Когда мы с Лирой готовились к занятиям, мы редко посещали библиотеку. Я мало читала книги, всё это казалось скучным и неинтересным. Сейчас я готова была огородиться от всего мира, чтобы почитать в одиночестве и вдохнуть в лёгкие спокойствия.

Руки дрожали. Спина ныла. В голове постоянно крутились мысли — они путались, сталкивались, разбегались, как испуганные птицы. Всё происходило слишком быстро, я не успевала сложить всю информацию по полочкам. Круговорот людей, событий и драмы захватил меня и понёс прочь от самой себя.

— Не думал, что твои друзья отпустят тебя сюда снова, Алетейя, — раздался голос за моей спиной.

Я вздрогнула. Флавиан стоял у книжного шкафа, скрестив руки на груди, его жёлтые глаза сверкали в полумраке. Он выглядел так же внушительно, как и вчера, но в его взгляде было что-то тёплое, почти отеческое.

— Я у них не спрашивала, — я повернулась к нему прижимая книгу к груди.

Он усмехнулся, а его лицо смягчилось.

— Должно быть, ты в замешательстве, — сказал он. — Тебе одиноко, и ты не понимаешь, что ты делаешь здесь.

Он покачал головой, его слова проникали в самую душу.

— Не злись на него, — продолжил дракон. — Даен — неплохой парень. Ему пришлось нелегко. После смерти королевы он взвалил на себя слишком много, пытаясь всех уберечь.

— Почему? — спросила я, внутри разрасталось любопытство.

— Потому что у королевы было два сына, — сказал мужчина, и я открыла рот от удивления.

— Что? — я выдохнула

— Держись тех, кто владеет информацией, милая, — он взял меня под локоть и вел по книжному лабиринту. — И не делись этой информацией с другими.

— Их родители были не слишком аккуратны в своих действиях, — продолжал он, а его голос стал тише. — Что не пропустила одна коварная дама.

Я сразу подумала о королеве Тамарис. Её холодные, стальные глаза, её хитрая улыбка, её ядовитые слова.

— Она шла по головам, пытаясь получить всю силу и власть.Она не видела никого на своём пути. И, признаться, она добилась небывалых высот. Но ей было мало. А влюблённые люди становятся лёгкой мишенью. Она избавилась от них слишком быстро. Осталось два мальчика и одна девочка. Они росли вместе. Правящим лицом был лишь Дэмиан. Даен всегда оставался в тени. Даже сейчас я не могу сказать точно, был ли он их родным сыном.

Чем больше я узнавала, тем страшнее становилось. От осознания того, кто за всем этим стоит. И страшнее было то, что никто не понимал, как её остановить.

— Она их заколдовала, — слова сами сорвались с губ.

Флавиан кивнул, в глазах мелькнула печаль.

— А вот это уже знаешь ты, — сказал он, указав на меня пальцем. — Их разум повреждён. То, что мы можем с тобой обсудить, никогда не уложится в их головах. Это будет лишь мусор в их мыслях, который невозможно воспринимать.

— Королева нашла своё королевство, вкусила власть и захотела больше, — продолжил он. — Она быстро взяла в оборот Дэмиана. Он как кукла под властью кукловода. Даен же получил эту... — он поперхнулся смешком, — удивительную должность, чтобы хоть как-то приблизиться к королю.

— Он знает, что они братья? — спросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет.

— Трудно сказать, — ответил он, его лицо стало задумчивым. — Я думаю, он чувствует определённую связь. И чувствует свою ответственность. Насколько полностью пазл сложился в его голове, сказать трудно.

— А Марета? — внутри закипало беспокойство.

— Она не имеет к ним отношения, — сказал мужчина. — Она знает, что они друзья, и ей этого достаточно. Какой бы она ни была наглой девчонкой, она верна им.

Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза.

— Ты нужна им, — его голос стал серьёзным. — Сами они не смогут снять всю ту гадость, которую понавесила Тамарис. Верь в себя. В нужный момент ты поймёшь, что нужно делать.

Дракон улыбнулся и положил руку на моё плечо.

— А теперь иди, — он глубоко вздохнул . — Даен и так вчера нашёл приключения на свой зад. Сегодня он уже не оклемается так просто.

Я вложила книгу, которую держала, в его руки и направилась к выходу. Я шла по коридорам, а запах старых книг провожал меня. На выходе я остановилась и оглянулась. Флавиан стоял в проёме, в его глазах мелькнула улыбка.

«Верь в себя», — повторила про себя и вышла на солнечный свет.

Я вернулась в дом, где меня уже ждали те, кого я должна была спасти. Даен сидел на диване, держась за голову, а Марета стояла у окна, глядя вдаль. Когда я вошла, они одновременно повернулись ко мне.

Ожидание разговора длилось вечность. Надоело собирать информацию по крупицам, выуживать правду из чужих слов и полунамёков. Дракон пролил свет на многое, но внутри оставалась пустота, которую могли заполнить только они — те, кто втянул меня в эту историю. Хотелось услышать их версию, чтобы сложить все кусочки в единую картину.

— Мы должны были поговорить с тобой раньше, — Марета глубоко вздохнула и обхватила себя руками за плечи.

— Мы должны спасти Дэмиана. — Даен произнёс это с такой тяжестью, будто каждое слово отдавалось в его груди .

— От королевы Тамарис. — девушка встретилась со мной взглядом.

— И зачем тратить время на разговоры, если ты сама всё знаешь? — усмехнулся Даен, но этой усмешке не было злости — только усталость и лёгкая горечь.

— Его мать незадолго до смерти твердила, что всё изменится, — продолжила Марета, нервно теребя край одежды. — Что мы в опасности. Что нас спасёт только женщина из другого мира. Только она сможет сложить все воедино и разобраться с надвигающейся бурей. Истинное спасение Каменных Ворот — это место слабеет без своего наследника.

— Наследник Каменных Ворот — ведь Дэмиан, разве не так? — внутри закипала тревога.

— Мы тоже так думали, — ответила Марета, её пальцы дрогнули. — Думали, она не в себе. Всё ведь было прекрасно, что нам могло угрожать?

Повисла тягучая тишина. Даен молчал, уставившись в пол.

— Пока не появилась Тамарис, — наконец произнёс он. — Она пригласила короля с королевой посетить её земли, укрепить союз. Но они не вернулись. Океан взял своё — вот что нам сказали. Мы не могли доказать её причастность. А она как хищник налетела на Дэмиана в момент его слабости. С тех пор всё изменилось.

— Он перестал нас узнавать, — слова Мареты были полны боли. — Перестал слушать. Его действия перестали поддаваться логике. Он покинул нас.

Ведьма выглядела бледной, почти прозрачной. От её огненной натуры не осталось и следа — только усталость и печаль, въевшиеся в черты лица.