Я не позволила себе поцеловать его на прощание. Просто испугалась, что он проснется, либо у меня не хватит духа уйти.

Лишь позволила себе еще один взгляд на такого теплого и родного мужчину. На его разбросанные волосы на подушке, на то, как он уткнулся носом в подушку, на которой я только что спала, и легонько улыбается во сне, на его красивую спину, сильные руки.

Вздохнув, я на цыпочках выскользнула в коридор, прикрыла за собой дверь и, прихватив свои вещи, спустилась вниз. Быстро сполоснулась в мыльне холодной водой и надела походную одежду. Это теплая туника и штаны, поверх еще одна куртка, сапоги. И, закинув на плечи рюкзак, вышла в кухню. На полу валялись наши вещи. Я собрала их. Вещи моего мишки сложила на кресле в гостиной, а свои кинула на тлеющие угли камина. Чуть помогла силой, и одежда вспыхнула, превращаясь на глазах в пепел. Как и моя жизнь, мое счастье, моя сказка. По щекам текли слезы. Внутри начинала разрастаться дыра. Но я должна сделать то, что должна.

Подошла к гобелену и с не присущей мне же жестокостью скинула все золотые пластины в бархатный мешочек и убрала в рюкзак. Всё. Дело сделано. Обратного пути нет.

«Йохан, если ты сможешь, не ненавидь меня! — взмолилась я. — Или ненавидь, если это поможет тебе жить дальше. Лучше я буду самой плохой для тебя, но ты не будешь мучиться и будешь жить дальше!»

Я открыла глаза в молитве и встала с колен, вытерла слезы. Бросила на дом, где я была так счастлива, прощальный взгляд. Вот тут я готовила… За этим стулом сидит мой мишка… Тут на ковре перед диваном мы устраивали посиделки у камина… А здесь я пролила ягодный чай, и пятно так и не удалось свести.

Вытерла слезы снова и уже не позволяя себе оглядываться, вышла на улицу. Оттуда быстрым шагом, почти бегом направилась на место встречи.

Адриан ждал на оговоренном месте. Когда я подошла, он выглянул из-за укрытия хвойной группы деревьев и, хмуро оглядев, проворчал:

— Ты опоздала почти на час!

— Но я пришла. И принесла обещанное.

— Давай сюда! — приказал он и требовательно вытянул вперёд руку.

— Нет. Я отдам тебе его тогда, когда мы отойдем на достаточное расстояние от деревни, чтобы ты не причинял никому вреда.

— Умная стала, значит! — оскалился он, прищурившись. — Ладно, будь по-твоему! Но если ты меня обманешь…

— Знаю-знаю. Ты меня убьешь и сдашь или сдашь и убьешь.

— Молодец. Умнеешь на глазах! — довольно кивнул он.

— Давай, давай, убирайся отсюда!

Я резко обернулась. Из-за зелёной стены уверенным шагом вышла Лота.

Мои волосы чуть натуральным образом не поседели. Если бы они ещё могли так сделать. Что она тут делает? Как узнала?!

— Я тебе сказал не показываться! — рявкнул на нее Адриан.

А мне стало понятно. Так вот откуда он узнавал информацию.

— Я не могла не попрощаться, — возмутилась девушка и подошла ближе. — Убирайся и не возвращайся. Не переживай, я помогу нашему мишке забыть твою потерю!

А затем она засмеялась каким-то громким и неприятным смехом. На душе стало ещё более неспокойно и гадливо. Что я делаю? А что мне остаётся?!

Интересно ещё и то, что при этих словах Адриан напрягся, как после удара, и быстро подошёл к нам. Схватил девушку за волосы и, оттащив чуть дальше, чтобы я не услышала, что-то быстро ей зашептал. Лицо девушки от этого рассказа побелело, как мел. Она вернулась, а он снова зашептал.

Видимо, у них была вполне взаимная любовь. Его — к ее телу, ее — к своей цели.

Я не стала слушать, чем все закончится. Развернулась и пошла первая вдоль дороги. Адриан меня догнал спустя несколько минут, довольно улыбаясь. Решил свои проблемы? И, небось, ещё и гадость какую-то оставил напоследок.

— Но спрашивать не хотелось. Мне вообще с ним говорить не хотелось. Так мы шли достаточно долго, пока не свернули на тропинку и дальше двигались уже по ней. По тракту передвигаться двум беглецам слишком опасно.

И тут Адриан меня несказанно удивил. Он направил поток своей магии так, что сметал все следы моей магии и даже запах, тем самым помогая путать следы, развеивать запахи.

— А раньше так было нельзя? — не сдержалась я.

— Можно. Только зачем? — пожал плечами он.

— В смысле «зачем»?! Мы столько времени скрывались от гвардейцев. Может, они бы и потеряли след, если бы ты вот так его заметал.

— Не думаю. У меня ощущение, что у них что-то есть… что-то, что ведёт их к тебе. Они слишком уж упорно идут по пятам. Скажи, они давно тебя выслеживают?

— Прилично.

— И всегда находят?

— Нет. Но если подумать… В последнее время чаще.

— Вот видишь, — кивнул Адриан. — Значит, я прав. Они отслеживают не просто магию или запах. Надо выяснить что это и избавиться от маяка. Если, конечно, я не передумаю и не сдам тебя, — на последней фразе он мерзотненько улыбнулся.

Вот почему я раньше не замечала вот этой его стороны?

— Ты так и не ответил про магию, — напомнила я.

— Да не было смысла! — вспылил он. — Это же люди, маги. У них нюха как у оборотней нет. А вот оборотни могут уловить не только запах тела, но и след магии. Сейчас я как раз её и развеиваю. Уношу потоком в другую сторону, в горы. Так что если твой мишка и кинется по следу, то облазит всё вокруг, а мы к тому времени будем уже далеко.

— Ясно, — коротко ответила я.

Разговор на этом иссяк.

Это тоже хорошо. Вероятность, что нас догонят — ничтожна. Даже для оборотней.

На душе было погано и с каждым шагом тяжелее. Мы шли и шли. Прерывались только на небольшие перекусы той едой, которую воздушник прикупил заранее.

Расслабиться у меня не получалось даже ночью. Совесть мучила, сердце болело. А остального я просто не замечала. Ночью, даже вымотавшись до предела, уснуть не получалось. Я прикрывала глаза и проваливалась в беспамятство на несколько часов и все. Отдыха это не приносило совершенно. Еда не насыщала, вода не утоляла жажду. Мне вообще ничего не хотелось. Хотелось утопиться где-нибудь. Если бы мне это помогло. Хотя, может, в этот раз и поможет.

Через несколько дней мы вышли к небольшому городку. Заселились в гостинице, а потом пошли на рынок запастись продуктами в дорогу.

Я действовала на автоматизме, особо ни на что не обращая внимания. Шла за Адрианом, хватая нужное, не вникая, что именно. Просто не было никаких сил ни на что.

В какой-то момент я подняла глаза, и показалось, что я увидела прямо перед собой, в другом ряду товаров, Йохана.

Я не думала. Не колебалась. Просто рванула туда, расталкивая людей. Кто-то возмутился, кто-то что-то выкрикнул. Мне было всё равно. Только бы успеть.

Но когда добежала… Его там не было. А мужчина, оказалось, просто издалека на него похож.

Я схожу с ума!

Повернула голову, снова огляделась. Показалось, что я снова увидела его рассматривающим оружие за крайней палаткой.

Сердце стучало так, что, казалось, слышали все вокруг. Мне стало нестерпимо душно, жарко в этой толпе.

Адриан что-то кричал вдалеке, но я уже снова сорвалась с места и побежала на выход. Сбежала с рынка, потом с улиц. Через город. Пока не оказалась в лесу. И только тогда, когда побежала до реки, остановилась. И, задыхаясь, попыталась отдышаться.

— Какого это было? — донёсся до меня злой крик. Я обернулась. Адриан. Подбежал, кипел. Взгляд бешеный, голос надрывается.

— Прости, — выдавила я, уставшая и опустошённая. Я ощущала себя устало и жалко. Сил не осталось.

— Хватит убиваться по своему оборотню! — неожиданно рявкнул со злостью Адриан, а я в первый раз с начала нашего пути взглянула на него.

— Ты вся так провонялась им, что до сих пор прёт! — орал он. — И с кем, со зверем связалась! Как будто никого получше нет! Что же ты по Ричарду так не убивалась?

У меня пропал дар речи. А Адриан все продолжал и продолжал орать, размахивать руками и оскорблять. Какая я лживая, грязная, какая я… шлюха. Что он был обо мне лучшего мнения.