Тысячники вроде проклятого Тарака, только принадлежащие другим мирам, не обрадовались бы неожиданным гостям. Ситуация могла повторить возможный переход в УйраКали, где по ту сторону врат меня ожидали бы не торговцы, а армия.

Однако вероятности, это прекрасная вещь. Но судьба может удивлять куда сильнее. Ведь пусть выбранный мной путь оказался ошибочным, и все же трофеи, собранные в мире Ссшорс и Тесэр, были великолепны. Более того, именно череда ошибок дала мне возможность захватить собственный домен.

Тогда как именно домен изменил всё. Мои возможности. Планы. Отношение ко времени. Само представление о будущем.

Поэтому назвать случившееся безусловной ошибкой было нельзя. Потому как важнее не то, насколько верно ты выбрал дорогу. Важнее, что сумел забрать по пути и во что превратил обстоятельства.

И сейчас следовало поступить так же. Переход в мир Фирасуз был невозможен. Но Архарис оставался целым миром. Мёртвым, проклятым и почти лишённым энергии, однако всё же миром. У него были недра, руины и десятки тысяч обречённых душ. И если прямой дороги вперёд не существовало, следовало понять, что можно выковать из этого тупика.

Разумеется, одно из сознаний предлагало иную версию. Что всё произошедшее не случайность. Что меня сознательно загнали сюда. Может быть Сионшо. Павший Бог B ранга из мира Тесэр. Или даже скользкий тритон Вирашсиас.

Возможно, все они были заодно, осторожно направляя меня из одного мира в другой, пока я не оказался на мёртвой планете, где невозможно добыть даже толику энергии.

Версия выглядела сомнительной, но все же возможной. И отбрасывать её только по причине довольно низких шансов этой вероятности было бы глупо. И пусть эта возможность раздражала, в самой своей сути. Да и найти реальных подтверждений в потоках энергий и даже косвенных доказательств не удавалось, но сам шанс что мной управляют напрягал. Хотя более вероятно, что это всего лишь череда неудачных решений, и не более того. Все же для ловушки мир Архарис подходил слабо. Да и очевидных выходов из него не наблюдалось.

Впрочем, источник истинного света B ранга в моём домене превращал энергетический голод мир Архарис лишь во временное неудобство. Я не зависел от местной среды настолько, насколько рассчитывал бы возможный враг.

Это успокаивало. Совсем немного. Но ярость продолжала полыхать. Даже становилась сильнее. Хотелось наказать тех, кто разрушил мои планы, намеренно или случайно. Особенно Вирашсиаса. До прибытия в мир Пекарат я не жаждал разрушать его мир. Между нами, не существовало вражды. Мне требовались только время и дозволение торговать.

Но он отказал.

А ведь я мог провести сделки за пределами мира, даже на его орбите. Мог согласиться на ограничения. Мог заплатить. Но Верховный Бог остался непреклонен. Это был его выбор. И однажды последствия этого выбора могут лечь на его плечи тяжким грузом.

От мрачных размышлений меня отвлекла Лея Фрет.

Она осторожно подняла руку, показывая, что желает высказаться. Полковник Омстрел тут же замолчал. До этого он докладывал о возможности восстановить добывающие мощности мира Архарис, опираясь на сведения геологической разведки, проведенной ранее.

В зале для совещаний моего домена было достаточно просторно даже для Тхагаси. Огромный стол, проекции карт, схемы разрушенных врат и данные разведки на галоэкранах занимали центральную часть помещения. Старшие офицеры сидели молча, ощущая моё настроение и разумно не пытаясь заполнить паузы ненужными словами.

Стоило моему взгляду переместиться на Лею, как внимание остальных обратилось к ней.

— Возможно, нам следует сосредоточиться не на добыче собственными силами, — начала она, — особенно в столь сложных условиях. Здесь нет атмосферы, воды и подходящей защиты от радиации. Доставлять всё необходимое из домена будет слишком дорого. Можно поступить кардинально иначе.

Она на мгновение замолчала, формулируя продолжение. Но ход её мыслей уже начинал мне нравиться. О похожем варианте я задумывался. Правда, не рассматривал его в настолько коварном виде.

— Для работ выгоднее привлечь местных «жителей», — продолжила Лея. — Как минимум тех, кто всё ещё существует.

Она чуть отстранилась и начала делать заметки в планшете. Медленно лишь в моём восприятии. Её пальцы быстро скользили по поверхности, добавляя расчёты, предположения и структуру возможного плана.

С моего дозволения поднялся Мериазод. Волколак возвышался почти над всеми присутствующими. Почти, потому что рядом с даже сидящим Тхагаси само понятие высокого роста становилось относительным.

— Даже если вероятность завербовать изменённых высока, сама попытка их изловить будет невероятно затратной, — произнёс мой тысячник. — Они нематериальны, способны проходить сквозь преграды и рассредоточены по всей планете. На поиски уйдут годы. А бесконечного времени у нас нет. Иначе мы могли бы сами без спешки развернуть на Архарисе собственные добывающие мощности.

Разумное замечание. Практичное. Мериазод мыслил, как воин и командир. Он сразу оценивал затраты, число поисковых групп, площадь планеты и вероятность удержать пойманных призраков. В его представлении набор местных жителей начинался с охоты.

Лея же улыбнулась. Не насмешливо. Скорее радостно, будто только сейчас окончательно поняла ценность собственной идеи.

— Я вижу способ решить эту проблему. Разумеется, захваченные изменённые не станут убеждать сородичей вступить в армию нашего повелителя. Пленники вообще редко бывают хорошими проповедниками. Но что, если не захватывать их?

Она обвела взглядом стол. На мгновение задержалась на Тхагаси, заметила его гордое одобрение и выпрямилась чуть сильнее.

— Что, если дать им надежду?

В зале стало тихо, ведь даже дышать все перестали.

— Хуманов Архариса намеренно превратили в псевдонежить, — продолжила Лея. — Проклятие частично сохранило им память и рассудок, не позволяя погибнуть окончательно. Но сами они не способны покинуть мир. Даже простейший барьер вокруг планеты для них непреодолим. Захватчики провернули интересный трюк: сначала умертвили местных жителей, понизив ранг созданий, затем не дали душам уйти в астрал и запечатали их здесь.

Она говорила всё увереннее.

— Они не опасные призрачные хищники. Не полноценная нежить и даже не свободные души. Это узники, которых тысячелетиями удерживают в пустой тюрьме. Нам не придётся ловить их всех. Достаточно найти нескольких, способных мыслить, и показать им место, где проклятие больше не сможет удерживать их в прежнем состоянии.

Я уже понимал, к чему она ведёт. Домена проклятие мира Архарис не касалось. Если перенести туда одну из теней, связь с миром может ослабнуть или исчезнуть. Возможно, призрак не обретёт тело. Возможно, не сможет восстановиться сразу. Но он покинет планету.

Впервые за тысячелетия. Даже одного такого примера хватит. Тени сами найдут остальных. Им не требовались корабли, пища или отдых. Они могли проходить сквозь горы, спускаться в руины и двигаться там, где нашим поисковым группам пришлось бы тратить месяцы. Ведь среди них сохранились остатки общества, пусть и извращенного их вынужденной формой существования, и в итоге слух разойдётся ещё быстрее.

Нужно было не охотиться на жителей Архариса. Нужно было заставить их искать нас.

— Не совсем понимаю, что можно предложить отчаявшимся и, скорее всего, безумным призрачным теням, — задумчиво произнесла Себия, словно обращаясь скорее к самой себе, чем к остальным. — Только если надежду…

Сказать, что со своими тридцатью пунктами параметра Интеллект понимал хотя бы половину происходящего, я точно не мог. И это меня изрядно тревожило.

Не пугало так, как когда-то пугали нурглы, ночные атаки или тяжёлый топот врага за крепостной стеной. Страх был чувством простым и понятным. Увидел опасность, поднял оружие. Не можешь победить, отступи. Некуда отступать, вцепись врагу в глотку и постарайся забрать его с собой. Ну или держись своего десятника, он уж точно знает, как лучше поступить.