Марета в недоумении смотрела на наш поединок со стороны, едва сдерживая смех. Её зелёные глаза сверкали, а губы подрагивали от усилия не рассмеяться. Даен стряхивал искры, бормоча проклятия себе под нос.

— Что произошло? — спросила я, вытирая пот со лба и пытаясь унять бешеное сердцебиение.

— У меня два варианта, — мужчина ответил, поправляя подпаленную штанину. — Либо королева узнала о вашем с Дэмианом чаепитии, — он выразительно посмотрел на меня, — либо королева узнала, что ты кое-что умыкнула.

— Либо она узнала и про одно, и про другое, — встревоженно вставила Марета

— Вот дерьмо, — выдохнула я.

Когда силы окончательно покинули , я плюхнулась на землю, чувствуя, как трава щекочет обнажённые бёдра. Осмотрелась. Мы находились на небольшой возвышенности, перед нами открывался вид на небольшой город. Люди копошились внизу, как муравьи, оттуда доносились голоса — смех, крики, звон посуды. Город был не большим, но его улицы лучами расходились от длинного золотистого здания, которое возвышалось над всем остальным.

— Мы вообще где? — спросила я, чувствуя, как голос дрожит от усталости.

— Драконий город, — голос ведьмы был тихим. Она смотрела вдаль, а в её глазах отражался золотой купол.

— Я что-то драконов не вижу, — сказала я, пытаясь унять дрожь в коленях.

— А они, по-твоему, должны здесь хвостиками размахивать и огнём плеваться? — усмехнулся Даен, скосившись на меня. — Так же, как ты, маленькая дракониха.

Я только вздохнула и закрыла глаза на мгновение, пытаясь собраться с мыслями.

— Хорошо, — сказала я, открывая глаза. — Что нам делать дальше?

— А вот это уже хороший вопрос, — он указал на золотистое здание. — Там место обитания нашего дорогого змея Флавиана.

Он начал расхаживать из стороны в сторону, убрав руки за спину, как профессор перед лекцией.

— Видишь ли, милая Алетейя, драконы — это не просто безмозглые ящерицы. Точнее, не все. Они очень древние существа и очень, очень меркантильные. Говорят, что они обожают сокровища. Именно поэтому мы пойдём прямиком к нему в библиотеку.

Я вытаращила глаза, внутри всё сжималось от непонимания.

— Куда мы пойдём?

Даен закатил глаза, словно я задала самый глупый вопрос на свете.

— По-твоему, драгоценности — это цацки с камнями? — спросил он. — Это знания. А самое большое знание — то, которое недоступно остальным. Флавиан веками накапливал их и теперь хранит в одном месте, держа под собственной охраной. В случае чего он предпочтёт самостоятельно всё испепелить, чтобы эти свитки не достались никому.

— Ну и по мелочи, — облизнувшись, добавила Марета, в её голосе был голодный блеск, — артефакты и особо привлекательные украшения он тоже хранит.

— Значит, зеркало хранится у него? — мы бы не явились сюда просто так .

Они оба кивнули.

— И вы считаете, что он нам просто так его отдаст?

— Не просто, конечно, — ответил Даен, на его губах заиграла хитрая улыбка. — Мы предложим ему юную деву взамен.

Я только сейчас поняла, что всё ещё была в слишком, слишком откровенном наряде. Мои щёки вспыхнули, внутри закипала новая волна гнева .

— Я сейчас снова тебя подожгу, — я уже сжимала кулаки .

Он рассмеялся — звонко, искренне, в его смехе послышалось что-то почти тёплое.

— Не бойся, — Даен махнул рукой , — его давно не привлекают юные девы. Я принёс то, что может его заинтересовать.

В его руке появился затертый свиток, обмотанный тонкой веревкой. Он выглядел старым, почти рассыпающимся, но от него исходила такая мощь, магия словно пульсировала вокруг нас .

Мы шли по узким улочкам. Вокруг бегали дети, их смех разносился по воздуху, а торговцы пытались всучить нам все подряд, выкрикивая цены и расхваливая товар. От местных лавок разносились разные ароматы — от аппетитной выпечки до тошнотворного запаха сушёных трав. Я вдыхала их, чувствуя, как город проникает в мои лёгкие.

В конце улицы возвышалось огромное здание, высоко уносящееся вверх, прикрываясь золотым куполом. Вход в него был с каждой стороны, чтобы войти можно было с любой улицы. Тяжёлые двери с золотым орнаментом открылись прямо перед нами, приглашая войти.

Внутри пахло старой бумагой и волшебством. Этот запах окутывал меня, как тёплое одеяло, магия пронизывала каждую клетку моего тела. Девушки в чёрных платьях ходили по лабиринтам из книжных шкафов и расставляли книги по полкам. Их движения были плавными, почти танцевальными, я смотрела на них, заворожённая.

Эти лабиринты вели в центр, к лестнице, которая извивалась, уходя высоко вверх и глубоко вниз.

С лестницы навстречу к нам спускался мужчина. Крепкий, невысокий, уже седой с видимой лысиной на макушке. Он был смуглым и непохожим на мужчин, которых я встречала в замке. Его черты лица были грубыми, на лице проступала седая щетина, а глаза были хищными, жёлтыми, с узким зрачком — глазами хищника, который привык смотреть на мир сверху вниз.

Он одарил нас широкой улыбкой и поприветствовал Даена, как старого друга. Хлопнул его по плечу, но было заметно , как он напрягся под этим прикосновением.

— Флавиан, — сказал Даен очень уважительным тоном. — Мы пришли с предложением.

— Я знаю, зачем вы пришли, — его голос был низким, как рык, который доносится из глубины пещеры.

Он долго всматривался в мои глаза, я чувствовала, как его взгляд проникает в самую глубину моей души.

— Пройдёмте за мной, — дракон пригласил проследовать за собой . — Нам есть о чём поговорить.

Мы пошли за ним, спускаясь вглубь библиотеки. С каждым шагом лучи солнца угасали, и дорогу освещала лишь лампа в руке мужчины. В носу свербило от запаха земли и затхлости. Воздух становился плотнее, тяжелее, я чувствовала здесь огромную концентрацию магии , но она была другой — древней, почти первобытной.

Конечно, я представляла драконов могучими, огромными, опасными хищниками. С крыльями, чешуёй и огненным дыханием, способным испепелить всё на своём пути. Но этот оказался совсем не таким, как я воображала. Он казался вполне милым дядечкой — если, конечно, не принимать во внимание ту мощную энергию, что исходила от него волнами и заставляла воздух вокруг слегка дрожать.

— Ты хочешь получить вещицу своей матери, — это был не вопрос. Он утверждал.

Сердце защемило. Я так давно не слышала ничего о ней.

— Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз её видел, — его голос смягчился. Он грустно улыбнулся своим воспоминаниям. — Удивительная женщина.