В итоге я устроилась на работу в аптеку. Сперва я помогала аптекарю. Работала девочкой курьером. Затем меня заметили и пригласили работать Гильдия воров города Астривеля. Это соседний город, куда я в очередной раз перебралась в поисках нового места жительства. Город большой, но меньше и спокойнее столицы. Третий по размеру в стране.

Воровать мне не особо нравилось, но так удавалось достаточно долго скрываться от гвардейцев и охотников за мной. Новости, слухи, да любую информацию мы узнавали одни из первых, что для меня было жизненно необходимо. Правда, часто приходилось прятаться от прихвостней юного графа Люка де Монсель.

Люк в то время вполне спокойно сотрудничал с теневым миром. Так что мне приходилось прятаться каждый раз, когда его люди появлялись. Благо, я занимала нижнюю ячейку криминального общества, и это было не сложно. Сам лично он там никогда не появлялся, а его прихвостни в лицо меня не знали, искали по описанию.

Что касается юного графа, то к этому моменту был уже не так и юн. Брат превратился в мужчину тридцати трёх лет, а для мага это начало расцвета, который длился едва ли не пятьдесят лет. Весь мир у его ног, что логично, с его-то родословной, связями.

Мало того, в тот момент Люк попытался продолжить дело отца. Не ожидала от него такого, да и не замечала особого рвения к трудам старого графа, но, возможно, с возрастом все изменилось. Или на него надавили? Хвала богам, все его попытки даже приблизиться к результатам старого графа проваливались с треском. Судя по всему, он даже половину самых простых ритуалов повторить не мог. Поэтому это начинание достаточно быстро заглохло. Плюс, он не был так щепетилен и аккуратен в выборе подопытных. За что поплатился лет через пять. Не смог удержаться и использовал малолетнюю дочь своей любовницы. Девочка не выдержала и умерла. Был страшный скандал. Его хотели вздернуть, но в итоге дело решили замять. Кто ему помог — неизвестно. Теперь он ведёт крайне затворнический образ жизни.

Впрочем, из воровской организации я ушла достаточно скоро. Для этого все же пришлось самоубиться. Если до этого меня такое пугало, то в той ситуации просто не было другого выхода.

В общем, за период работы на них я умерла три раза. Один раз от рук стражи, но мне удалось сделать так, чтобы все поверили, что этого не было. Второй раз меня предал свой же. Сделала вид, что чудом выжила. А вот последний спланировала уже сама. Это был лучший способ уйти от них так, чтобы они отпустили. Из таких мест не уходят на пенсию, только ногами вперед. Вот и пришлось умереть. Хотя как умереть… подставиться и меня положили доблестные слуги порядка.

Только после этого пришлось уехать уже из страны. Слишком уж широкая сеть доносчиков у них была. А мою смерть в этот раз я отыграла до конца. Даже после того, как возродилась, изображала себя мертвую, пока не подтвердили мою личность, пока не отослали все отчёты и тому подобное.

Мне тогда визуально было уже около пятнадцати — шестнадцати, так что это было намного проще.

У людей дети вполне спокойно работали и даже жили отдельно, начиная с четырнадцати, хоть первое совершеннолетие и наступало в шестнадцать. Так что выдумывать я не стала и с новой цирковой группой уехала в Сонру. К этому времени меня среди гастролеров уже искать перестали. Я добралась и присоединилась к ним в столице. Это было для меня уже просто и отработано. Задержалась после выступления, восхитилась их программой. К слову, там действительно было на что посмотреть. И попросила меня взять к себе.

А вот дальше начинались сложности. Мне нужен был один из тех цирков, который гастролировал между странами. А соответственно определенный его уровень. В таких выступать мне ещё не приходилось, и перед выступлением я сильно переживала. А вдруг не получится? Вдруг не возьмут? И что тогда? В данный момент в нашей стране находилось только два таких цирка. Так что у меня были две попытки.

Но я выдохнула и начала программу. Продемонстрировала несколько известных мне эффектных танцев с оружием, сопровождаемые песнями. Несколько видов заморских танцев, которые удалось изучить до этого, в которых я бренчала монетками на яркой широкой юбке и подпрыгивала так, что она поднималась до колен. Но моим коронным номером было это походы по канату и танцы на нем же. Балансировать мне пришлось научиться, пока я состояла в воровской шайке. А добавить к этому танец со временем не стало для меня проблемой. Мне до этого часто приходилось работать с тросами, канатами, так как я была самая маленькая и лёгкая.

Смотреть собралась вся их труппа. По окончании раздался хор аплодисментов и меня все же взяли. С первой попытки! Я была такая счастливая, не описать. Смогла пробиться на такой высокий уровень! И это был мой первый выезд за границу!

В Сонре я надеялась хотя бы краем глаза увидеть родных. Понимала, что они могут меня не узнать или, наоборот, узнать, и это может меня выдать, но не могла отказать себе в такой прихоти.

Родных я все же нашла в маленьком прибрежном городке на самом юге страны. Дедушка с бабушкой уже совсем постарели. Тетя с дядей, наоборот, воспряли как-то, дети выросли. Подходить близко я не стала. Боялась, что не сдержусь. И так еле находила силы, чтобы не броситься в объятия. Понаблюдала несколько дней издалека и уехала.

К этому времени я сильно загорела, над этим моментом я усиленно работала и научилась смотреть так, чтобы взгляд был из-под ресниц. Так они отбрасывали тень, и людям часто казалось, что они не голубые, а карие. Я стала внешне выглядеть совсем как южанка. Волосы заявились крупными кольцами от постоянной влажности, кожа загорела. Да и одеваться я старалась как местные.

В прошлой жизни я предпочитала одеваться просто и неброско, пусть и была ребенком. А сейчас я не вылезала из ярких цветастых платьев, дополненных ещё более колоритными платками, лентами, бренчащими монетками. Танцевала часто босиком, обвесив руки и щиколотки браслетами. Танцуя, я почти всегда громко пела, раззадоривая толпу. Стучала в маленький бубен и кружилась на месте, подпрыгивала на верёвке.

Мои представления были одни из самых ярких. Цирк ни разу не пожалел, что взял меня с собой. В каждом городе нас ожидал аншлаг. Люди часто просили задержаться, чтобы все, кто хотел, успели посмотреть.

Никто и не запоминал моей внешности, настолько лицо я старалась сделать неброским, часто используя для этого сценическим грим. Все запоминали лишь яркий пестрый наряд и копну вьющихся темных волос.

Каково же было мое удивление, когда в одном из городов я заметила в толпе Йохана. Он стоял с группой молодых мужчин и смотрел мое выступление. Молодой человек сильно изменился за это время. Раздался в плечах ещё сильнее, как я и думала. Набрал массы, стал крепкий, отрастил небольшую бородку на подбородке, волосы стал собирать в хвост. Но взгляд остался тот же. Такой мягкий, теплый, напоминающий бархат или шоколад. Одет он был значительно лучше, чем в прошлый раз, искуснее, да и дороже. И, как и вся его компания, был уже сильно нетрезв. Сразу было видно, что компания что-то отмечает.

Я, закончив выступление, не знаю зачем, но решила за ними проследить.

Может это было желание прикоснуться к кому-то, кто можно сказать из моей прошлой жизни. И тоске, что с недавнего времени начала преследовать меня. Мне было одиноко постоянно. Хоть половину времени я репетировала или выступала. А это постоянное нахождение в толпе людей. А может дело в нем самом. Я если честно, не поняла сама зачем. В тот момент все мои мысли занимало только то, как бы его не упустить.

И было крайне обидно все же потерять его, свернув с оживленной улицы на значительно более тихий переулок. Мужчины точно завернули в этот переулок. А дальше, как растворились. Значит, зашли куда-то. Больше деться им некуда. Их человек десять. Столько народа за раз не потеряешь. Проблема была в том, что тут располагалось очень много разнообразных мест. Иначе и не назовешь. От ресторанов и баров пониже статусом, чем на основной улице, до притонов и домов увеселений. По таким местам свободно разгуливали мужчины, но вот женщинам лучше было тут или не появляться, или иметь сопровождение. У меня не было ни того, ни другого, но я не могла удержаться.