— Да, но зачем это было нужно? Ведь речь идет о чем-то незначительном™

— Нет, — покачал головой Роке. — Она назначила эту сумму для того, чтобы при разводе доказать суду, друзьям и родственникам, что у нас ничего особенного и не было, и чтобы поделить даже то, что было записано только на мое имя, пополам. Теперь она за гроши выкупит огромное состояние и станет невероятно богатой.

— Это правда, донья Хортен... — Росаура осеклась, увидев наставленный на нее пистолет.

— Всем ни с места! — крикнула Хортензия. — Одно движение, и я стреляю!

Все замерли.

— Донья Росаура, подписывайте договор, — приказала Хортензия.

— Хортензия, теперь у тебя все равно ничего не выйдет, — сказал Роке.

— Молчать! Делайте то, что я вам говорю!

Донья Росаура дрожащей от испуга рукой подписалась, искоса поглядывая на пистолет.

— Теперь Роке и ты, девчонка, отойдите в угол, — приказала Хортензия бывшему мужу и Паулетте.

— Ты сошла с ума! — покачал головой Роке. — Этим ты ничего не добьешься. Какие-то глупости из гангстерских фильмов. Так в жизни не бывает.

— Это мы еще посмотрим, — Хортензия стала медленно пятиться к двери, держа в одной руке пистолет, а в другой — договор с подписью доньи Росауры. Еще шаг — и она была уже на пороге.

Как назло в этот самый момент к двери подошла служанка Долорес с подносом, на котором позвякивали чашки с горячим кофе, сахарница и молочник. Она не ожидала, что дверь неожиданно распахнется и оттуда спиной вперед выйдет Хортензия. Столкнувшись с ней, Долорес споткнулась и опрокинула поднос на даму. Обе упали на пол. Паулетта рванулась было вперед, но Роке удержал ее. Обезумевшая Хортензия начала беспорядоч-но палить из пистолета. Несчастная служанка, все еще не понимая, что происходит, пыталась подняться на ноги, но, услышав выстрелы, снова упала.

Хортензия тем временем быстро поднялась на ноги и хотела бежать. Она снова навела пистолет на притихших в комнате людей. Но в этот миг Долорес, которая, наконец, разобралась, что к чему, дернула Хортензию за ногу. Та пошатнулась и упала, одновременно с этим раздался выстрел. Долорес дико вскрикнула.

Все бросились к служанке. Роке закричал:

— Полотенце, жгут, что-нибудь...

Паулетта едва сдерживала рыдания. Донья Росаура металась по комнате в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать как жгут.

Однако оказалось, что у Долорес лишь пустяковая царапина на ноге.

— Роке, Паулетта, — тихо позвала Росаура. Те обернулись.

— Хортензия... — прошептала Росаура.

Действительно, Хортензия неподвижно лежала в дверном проеме. Роке перевернул ее. Паулетта и донья Росаура зажмурились. Роке снял с дивана покрывало и накрыл им тело.

Только теперь женщины расплакались.

— Какой ужас, я не хотела, — говорила Долорес.

— Мы знаем, не плачьте, — успокоил ее Роке и пошел вызывать полицию.

Когда все немного успокоились и перешли в другую комнату, донья Росаура сказала Роке:

— Только одного я не понимаю, как она могла пойти на такое? Ради чего?

— А вы не интересовались списком того, что она собиралась выкупить у вас? — спросил Роке.

— Да нет, что там может быть. За такую цену...

— Так прочитайте же, это где-то должно быть указано. Посмотрите, там нет какого-нибудь неприметного приложения? — Роке склонился над пакетом документов. — Да вот же! Два дома в Мехико, вилла в Акапулько, большое ранчо на севере недалеко от границы с Соединенными Штатами и так далее...

Донья Росаура буквально впилась глазами в список. Постепенно ее лицо вытягивалось все больше, пока не приняло выражения крайнего изумления.

— И это все ваше? Да ведь это целое состояние!

— Да, и все это она продала вашему мужу за деньги, на которые не купишь и деревенского домика. Теперь вы меня понимаете?

— О да! Но я ведь ни о чем не догадывалась.

— Еще минута, и она бы довела свое дело до конца. Но она не ожидала, что я могу появиться в этом доме.

— Кто бы мог подумать, — все сокрушалась донья Росаура. — На вид такая приличная женщина, умеет себя держать. И вдруг — пистолет, эти выкрики. Значит, это ваша бывшая жена. То-то мне все время казалось, что я ее где-то видела. Ну конечно, у Линаресов.

— Приличная внешность и манеры бывают обманчивыми. Эта женщина ради денег была готова на любое преступление. — Он обнял Паулетту за плечи. — Да, я совсем забыл, зачем мы пришли сюда. Донья Росаура, — объявил он, — мы с Паулеттой решили отправиться в свадебное путешествие в Европу. Ведь моя жена ни разу не была там.

— Что ж, поезжайте, — сказала донья Росаура.

— Конечно, придется теперь на пару недель отложить наш отъезд: формальности, полиция. Но что же поделаешь, я надеюсь, это не испортит нам настроения.

— Конечно, Роке, — улыбнулась Паулетта.

 Дульсина открыла глаза, не понимая, где находится. Постепенно она начала осознавать, что это ее спальня, она лежит в своей постели. Но что с ней? Кажется, она долго спала и ей снились странные сны. Какие-то омерзительные чудовища кружились вокруг нее, душили, мучили, истязали. Потом мелькали лица Кандиды, Селии, еще чьи-то. И, как странно, она словно наяву видела озабоченное лицо доктора Рамиреса и даже слышала его голос. Приснится же такое! Дульсина попыталась встать, но у нее закружилась голова. Она без сил упала на подушки.

В комнату заглянула Кандида. Увидев, что сестра не спит, она подошла и села рядом.

— Тебе уже лучше, Дульсина?

— Лучше? А что со мной?

— Грипп. У тебя почти неделю была высокая температура. Хорошо, что приехал доктор Рамирес. Он дежурил возле тебя.

— Приехал? А я думала, твой коротышка мне приснился.

— Прошу тебя, не называй его так Он скоро придет.

В комнату постучали. Когда дверь открылась, на пороге появился доктор Рамирес. Его нельзя было узнать. Новый костюм словно изменил его фигуру, впрочем, возможно, изменилась и сама фигура. Лицо его было серьезно, даже очень серьезно. Он попросил Кандиду выйти. После осмотра доктор Рамирес удовлетворенно

— Ну, теперь совсем другое дело. Еще день-два, и вы будете совсем здоровы.

— Когда вы приехали, доктор? 

На его лицо набежала тень, но он спокойно ответил.

— На днях. Хорошо, что меня вызвали к вам, а то здесь чуть ли не панику подняли. А у вас даже не тропическая лихорадка, а банальный грипп, правда, тяжелый. Хаиме тоже приболел, видимо, от него вы и заразились.

Дульсина чувствовала, что ей надо что-то вспомнить, она мучительно напрягала память, но что-то важное и тревожное ускользало от нее. Доктор, порекомендовав ей лежать и постараться уснуть, встал и направился к выходу. Когда он открывал дверь, Дульсина вспомнила.

— Доктор, а вы видели Лучиано Мартинеса?

— Видел. Но об этом мы еще успеем поговорить.

Дульсина почти все время спала. Ее явно пичкали какими-то успокаивающими лекарствами. Во сне ей являлся Лучиано, кажется, он что-то говорил, куда-то торопился, но, проснувшись, она ничего не помнила, кроме лучистой синевы его глаз. «Лучиано, где ты?» — горестно думала Дульсина.

Однажды она решила подняться. С трудом надела домашнее платье и, никем не замеченная, спустилась вниз. Она услышала негромкие взволнованные голоса и пошла на них. Но когда стало возможным различать слова, Дульсина замерла. Говорили Кандида и доктор Рамирес.

— Она еще очень слаба, Роберто. Известие убьет ее.

— Не волнуйся, я буду рядом. Пойми, Кандида, еще день, и моего мнения никто не будет спрашивать. Комиссар и так Бог знает в чем меня подозревает. Хаиме они уже допросили, очередь за ней.

— Но я им тоже многое рассказала.

— Ну что ты им рассказала? Ты знаешь, зачем она караулила у его дома? То-то и оно. Теперь никто, кроме нее, не скажет. И ведь из-за этого убили Лучиано.

— Не может такого быть. Его убили по другой причине.