я выхожу на сцену. Для меня это тоже работа — привлекать успешных мужчин, которые готовы оставлять здесь целые состояния.

Когда-то я одевалась как Алиса. Я была ей. Нет, я превосходила её. Была более дерзкой и сексуальной. И это заставляет меня задуматься: возможно, я так сильно ненавижу Алису, потому что она напоминает мне о том, кем я была до того, как всё пошло к чертям?

Я люблю яркие цвета на губах и теле, но никогда не стану больше так выходить в общество. Только здесь, в этом камерном ночном клубе для взрослых. Здесь правил и запретов для меня не существует.

Смогу ли я когда-нибудь освободиться от своих демонов?

Наверное, однажды, когда перестану их бояться.

Я закрыла глаза и подумала: а что, если бы единственным зрителем сегодня был Даниил Викторович? Я бы сгорела от стыда, но уверена, что к концу моего выступления он бы забыл о своей Алисе Громовой.

Настал мой выход. Объявлений не требовалось, поэтому я направилась к сцене, скорее плавно прошлась по возвышению. Свет софитов озарил меня, заставляя платье сверкать, будто усыпанное бриллиантами.

Сегодня толпа была безумна, и когда я начала выступать, они просто взбесились. Было даже и несколько девушек, но они не вели себя так буйно, как мужчины. Клуб был смешанным, но в основном нашими клиентами были неудовлетворённые жизнью мужчины. Все они пришли сюда за приятным времяпрепровождением.

Клуб «Делюкс» был известен как один из самых эротических и престижных клубов в городе. Лишь немногие осмеливались исследовать все его уголки. Здесь были и стриптиз, и приватные танцы, бар, эротические шоу, лаунж-зоны, а некоторые уголки были созданы, чтобы заставлять клиентов кричать от удовольствия. Если забрести в те укромные места, можно услышать блаженные стоны.

Всё в одном месте, и для многих это рай. Хозяин этого заведения — человек, которого лучше не переходить дорогу. Никто никогда не видел его и не слышал его имени. Все знают только то, что это опасный человек.

Я послала чувственную улыбку зрителям, заметив пару похотливых взглядов. Хотя иногда меня от них отвращает, я давно перешагнула через эти чувства. Я наслаждаюсь вниманием, пока оно есть.