— Закрыта была вчера.

Да.

Спасибо.

Мы все помнили, как хорошо закрытые системы справлялись с этой академией.

Левен быстро сказал:

— Я доведу Ладу и Сольвей до лечебной комнаты. Там печать магистра Лор и две двери. Ника останется с ними.

Ника сразу кивнула.

— Да.

Демьян посмотрел на Левена.

— Ты никуда их не ведёшь без моей проверки маршрута.

Левен ответил спокойно:

— Адепт Ворон, я не возражаю против проверки. Но тон оставьте для тех, кто обязан вам подчиняться.

Воздух похолодел.

Марьяна тихо сказала:

— Ох, Левен мне нравится всё больше.

— Марьяна, — прошептала я.

— Молчу. Но нравится.

Демьян сделал шаг к Левену.

Я встала между ними.

Снова.

Сегодня это уже становилось физическим упражнением: найди двух опасных мужчин, поставь себя в промежуток и попытайся не получить чужой магией по платью.

— Сейчас угроза моей группе, — сказала я. — Любой конфликт между вами работает на отправителя.

Демьян не смотрел на Левена.

На меня.

— Тебя только что ранили.

— Поэтому я особенно не хочу тратить силы на вашу ревность.

Слово вырвалось слишком точным.

Коридор замолчал.

Даже Левен отвёл взгляд, будто услышал личное и решил быть порядочным.

Демьян смотрел жёстко.

— Осторожнее.

— Я стараюсь.

— Плохо.

Слухи здесь рождались быстрее, чем расписания. Я физически чувствовала, как каждое слово сейчас получит свидетелей.

— Зато честно.

Он наклонился ближе, но не коснулся.

— Мою реакцию на угрозу твоей группе ты называешь ревностью?

— Вашу реакцию на Левена Орса — да.

Тишина.

На этот раз он первый отвёл взгляд.

Коротко.

Всего на миг.

Но я увидела.

Попала.

И не почувствовала радости. Потому что ревность Демьяна Ворона была не романтической мелочью. Это могло стать оружием, которым будут бить по всем вокруг меня.

— Маршрут проверю, — сказал он сухо. — Потом Орс ведёт их в лечебную комнату.

— Благодарю.

Он приложил браслет к стенному указателю. Тёмная магия прошла по камню, ушла к боковому коридору, вернулась тонкой синей нитью.

— Чисто, — сказал Демьян. — До второй двери. Дальше — чужая печать.

Левен кивнул.

— Достаточно.

Ника подошла ко мне.

— Ты сама в лечебную?

— После проверки восточной башни.

— Арина.

Демьян молчал на долю секунды дольше, чем требовалось. Серые глаза потемнели, и я поняла: ответ он уже просчитал.

— Ника, если угроза на группу, я должна знать, кто остался в башне и что с журналом.

— Рука.

— Работает.

Демьян молчал на долю секунды дольше, чем требовалось. Серые глаза потемнели, и я поняла: ответ он уже просчитал.

— Это не медицинский термин.

— Временный.

Она сжала губы, но спорить при всех не стала. Хорошая подруга. Потом отчитают в комнате — это другое.

Левен повёл Ладу, Нику и Сольвей к лечебному крылу. Перед уходом он остановился на секунду.

— Адептка Вельская, я поставлю щит у двери. Он не будет мешать вашей магии.

— Спасибо.

— Если понадобится, позовите через Нику. У неё теперь мой короткий знак доступа.

Демьян тихо сказал:

— Щедро.

Левен повернулся к нему.

— Безопасно.

И ушёл.

Очень достойно.

Очень не вовремя для моего и без того сложного отношения к понятию “проводник”.

Кира вышла из аудитории вместе с магистром Равеном, Таисией и Иветтой через минуту. Судя по лицу Киры, она уже была готова на все варианты незаконной защиты.

— Что случилось? — спросила она.

Марьяна показала журнал.

Кира прочитала.

Затем медленно закрыла глаза.

— Хорошо.

— Кира, это “хорошо” звучит как начало преступления.

— Это начало внутреннего спокойствия перед преступлением.

Пальцы крепче легли на край рукава. Я удержала лицо спокойным, хотя внутри всё уже собиралось в тугой узел.

— Нет.

— Арина, они угрожают нам.

— Да. Поэтому мы действуем так, чтобы они не знали, кого мы защищаем первым.

Таисия подошла ближе.

— Уже знают.

Я повернулась к ней.

— Что видела?

Она провела пальцами по краю журнала.

— Тёплую комнату. Чужую руку на зелёной ленте. Девушка спит и не просыпается.

Сердце ударило в груди.

— Кто?

— Не вижу лица. Волосы светлые.

Лада.

Или Иветта.

Или Сольвей при другом освещении.

Марьяна побледнела.

— Лечебная комната?

Таисия покачала головой.

— Теплее. Там пахнет растениями.

Сольвей.

Рябинка.

Восточная башня.

— В башню, — сказала я.

Демьян уже шёл.

— Нет, — сказала я.

Он остановился так резко, что плащ качнулся у ног.

— Что ещё?

— Вы не входите первым. Если цель — привести одну из ведьм в вашу башню, появление вас рядом с восточной башней может активировать следующий шаг.

— Если цель — похищение, твоя осторожность даст им время.

Несколько мгновений никто не спешил продолжать. Я использовала эту короткую паузу, чтобы собрать мысли и не дать раздражению выйти в голос.

— Если цель — заставить меня прийти к вам добровольно, ваша скорость даст им доказательство, что я снова завишу от вас.

— К черту доказательства.

— Вот поэтому вы и опасны.

Он подошёл вплотную к границе приличного расстояния.

— Арина, сейчас не договор.

Имя прозвучало низко.

Лично.

Метка отозвалась теплом.

— Сейчас именно договор, — ответила я. — Потому что кто-то пытается заставить меня нарушить все условия.

Ректор, вышедший из аудитории следом, посмотрел на нас обоих.

— Решение: к восточной башне идут магистр Равен, адептка Вельская, адептки Рутская, Дымова, Морвен, Рис и Ворон на расстоянии. Я направляю печать на башню с внешней стороны. Сомов проверит жилые комнаты через служебный контур.

— А Левен? — спросила я.

— Лечебное крыло под его щитом. Пусть остаётся там.

Демьян ничего не сказал.

Но я почувствовала, как его магия потемнела.

Мы пошли быстро.

Коридоры центрального корпуса уже бурлили слухами. После сорванного занятия адепты высыпали на лестницы и галереи, но при виде нашей группы расступались. Я шла между Марьяной и Кирой, с журналом в руках. Таисия и Иветта держались чуть позади. Демьян — сбоку, на расстоянии, которое казалось формальным только тем, кто не чувствовал его шторм.

Я чувствовала.

К сожалению.

Восточная башня встретила нас тишиной.

Слишком ровной.

Обычно здание шуршало: лампы, камин, лёгкий скрип дерева, Рябинка на подоконнике. Сейчас у входа не было ни звука. Контур горел синим, но в центре синевы пульсировала маленькая чёрная точка.

Равен поднял руку.

— Стойте.

Демьян уже смотрел на точку.

— Метка вызова.

— Чья? — спросила я.

— Моя.

Я резко повернулась к нему.

— Вы ставили?

— Нет.

— Может ли кто-то подделать?

Слова прозвучали ровно, но после них пространство будто сузилось. Я почувствовала это кожей и заставила себя стоять спокойно.

— Сегодня нам уже ответили.

Да.

Может.

Я открыла журнал. На странице появлялась новая строка.

Восточная башня запросила старший маршрут. Причина: добровольный проход ведьмы в башню Ворона.

— Никто туда не проходил, — сказала Марьяна.

Таисия вдруг подняла голову.

— Проходит.

— Кто? — спросила я.

— Не ногами.

Внутри башни что-то глухо ударило.

Потом второй раз.

Рябинка закричала.

Я не знала, что растение может кричать.

Это был тонкий, режущий звук, похожий на скрип стекла и свист ветра в сухих ветках. Сольвей в лечебном крыле его бы услышала даже через стены, будь рядом. А здесь, у входа, звук ударил прямо в грудь.

Кира побелела.

— Там Иветта.

Точно.

Иветта осталась в башне с Сомовым? Нет. Сомов должен был подойти с другой стороны. Иветта после занятия шла с нами, но где она сейчас?