Мы падали сквозь пространство. Ветер свистел в ушах, цвета смешивались в единый водоворот, и я зажмурилась, чувствуя, как магия пронизывает каждую клетку моего тела. Это было похоже на прыжок в бездну — страшно, головокружительно, но в то же время до безумия прекрасно.

Когда я открыла глаза, мы стояли в совершенно другом месте. Воздух здесь был густым и влажным, пахло землёй, сырым камнем и чем-то древним, почти забытым. Свет проникал откуда-то сверху, я подняла голову, чтобы увидеть.

Мы стояли в центре огромного подземного зала. Его стены уходили вверх, теряясь в темноте, и были покрыты древними символами, которые мерцали голубоватым светом. В центре зала покоился огромный кристалл — прозрачный, как слеза, но с глубизной, в которой, казалось, застыли целые миры, гладкое зеркало , но без отражения , закованное в каменную раму .

— Добро пожаловать в сердце Каменных Ворот, — произнесла Марета, её голос эхом разнёсся по залу. — Место, где начинается и заканчивается вся магия этого мира.

Она повернулась ко мне, и в её глазах я увидела нечто такое, от чего у меня перехватило дыхание.

— Здесь ты узнаешь правду о себе, Алетейя. О том, кем ты была до того, как стала собой.

Она говорила загадками, а я чувствовала, как внутри разливается холодный ужас. Но вместе с ним — жгучее любопытство, которое было сильнее страха.

— Что ты хочешь мне показать? — мой голос прозвучал тихо, почти шёпотом.

Марета подошла к кристаллу и положила на него ладонь. Символы на стенах засветились ярче, и воздух вокруг нас наполнился низким, вибрирующим гулом.

— Правду, — ответила она.

В этот момент из полумрака появился Даен. Его появление отразилось от стен, и тени заметались, словно испуганные звери. Он вышел бесшумно, как призрак, воздух стал плотнее, тяжелее. В руках он держал свёрток — старый, выцветший и перевязанный кожаным шнурком.

Он молча протянул его мне. Я взяла сверток, чувствуя, как пальцы дрожат от предчувствия. Развязала шнурок, развернула плотную ткань — и замерла.

Передо мной лежало изображение. Тех самых трёх ведьм с фресок в галерее, но теперь я видела их иначе. В их руках были зеркала — маленькие, изящные, с сияющей гладью, которая переливалась всеми оттенками голубого. Они были точными копиями кристалла, который возвышался передо мной, но миниатюрными, почти игрушечными.

— Женщины, которые однажды сотворили это место и возвели вокруг него этот замок, — сказал Даен, и его голос эхом разнёсся по залу. — Их магия защищает нас всех на протяжении нескольких веков. Древняя магия, неподвластная никому из нас.

Он сделал паузу и хитро сощурился, глядя на меня.

— Кроме тебя.

Я удивлённо раскрыла глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Что ты имеешь в виду?

— Видишь ли, — он начал медленно, словно смакуя каждое слово, — эти три женщины, сами того не понимая, загнали нас в ловушку. Они наложили чары, которые не в силах снять никто другой. А затем исчезли. Однажды, когда им сулила опасность, они решили покинуть нас, чтобы древняя магия не досталась в полной силе никому. Избавляя людей от этой искушающей, разрушительной силы. Они ушли в разных направлениях. И когда пришло время вернуться... одна из них осталась в своём мире.

Он взглянул мне в глаза, и я почувствовала, как его слова пронзают меня насквозь.

Я изогнула бровь, пытаясь сохранить спокойствие.

— Не надо смотреть так. Меня здесь не было.

Наблюдающая со стороны Марета тихо рассмеялась — мелодично, с лёгкой насмешкой.

— Конечно, не ты, цветочек, — сказала она, и в её голосе послышалась тёплая ирония. — Твоя мать. Или ты думала, тебя просто так сюда занесло?

Я удивлённо выдохнула, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— С чего ты взяла, что моя мать связана с этим? — спросила я, обводя пальцем пространство вокруг себя.

Марета подошла к кристаллу и коснулась его кончиками пальцев. Зеркальная гладь дрогнула, зарябила, и в ней начали проступать лица. Три женщины. Три ведьмы, чьи изображения я видела в галерее, но теперь они были живыми — дышащими, смотрящими на меня с глубины веков.

Я узнала её мгновенно. Мою мать. Её холодные серые глаза смотрели на меня с той же любовью и печалью, которые я помнила с детства. Её светлые волосы струились по плечам, в её облике было столько силы.

Рядом с ней стояла другая женщина — с ледяными голубыми глазами и белой, почти прозрачной кожей. Она казалась статуей, высеченной из северного льда, и от неё веяло такой же холодной, непостижимой мощью.

И третья. Её янтарные глаза смотрели на меня с высоты, и я вдруг поняла — они были точь-в-точь как у короля. Та же глубина, тот же скрытый огонь.

— Мать Дэмиана, — прошептала я, и слова сами сорвались с губ.

Даен кивнул.

— Королева-мать. Она была одной из них. Самой сильной. Самой мудрой. И самой трагичной.

Я смотрела на три лица, и в голове всё смешивалось в один сплошной водоворот.

— И чего вы хотите от меня? — спросила я, и мой голос прозвучал глухо, почти безжизненно.

— Видишь ли, — сказал Даен, приближаясь, — зеркала, которыми владели ведьмы — это могущественные артефакты. Соединившись вместе, они снимают любые чары. Любые, даже самые древние.

— Я никогда не видела этих зеркал, — ответила я, качая головой. — Я всё ещё не...

Марета не дала мне договорить. Она шагнула вперёд, и её зелёные глаза вспыхнули.

— Конечно, ты не видела. Эти зеркала остались здесь. Но загвоздка в том, — она прикусила губу, и я увидела, как она колеблется, — завладеть артефактом и заставить его работать может только обладатель древних чар.

— Три ведьмы, — я взглянула в пустоту, чувствуя, как всё встаёт на свои места.

— Или их прямые потомки, — добавил Даен. — Лишь две из ведьм решили продолжить свой род.

— Я и... король Дэмиан, — выдохнула я, и слова повисли в воздухе, тяжелые и неизбежные.

— Верно, — отозвался Даен. — Но с ним возникли... проблемы.

Я перевела взгляд на Марету, чувствуя, как внутри нарастает жгучее любопытство.

— Я всё ещё не понимаю, как я здесь оказалась.

Даен вздохнул, и в его взгляде мелькнула усталость.

— Что тут непонятного? Мы позвали тебя. Мы могли только пригласить, а прийти или нет — это уже твоё желание. — он пожал плечами. — Ну и нам оставалось только ждать.