В этот момент открывается дверь кабинета Шахова.

Выходит он. И следом — та красотка.

Стоят близко. Он что-то говорит тихо. Она улыбается. Кивает. Поправляет волосы.

Жест. Свой. Близкий.

Кровь отливает от лица.

— А это кто? — спрашиваю тихо. Голос не слушается.

Полина бросает взгляд на женщину, потом на меня. Отвечает спокойно, буднично:

— А-а. Появилась. Это его бывшая.

Шахов кивает ей. Она смеётся. Он даже уголками губ улыбается.

В животе холодеет.

Полина молча берёт меня за руку.

— Пойдём.

Глава 12

Глава 12

— Ксюш.

Полина дёргает меня за руку.

Иду за ней — на автомате. Она заводит меня в кабинет, закрывает дверь.

— Дыши.

— Дышу.

— Не похоже.

Молчу. Пальцы сжимаются в кулак.

Как он к ней повернулся. Близко. Говорил тихо, наклонившись чуть вперёд. Она подняла взгляд — спокойно, без напряжения. Он усмехнулся. Она коснулась его руки мимоходом — как своей.

Нахрена он меня тогда целовал?

— Кто она?

— Виктория Белецкая. Дизайнер. Были вместе около двух лет.

— Давно расстались?

— Около года.

Около года — и она здесь. Касается его руки как своей.

Вот у него какие женщины.

А я координатор. Снимаю квартиру. Езжу в метро.

Нахрена?

— Я дура, — говорю.

— Ты не дура.

— Дура. Надо было оттолкнуть и выйти из машины.

— Ксения. — Полина смотрит на меня. — Заткнись на секунду.

Смотрю на неё.

— Ты сейчас себя накручиваешь со скоростью звука. — Она встаёт, берёт телефон. — Так. Хватит киснуть. Хватит переваривать. Я сейчас звоню Марине, идём обедать. Всё, встала, пальто взяла.

— Зачем Марину?

— Затем что она в этой компании сто лет и знает про него всё, что надо знать. — Полина уже набирает номер. — Марин, привет. Ты как, свободна на обед? Нет, срочно. Да. Бери пальто.

Убирает телефон. Смотрит на меня.

— Встала, говорю.

Марина ждёт у входа в кафе — пальто застёгнуто, телефон убирает в сумку. Смотрит на нас. На меня — секунду дольше.

— Заходим, — говорит спокойно.

Садимся в углу. Полина сразу машет официанту. Марина раскрыет меню, но не смотрит в него — смотрит на меня.

— Ну.

— Что ну? — говорю.

— Что случилось?

— Ничего не случилось.

— Ксения.

Полина толкает меня локтем.

— Шахов её поцеловал вчера в машине, — говорит она Марине спокойно, как сообщает погоду. — А сегодня утром она увидела Викторию Белецкую в приёмной.

Марина молчит секунду. Кладёт меню на стол.

— Понятно.

— Вот, — говорит Полина.

Официант приносит кофе. Марина берёт чашку, делает глоток. Смотрит на меня.

— Ты сейчас думаешь, что ты не его уровня.

Не вопрос. Констатация.

Молчу.

— И что он поцеловал тебя просто потому что ты рядом.

— А разве нет?

Марина смотрит на меня. Спокойно, без жалости.

— Роман Андреевич за всё время ни разу не позволил себе ничего лишнего ни с одной сотрудницей. Я работаю с ним давно. Я знаю.

— Значит я первая. Повезло.

— Или значит что-то другое.

— Что другое? — Голос получается резче, чем хотела. — Марин, ты видела Викторию. Вот это его женщина. Дорогая, холодная, своя ему. А я — координатор, которая в метро ездит.

— И что?

— И то. Разные весовые категории.

— Ксюш, — говорит Полина.

— Нет, правда. — Беру кофе, грею ладони о чашку. — Я не жалуюсь. Я трезво смотрю. Он меня поцеловал — я ответила. Всё, история закончена.

Марина смотрит на меня ещё секунду. Потом говорит:

— Виктория два года была рядом с ним. Красивая, умная, правильная. Из его мира, как ты говоришь. — Пауза. — Он всё равно ушёл.

— Это меня должно успокоить?

— Это должно заставить думать чуть шире.

Молчу.

Полина подпирает щёку рукой, смотрит на нас обеих.

— Марин, — говорит она. — А почему он ушёл? Ты знаешь?

— Не знаю. — Марина качает головой. — Никто не знает. Он не объясняет. Никогда.

За окном — Москва, люди, обычный день.

Марина первая берёт меню.

— Заказываем. И хватит об этом. — Смотрит на меня поверх карты. — Ксюш. Одно скажу.

— М?

— Не принимай решений сегодня. Ни в какую сторону. Просто иди работать. Всё остальное — само.

Полина кивает.

Ничего не отвечаю. Но внутри что-то чуть отпускает.

После обеда возвращаемся в офис. Девочки уходят к себе. Поднимаюсь на этаж.

Сажусь. Открываю ноутбук.

Письма, таблицы, созвоны. Работа затягивает.

Ближе к четырём в приёмной появляется Виктория. Планшет, рабочие, образцы материалов. Говорит спокойно, чётко. Рабочие слушают.

Смотрю через открытую дверь.

Отворачиваюсь. Работаю дальше.

В шесть закрываю ноутбук. Складываю документы в папку.

В приёмной Вера Александровна что-то печатает. Поднимает на меня взгляд.

— До свидания, Ксения Владимировна.

— До свидания.

Свет под его дверью горит. Не останавливаюсь.

Лифт. Улица.

В метро — толкучка, шум. Держусь за поручень.

Дома открываю холодильник. Закрываю. Есть не хочется.

Душ. Горячая вода.

Нахрена он меня целовал?

Ложусь. Потолок.

Мысли по кругу. Решено.

Его жизнь. Его женщина. Его мир. Виктория — вот его мир. Я в него не вписываюсь и не собираюсь.

Работа. Только работа.

Закрываю глаза.

Просыпаюсь.

Лежу секунду. За окном серо.

Его жизнь меня не касается. Я иду работать.

Встаю. Душ. Кофе. Собираюсь быстро.

В метро — телефон, письма, созвон через час. Отвечаю на ходу.

Выхожу на своей станции. Холодный воздух. Быстрым шагом к офису.

В холле — охрана, турникеты, лифт.

Двери открываются на моём этаже.

Виктория.

Уже здесь. Стоит с рабочими, планшет в руках. Говорит чётко, спокойно — знает, чего хочет, привыкла, что её слушают.

Прохожу мимо.

Она здесь надолго.

После такой главы мне особенно интересно ваше мнение 👀

Как думаете — Ксения себя накручивает или действительно рядом с такой женщиной очень легко почувствовать себя «не его уровнем»?

Как вам глава? Что думаете про бывшую? 😏

И главное — вы верите в бывших, которые «просто так» заходят в кабинет?

И есть ли у них вообще шанс спокойно работать рядом дальше? 👀

Глава 13

Глава 13

— Доброе утро, Ксения Владимировна.

Вера Александровна не отрывается от монитора.

— Доброе.

Прохожу к себе. Сажусь. Открываю ноутбук.

Созвон с Лионом через час.

Французы прислали правки — юрист переформулировал третий раздел. Читаю. Перечитываю. Нахожу расхождение с тем, что согласовали на переговорах.

Его ошибку.

Пишу ответ. Вежливо, по делу, с выдержкой из протокола. Отправляю.

Письма из Лондона. Британские партнёры прислали правки по условиям соглашения. Коротко, по делу. Отвечаю.

Втягиваюсь. Пальцы бегут по клавиатуре, голова переключается — медленно, но переключается. Цифры, сроки, формулировки. Привычный ритм.

Созвон идёт больше часа. Лионский партнёр хочет передвинуть второй этап на две недели раньше. Объясняю почему нельзя — с аргументами, без спешки. Он настаивает. Не отступаю. В итоге сходимся на компромиссе.

Записываю итоги. Отправляю резюме Вере Александровне.

Телефон вибрирует.

Климов:

«Пятница. Обед. Ты, я и тот самый борщ. Возражения не принимаются.»

Уголок рта сам тянется вверх.

«А если я вегетарианец?»

«Врёшь. Я видел, как ты ела мясо на корпоративе.»

«Окей. В час?»

«Зайду. И подготовь аргументы, почему ты лучший координатор — буду хвастаться перед коллегами.»

Фыркаю.

Откладываю телефон. Возвращаюсь к таблице.

Минут через двадцать ловлю себя, что всё ещё улыбаюсь.

Илья заходит ровно в час. Куртка нараспашку.