Мгновение покоя в жизни, полной боли.

— Ты в порядке, Торн? — Пробормотал Ретт, перекатываясь и обнимая меня рукой. — Тебя разбудили кошмары?

На этот раз это было не так.

Он обнял меня крепче, и я издала еще один стон. — Нет, не кошмары. Сегодня утром это похмелье.

Тихий смех Ретта несколько успокаивал, и я ценила его за то, что он помогал мне сохранять спокойствие в этом хаосе. — Душ, обезболивающее и воду, — сказал он мне. — Я оставил последние два пункта на прикроватном столике.

Приоткрыв глаза, привыкнув к свету, я увидела высокий стакан с водой и две белые таблетки, точно, как он и сказал. — Я чертовски люблю тебя, — заявила я, протягивая руку и на ощупь пытаясь схватить их. — Я не знаю, что я сделала правильно в своей жизни, но я так чертовски благодарна тебе.

Смех Ретта на этот раз был немного громче. — Я не могу понять, ты говоришь это мне или таблеткам.

Проглотив их одним махом, я запила успокаивающим глотком воды, прежде чем снова повернуться к великолепному мужчине в моей постели. — Тебе, — сказала я ему, моя грудь сжалась так же болезненно, как и желудок. — Определенно тебе.

Он замер, смех затих, и когда он приподнялся, простыни упали с его обнаженного тела, я подавила вздох. Его рот жестко прижался к моему, и я вспомнила, что, когда мы легли в постель прошлой ночью, я как бы упала на его член, пока он трахал меня, пока я не начала стонать его имя.

Мое нутро сжалось, и я была готова ко второму раунду. Тому, который был бы гораздо менее размытым.

— Я тоже люблю тебя, Торн. Люблю с того самого момента, как ты впервые забрела в мой переулок.

Ретт, мой рыцарь в сияющих доспехах. Он никогда не подводил меня, ни разу, и он был гораздо большим, чем я заслуживала.

Больше ничего не было сказано, когда наши рты снова встретились. Руки Ретта обхватили мое лицо, когда он углубил поцелуй, и я тихо застонала, головокружение слегка исчезло под его прикосновениями. Бурление в моем животе оставалось сильным, но я отказалась позволить ему победить, когда была готова раствориться в нескольких оргазмах Ретта.

— Черт возьми, Торн. Тебя послали сюда, чтобы спасти мой рассудок, клянусь рок-богами.

— Ты тоже спас меня, — прошептала я в ответ, задыхаясь. — Во всех гребаных смыслах.

Глаза Ретта потемнели, пока не стали почти изумрудными, когда он просунул руки под мою задницу и рывком прижал меня к своему телу, прежде чем опустить нас обоих обратно на кровать, придавив меня своим весом, но самым восхитительным образом.

Раздвинув ноги, чтобы подпустить его ближе, я покачивалась напротив его твердого члена, и он как раз готовился скользнуть в меня, когда раздался сильный стук в дверь. За ним последовал другой. Звук ударил мне в голову, и если бы у меня были магические способности, я бы превратила того, кто был у двери, в гребаную пыль.

— Отвали, — прорычал Ретт, когда толстая головка его члена с пирсингом толкнулась к моему входу; его рот опустился к моим сиськам, когда он грубо посасывал оба соска, один за другим, проводя по ним зубами и языком, пока оба пика не стали твердыми и пульсирующими.

Стук раздался снова, на этот раз более настойчиво. — Выметайся оттуда к чертовой матери, — крикнул Джейс через дверь. — Нам нужно закончить музыку и поговорить о всякой херне, и это не может ждать твоих пяти минут славы, Ретт.

— Этот ублюдок, — прорычал Ретт мне в грудь, прежде чем снова поднять голову. — Если я выйду туда, Джейс, я надеру твою гребаную задницу. Тогда я собираюсь дать возможность Билли отыграться.

Смех Джейса был мрачным. — У меня было немало возможностей отыграться с Беллероуз. Все всегда начинается хорошо, но в конце концов тебя трахают так, как ты и не ожидал. — Он снова постучал в дверь. — А теперь выметайся оттуда к чертовой матери.

Шаги затихли вдали, и Ретт опустил голову на подушку рядом с моей. — Я собираюсь убить его, — прорычал он совсем не в стиле Ретта. — Задушить его микрофонным шнуром и назвать это несчастным случаем на производстве.

Легкий смешок сорвался с моих губ, даже когда я крепче сжала их. Ретт поднял голову и встретился со мной взглядом, и в следующую секунду мы оба смеялись. — Полагаю, настроение немного испорчено, — сказала я, когда успокоилась. — Но я перенесу это на другой раз.

Его поцелуй был быстрым, полным жара и доминирования. — Договорились, детка. Давай вставать.

Он мгновенно вскочил на ноги, и я постаралась не завидовать такому спортивному мастерству после выпивки, когда чувствовала себя проворной, как слон. Ретт тоже помог мне подняться, прежде чем отнести меня в ванную. — Сначала прими душ и не торопись, — сказал он мне, собственнически обхватив руками мои бедра и притянув к себе для последнего поцелуя. Мои ноги немного подкашивались, когда он отстранился, и, судя по его самодовольной ухмылке, он прекрасно осознавал, какой эффект произвел на меня. — Я собираюсь надрать Джейсу задницу и выяснить, что за срочность.

Покачав головой, он повернулся к двери, и я потеряла из виду этот твердый член, который почти полностью принадлежал мне этим утром. — Не забудь штаны, — крикнула я ему вслед, и когда он обернулся, я увидела блеск кольца на его губе вокруг великолепной ухмылки.

— Джейс справится с этим, Торн. В конце концов, это его гребаная вина, что я тверд, как бейсбольная бита.

Он ушел прежде, чем я успела прокомментировать, и я поблагодарила звезды за то, что Ви не нравились парни, потому что у меня не было иллюзий, что я согласна делиться ими. Несправедливо, когда я ожидала, что они разделят меня, но, эй, такова жизнь. Я была жадной до этого, и пока мы все были довольны соглашением, я не собиралась жаловаться.

Закрыв дверь ванной, я направилась к душу, включив его настолько горячим, насколько возможно, надеясь, что это облегчит мою головную боль. Обезболивающие должны были скоро подействовать, но пока они этого не сделали, пульсация неуклонно усиливалась.

Опустившись на пол, я подтянула колени к груди, обхватила их руками и позволила воде литься на меня, думая о вчерашнем дне. Такой прекрасный день, но действия Джейса этим утром доказали, что наше перемирие уже закончилось. Он вел себя не по-хорошему, и я бы поступила так же, потому что он был мудаком, которому нужно было постоянное напоминание о том, что на самом деле он не бог.

Когда я достаточно простояла под горячей водой, я переключила ее на немного более прохладную и быстро вымыла голову и побрила все части тела, которые нуждались в бритье, прежде чем выйти. Завернувшись в полотенце, я почистила зубы у раковины и быстро высушила волосы феном на туалетном столике. Все, что мне было нужно, всегда было рядом, когда я была с парнями, и я не то чтобы забыла ту жизнь, когда едва сводила концы с концами и могла мыть голову только раз в неделю, чтобы экономить продукты, но воспоминания притуплялись.

Теперь мне просто нужно было избавиться от этих кошмаров, закончить с сеансами терапии, и жизнь стала бы удивительной. Ладно, конечно, вероятно, несколько мафиозных семей все еще попытаются меня убить, но по какой-то причине мне не казалось, что это было моей самой большой заботой в данный момент.

Здесь я была в безопасности и хотела наслаждаться этим как можно дольше.

Одетая в джинсы и свитер, с минимальным количеством макияжа и распущенными по спине волосами, я вышла из комнаты и обнаружила, что парни вернулись к созданию своей песни со вчерашнего вечера. Темно-синие глаза встретились с моими, когда я вошла в комнату, и Джейс бросил в мою сторону хмурый взгляд. — У нас горят сроки, Беллероуз. Может, в следующий раз ты, черт возьми, поторопишься с тем, что делаешь в душе.

Моя ответная улыбка была такой милой, что у него, должно быть, свело зубы. — О, Джейс, дорогой, мне требуется очень много времени, чтобы достичь оргазма, когда ты дома. Что-то в твоем присутствии просто все убивает для меня. Отсюда и долгий душ.

Синева в его глазах поблекла еще больше, и я едва сдержала смех, готовый вырваться наружу, особенно когда Ретт разразился лающим смехом. Прежде чем Джейс успел огрызнуться, я развернулась и направилась на кухню. Если я собиралась разобраться с его токсичной задницей, мне срочно нужен был кофе. К счастью, к этому моменту головная боль утихла, но достаточно скоро вернулась бы, если бы я не употребляла воду и кофеин.