Предводители армии света словно кричали: «Идите к нам! Нам нужны все!»

И это работало. Те редкие игроки, что ещё вчера заходили в моё подземелье — случайные новички, одиночки, просто любопытные, — теперь исчезли совсем. Им было не до меня. Ситуация на фронте требовала всех. Любой, кто мог держать меч или кастовать заклинание, был на счету. Даже пятые-десятые уровни, которых раньше в серьёзные рейды не брали, теперь шли в войска. Охрана обозов, фуражиры, различные помощники и гонцы. Работа была для всех.

С одной стороны, это было хорошо. Я мог спокойно копить ресурсы, развиваться, строить. С другой стороны — без игроков не было опыта подземелья. Не было душ. А без этого моё развитие рано или поздно встанет. Упрётся в потолок. Склад я забью рудой до верха, неразделанные тела игроков кончатся. И всё. Прогресс развития остановится.

Я закрыл форум и задумался. Война, которой я опасался, для меня стала передышкой. Но как долго она продлится? И что будет, когда линия фронта докатится до моих земель? Когда тёмные придут сюда и обнаружат моё подземелье? Будут ли они его грабить? Или, может быть, предложат союз? Я точно знаю, что одна из рас, доступных для игры, — скелеты. Станут ли они убивать себе подобных? Хотя, если вспомнить, светлым ничего не мешало опустошать локации. Им ничего не стоило опустошать локации, где обитали их же расы — люди, эльфы, дварфы. Лишь бы опыт капал и дроп падал. Сам таким был, что говорить. Если с моба падает лут — его убьют, будь он хоть святым, хоть пророком, хоть младенцем в колыбели. А тёмные в этом смысле ничем не отличаются, те же игроки. А я для них — моб.

Минуло ещё два дня. Подходила к концу третья неделя с того момента, как меня поместили в капсулу. Наступил очередной рестарт серверов — тот самый момент, когда подземелья синхронизируются и открывается доступ в межхранительскую сеть.

Я повторил схему, показанную Германом: открыл журнал, нашёл запись о первом достижении, заспамил кнопку до появления скрытого меню. Серебристая завеса ворот всколыхнулась в стене, и я шагнул в неё.

На этот раз локация была другой. Вместо мрачного зала «Корней Бездны» я оказался в огромной пещере, своды которой подпирали колонны из чистого света. Пол был выложен белым мрамором с золотыми прожилками. В воздухе пахло ладаном и старыми книгами. Вдоль стен высились стеллажи с фолиантами, а в центре зала бил фонтан из жидкого серебра. Над головой парили светящиеся сферы, и в их мягком сиянии сновали Хранители — от скромных духов до могучих существ в сияющих доспехах. Библиотека Святилища Первого Света — узнал я. Одно из старейших подземелий светлой фракции.

Я уже знал, что делать. Не глазея по сторонам, сразу направился к одному из столов помощников распорядителя. Протянул несколько шмоток, дропнувшихся с игроков за последние дни — ничего выдающегося, обычные необычные предметы, которые мне были без надобности. Помощник аукциониста, молодой человек в белой мантии, быстро оценил товар и начислил на мой хранительский счёт условные монеты аукциона.

Я открыл список доступных лотов и принялся пролистывать. Оружие, броня, ресурсы, редкие ингредиенты, чертежи, свитки — глаза разбегались. Но мне нужно было конкретное.

Луки. Для скелетов-лучников.

Параметры подходящих предметов быстро нашлись. Я отфильтровал лишнее и уставился на две позиции.

«Жало Мантикоры»

Тип: Лук (дальний бой).

Редкость: Необычный.

Характеристики:

Урон: 20–25.

Ловкость +2.

Эффекты:

«Яд мантикоры» — каждая стрела, выпущенная из этого лука, пропитывается ядом мантикоры. Накладывает эффект «Отравление» (сила эффекта 10, 20 ед. урона в секунду в течение 5 секунд). Эффект суммируется до пяти раз.

Требования: Уровень 8, Ловкость 13.

«Скорострел»

Тип: Лук (дальний бой).

Редкость: Необычный.

Характеристики:

Урон: 30–35.

Ловкость +3.

Эффекты:

«Скорость» — пассивный, увеличивает скорость стрельбы на 10%. Интервал между выстрелами сокращён на 20%. Откат активных навыков лучника снижен на 10%.

«Лёгкость» — пассивный, увеличивает скорость перемещения на 10%.

Требования: Уровень 6, Ловкость 14.

Я хмыкнул. «Жало Мантикоры» — хорош. «Скорострел» — тоже. Урон меньше, но сокращение отката навыков вкупе с повышенной частотой выстрелов означало, что в конечном итоге урон будет схож. «Мантикора» продавалась за полсотни монет аукциона, «Скорострел» — за сорок. Мне хватало в притык.

Недолго думая, я взял оба. Луки отправились в инвентарь рудокопа.

Я уже собирался уходить — общаться с тупыми ИскИнами, которые отвечают как автоматы, не было никакого желания, — как вдруг краем уха уловил звук, которого здесь быть не должно. Смех. Настоящий, живой, с переливами. И голоса — быстрые, эмоциональные, перебивающие друг друга.

Обернулся. У соседнего стола стояли двое Хранителей. Он — высокий, в тяжёлой броне с глухим забралом. Она — изящная, нереально красивая, в лёгком доспехе, с длинными волосами, перехваченными серебряной цепочкой. Оба смеялись, и их смех был совершенно человеческим.

— … а он мне говорит: «Ты не можешь поставить ловушку на ловушку, это не по механике!» А я ему: «Смотри!» И ставлю. Игроки заходят — первая ловушка срабатывает, они отпрыгивают назад и попадают во вторую. Ты бы видел их лица!

— Представляю! Особенно того мага, который телепортнулся в третью!

Оба снова расхохотались.

Я замер. Это были не ИскИны. ИскИны так не разговаривают. Не шутят. Не смеются.

Я сам не заметил как подошёл ближе.

Чёрт.

Они заметили меня и обернулись. Девушка улыбнулась — тепло, открыто, без машинной отстранённости.

— Чего тебе, молодой?

Я машинально поднял взгляд. Над головой девушки светилась надпись: «Хранитель подземелья. Уровень 95». Я перевёл взгляд на её спутника. «Хранитель подземелья. Уровень 115».

Девяносто пять и сто пятнадцать. Это не просто высокоуровневые подземелья. Это уровни, до которых обычные Хранители добираются десятилетиями, если добираются вообще.

— Эм… Ничего, просто показалось, — пробормотал я, отступая.

— Не бойся, — девушка говорила мягко, почти ласково. Так разговаривают с ребёнком, который впервые увидел что-то незнакомое и испугался. — Может, тебе подсказать чего?

Я открыл рот, чтобы ответить, но она уже повернулась к своему спутнику и улыбнулась:

— Эти маленькие Хранители такие забавные в своих алгоритмах. Смотри, он, кажется, пытается подобрать слова для запроса. Прелесть.

«Ясно, — пронеслось у меня в голове. — Она думает, что я низкоуровневый запрограммированный Хранитель. Маленький ИскИн, который пытается подобрать слова для запроса. Ну что же, сейчас я тебя удивлю.».

Я понимал что скорее всего творю глупость, выделяясь, но почему-то мне было до боли досадно от того что эта девушка считает меня Хранителем-нубом. Хотя по большому счёту так оно и было. Я выпрямился и посмотрел ей прямо в глаза.

— Прошу прощения за мою неловкость. Я просто не ожидал, что в этом месте можно встретить кого-то настолько прекрасного. Вы застали меня врасплох.

Повисла короткая пауза. Девушка моргнула. Затем переглянулась со своим спутником, и её бровь чуть приподнялась.

— Ого. А ты не так прост, маленький Хранитель. Такой комплимент не вписывается в стандартный алгоритм, — с улыбкой произнесла она, стрельнув в меня глазами.

Её спутник нахмурился.

— Назови-ка свой порядковый номер и рекомендованный порядок развития, — потребовал он.

Я ничего не произнёс в ответ. Лишь склонил голову набок и с усмешкой посмотрел на хранителя, не отводящего от меня взгляда.

Пауза растянулась на несколько секунд. Напряжение росло.

— Это не четвёртый уровень, это точно, — произнёс наконец он. — Какая-то маскировка, похоже.

— Визарис, это ты опять шутки шутишь? — фыркнув, спросила девушка.

Я покачал головой.