— Согласен, поэтому у меня есть ещё два, а сейчас по дороге учу итальянский, раз уж мы туда едем, — ответил Марат.

— Это как? — удивилась Марта.

— Если скажу, последует ещё много вопросов.

— А мы никуда не торопимся.

— Нет, но ты мне мешаешь учиться.

— Круто! Я-то думал, что я молодец — три иностранных языка; Марта, а у тебя сколько? — спросил дед.

— А у меня автопереводчик. Я не страдаю ерундой.

Вечером ливанул дождь. Уже в потёмках добрались до следующего ночлега — придорожной корчмы «Август». Большой деревянный дом с закрытыми ставнями и тусклым фонарём над дверью выглядел не очень гостеприимно. Но здесь ждут Марата и его спутников. Заведением владеет семейная пара: крот Якуб и неви Августа, она же Гуся.

Встретил хозяин, коренастый молодой мужчина с густой шевелюрой и рыжей бородой. Он сразу усадил за стол. В помещении всего два длинных стола и лавки.

— Щичас, едза…

Якуб явно испытывал некоторые коммуникативные сложности. Но у него был свой автопереводчик.

— Ёжик, госшти! — крикнул он в глубину зала.

Очень простой интерьер, без изысков. Белые стены, тёмная плитка, старенький текстиль.

— Добрый вечер! — услышали Марта и Роберт, а Марат увидел щуплого мальчишку. — Гуси нет дома, она за бандитов следит.

— Всё нормально, я уже связался с ней, скоро будет, — сказал Марат.

— Вы пока ужинать. У нас ресторан невысокой кухни, что сами едим, то и гОстям даём, — паренёк по-взрослому растягивал слова и пытался сделать голос ниже.

— И что сегодня на ужин? — спросил зверски голодный Роберт.

— Картошка жарена, пирог с яблоком, салат из чёрствы, то есть, из свежи овощи, — поправил себя Ёжик.

— То, что надо! — одобрил Роберт.

— А мясо, рыба? Или морепродукты? — Марта, кажется, чего-то не поняла.

— Нет. Есть яйцо. Надо?

Сколько Ёжику? Лет 8-9? Марат про себя отметил, что мальчик не очень хорошо учится, путается. Почему?

Хозяин поставил на стол три кружки тёмного пенного.

— Пиво очень кстати! — обрадовался Роберт.

— Квас, — сказал Якуб.

— Пиво Гуся не велит, — добавил Ёжик.

— Строгая какая, — сказал Роберт.

— Мы не пьём и не курим, вредные привычки делают нас уязвимыми, — пояснил Марат, — думал, это и так понятно.

Марта заворожённо наблюдала за парящим в воздухе ножом, ювелирно срезающим с картофеля кожуру. Она достала телефон, чтобы снять, но Марат запретил. Кротам всё приходится объяснять, сами не понимают.

Когда пришла хозяйка, гости уже облизали тарелки. Маленький Ёжик оказался очень талантливым поваром. Марта и Роберт устроили шуточное сражение на вилках за остатки пирога.

Гуся появилась в дверях изнутри дома, кутаясь в ярко голубой махровый халат. Лицо уставшее, тонкие волосы прилипли к голове. Якуб обнял свою невидимую жену и что-то шепнул в её невидимое ухо.

— Попросту змоклем, пшестань… — тихо ответила она и устремилась к гостям. — Всем привет! Ёжик, сделай чай, пожалуйста. Марат, а что ты нам привёз?

Марат поднял с пола блестящий тубус с мухами.

— Отлично. Сейчас перекушу и опробуем. Понадобится ваша помощь.

— Что-то случилось?

— Что у нас может случиться в этой глухомани? Работорговля у нас… Девчонку забрали, Милу, вон такая же, как этот, — Гуся кивнула в сторону Ёжика, — паслась тут часто, дружат они.

Невести не раз рассказывали об этой проблеме. Невиловы не вчера появились. Отслеживают неви, ловят и продают. Даже придумали примитивную охотничью ловушку: это такая сеть, похожа на рыболовную, её набрасывают сверху на человека, затем жертва автоматически фиксируется ремнями. Те пойманные неви, у кого есть невифон, подают сигнал sos. Их обычно спасают. Но самая лёгкая добыча — дети из неблагополучных семей.

Раньше устраивались закрытые аукционы в интернете и в реале. С одной стороны для неви-полиции это было удобно: поисковая информация поступала напрямую от преступников, можно было их тихо, без особых усилий, ликвидировать. Однако рынок работорговли разрастался. И неви устроили крупную показательную бойню, под замес попали все: и работорговцы, и заказчики. Видео было широко распространено; и на какое-то время всё притихло. Но спрос и цены на живой товар выросли ещё больше. И, конечно, находились кроты, желающие рисковать за большие деньги.

— Продали её родители-алкаши. Хорошо, что Ёжик был там, видел! А так бы и не узнали, куда девчонка пропала…

— Гуся, а почему дети не чипированы?

— Марат, ну ты сравнил! Вот ты приехал весь такой модный столичный красавчик! У вас и оснащение, и снабжение, и связь налажена. А тут деревня, глухая дыра! Ну вот представь, нас здесь всего одиннадцать на общее население две с половиной тысячи. И только четверо взрослых, а я — полиция в единственном экземпляре. В город звоню, спрашиваю: «что насчёт детей, когда установите»? Скоро! Ну вот оно какое «скоро», дождались… У нас этого всего остро не достаёт, понимаешь? И мух этих придётся распределять на всё воеводство — не себе же я оставлю. Всё, хватит, завтра же отправлю детей в интернат! Пусть нормально живут и развиваются, неучи ж растут…

Ёжик нахмурился и выбежал из зала.

— Обиделся… Ну там у него такое… по дороге объясню. Ладно, пора собираться, мне понадобятся мужчины, Марта останется с Ёжиком дома, — скомандовала Гуся.

* * *

Марта осмотрела комнату, где ей предстояло провести эту ночь вместе с дедом и Маратом. Мягко говоря, аскетично. Впрочем, другого интерьера она и не ожидала. Но можно же было хотя бы туалетный столик с зеркалом поставить? А так: три узкие кровати, напольная вешалка в углу, маленький круглый стол, три стула — всё! Да, и окон нет! К счастью, в номере есть санузел, вроде чистый. После долгого дня в душной машине по жаре очень хотелось помыться. Марта прощупала ладонями воздух в ванной комнате, не спрятался ли там кто-то невидимый. Вроде нет никого.

Приняла душ, проверила соцсети. От Лео ничего. Зато три сообщения от отца, одно приятнее другого.

«Что за шутки, немедленно домой!»

«Марта, что происходит?? Как это уехала, ты должна была обсудить это со мной!»

«Срочно позвони!!!»

«Не надо было оставлять записку, может, не заметил бы», — подумала Марта.

Спать не хотелось совершенно, мысли метались между разъярённым отцом и Лео, который, возможно, в рабстве. И всё же она вспомнила про Ёжика. Нужно, наверное, проверить как он, пожелать спокойной ночи, раз уж её здесь оставили за старшую.

Марта пошла искать невидимого мальчишку в незнакомом доме. Сколько здесь комнат? Две, три, четыре, пять… Не стучаться же во все двери, там могут быть другие постояльцы.

— Ёжик, — тихонько позвала Марта.

Где-то рядом скрипнула половица.

— Ёжик, ты здесь?

Тишина.

В конце коридора что-то щёлкнуло. Марта пошла туда, постучала в приоткрытую дверь.

— Ёжик, ты здесь? Можно войти?

— Нельзя. Чего надо? — из комнаты раздался недовольный голос Ёжика.

— Хотела пожелать спокойной ночи. У тебя всё в порядке?

— Я уже сплю. Добраноц! — буркнул он.

Марта уже было пошла к себе, но услышала то ли стон, то ли вой… Она замерла, прислушиваясь. Так и есть, странные звуки доносились из комнаты Ёжика.

Пришлось вернуться. Что там происходит? Мальчик что-то спокойно говорит — не понять, а ещё кто-то мычит, кряхтит, хрипит… Что-то упало. И вдруг — визг!

Марта осторожно приоткрыла дверь, заглянула в комнату.

В воздухе вертикально колыхались майка и шорты. «Ёжик», — догадалась Марта. На кровати, в ворохе старого белья, лежала тощая старуха. Её руки дрожали, пальцы судорожно сжимались и разжимались. Рядом в воздухе парила ложка, кажется, с кашей. Ёжик, видимо, пытался накормить бабушку, но та отворачивалась, хватала воздух, хрипела.

— Мущищь ешть, — бормотал Ёжик, стараясь поднести ложку к её губам.

Старуха размахнулась и ударила по ложке. Каша полетела на пол.

Ещё одна попытка.