Я перечитала цифры.

— Около?

— Точный расчет возможен только после сверки второй стороны. Живая нить изменяется естественно. Человек взрослеет, болеет, восстанавливается. Мы не вычитаем одно число из другого и не называем разницу украденными годами.

Я понимала.

И все равно смотрела на семь.

— Но порядок величины именно такой?

— Да.

— Семь единиц.

— Предварительно.

— Семь лет брака.

Рин не ответила.

Она не должна была.

Но совпадение уже лежало между нами.

Я спросила:

— Если эти единицы действительно передавались Адриану, это должно быть видно у него?

— Должен обнаружиться избыточный ресурс или след его интеграции в драконье ядро.

— А если уже израсходован?

— След передачи все равно остается в магической истории. Вопрос только в том, насколько хорошо он сохранился.

Я посмотрела на собственные руки.

Они выглядели как утром.

Те же пальцы.

Те же тонкие линии на коже.

Не было никакой метки «минус семь».

— Я должна что-то чувствовать при такой потере?

— Не обязательно что-то одно. Это зависит от скорости и способа передачи. Если ресурс уходил постепенно, организм мог приспосабливаться.

Постепенно.

Я вспомнила последние годы.

Усталость после приемов.

То, как долго проходила простуда.

Как Тея ругала меня за то, что я постоянно холодная.

Как после очередного обследования лекарь сказал, что мне нужно больше отдыхать.

Как я перестала ездить верхом на дальние прогулки, потому что после них два дня болели мышцы.

Все это могло значить что угодно.

И именно поэтому сейчас я не хотела сама складывать диагноз.

— Медицинские последствия оценивает лекарь, — сказала я.

Рин кивнула.

— Правильно.

— Сегодня вы можете установить только сам дефицит.

— И направление возможного долга после второй сверки.

— Когда она будет?

— Как только завершат измерение господина Реваля.

Я посмотрела на часы.

Прошло почти полтора часа с развода.

— Я могу выйти?

— Да. Но прошу оставаться в здании.

Я надела кольцо... Нет.

Кольца больше не было на пальце.

Мешочек с ним лежал в сумке.

Я взяла только серьги.

Когда застегивала одну, пальцы впервые задрожали.

Совсем немного.

Рин заметила и отвернулась к шкафу, давая мне несколько секунд без наблюдения.

Я была ей благодарна.

Адриан ждал в коридоре у окна.

Увидев меня, сразу выпрямился.

— Что показало?

— Тебе еще не сказали?

— Нет. Эксперт запретил обсуждать до совместной сверки.

— Мне тоже.

Мы остались стоять друг напротив друга.

Он выглядел бледнее, чем утром.

Не настолько, чтобы это заметил посторонний.

Я заметила.

— У тебя нашли избыточный ресурс? — спросила я.

Адриан помолчал.

— Да.

— Сколько?

— Они пока не назвали окончательное число.

— Порядок?

Он сжал челюсть.

— Семь единиц.

Вот и все.

Два независимых измерения.

Моя нить потеряла около семи.

Его ядро получило около семи.

Семь лет брака.

Я подошла к окну.

Во дворе шел дождь.

— Ливия, я не знал.

Я продолжала смотреть наружу.

— Я услышала.

— Нет. Я хочу, чтобы ты поняла. Я никогда не соглашался брать у тебя жизненный срок.

Я повернулась.

— А я никогда не соглашалась его отдавать.

— Именно.

— Тогда кто согласился за нас?

Адриан ничего не ответил.

Потому что ответа не было.

Пока.

Через минуту из соседнего кабинета вышел Келлан Вар.

— Госпожа Морен. Господин Реваль. Совместное заключение готово. Пройдемте.

Нас отвели не в прежний зал, а в небольшую комнату для спорных магических обязательств. Здесь не было нотариуса по разводу. Только Келлан, Рин Арт и еще один мастер, имени которого я не запомнила сразу.

На столе лежали три заключения.

Келлан дождался, пока мы сядем.

— Независимые измерения совпали в пределах допустимой погрешности. У госпожи Морен имеется дефицит живой нити, соответствующий семи стандартным единицам жизненного срока. В ядре господина Реваля обнаружен избыточный ресурс того же порядка и совместимого магического происхождения.

Адриан спросил:

— Совместимого — это насколько точно?

Ответил третий мастер:

— У жизненного ресурса нет имени владельца, как у банковского счета. Но при длительном контакте он сохраняет индивидуальную магическую структуру. Совпадение между дефицитом госпожи Морен и полученным вами ресурсом высокое.

— Насколько?

— Достаточное для признания прямого долгового направления.

Я спросила:

— От меня к нему.

— Да.

— Семь единиц.

— Да.

— Могли они перейти одним разом?

Келлан покачал головой.

— Нет.

— Почему?

Он развернул схему.

На ней были семь небольших узлов вдоль линии передачи.

Я уже понимала.

— Семь отдельных обновлений.

— Именно.

Адриан наклонился вперед.

— Даты?

— Примерные. Передача встроена в более крупный контур, поэтому точность пока ограничена несколькими днями.

Рин положила рядом другую таблицу.

Я увидела даты.

Первая — через год после свадьбы.

Вторая — еще через год.

Третья.

Четвертая.

Все семь ложились почти точно на годовщины нашего брака.

Я долго смотрела на них.

Годовщины у нас проходили по одному сценарию.

Не всегда пышно.

Чаще дома.

Утром мастер Огненных Союзов обновлял семейное благословение. Мы ставили руки на родовой камень, подтверждали действительность союза, подписывали короткий документ.

Потом могли уехать вдвоем.

На второй год Адриан отвез меня к озеру.

На третий мы вообще пропустили праздничный ужин, потому что на восточном перевале сошла лавина.

На четвертый я подарила ему серебряный компас, который он до сих пор носил.

На пятую годовщину мы после очередного обследования решили на полгода прекратить любые разговоры о ребенке.

На шестую я почти весь вечер проспала.

На седьмую...

Седьмая была три месяца назад.

Адриан подарил мне старое издание справочника по клятвам, потому что случайно услышал, как я говорила Тее, что хочу когда-нибудь вернуть практику.

Через месяц врачи объявили наш брак бесперспективным.

— На каждой годовщине, — сказала я.

Келлан ответил осторожно:

— Временная связь очень сильная.

— Не осторожничайте. Эти даты совпадают?

— Да.

Адриан смотрел на таблицу.

— Благословение дома.

— Возможно, — сказал третий мастер. — Чтобы утверждать точно, нужно исследовать исходную брачную печать и ежегодные обновления.

— Исследуйте.

Адриан произнес это автоматически.

Я посмотрела на него.

Он остановился.

— Если Ливия согласна.

— Согласна.

Келлан сделал пометку.

— Теперь юридическая часть. По действующему королевскому праву жизненный срок может передаваться добровольно. Для этого требуется отдельное информированное согласие владельца ресурса. Мы проверили государственный реестр: зарегистрированной передачи от Ливии Морен Адриану Ревалю нет.

Я спросила:

— Может существовать внутренний драконий документ?

— Может существовать документ Палаты Огненных Союзов. Но внутренний документ не отменяет требования информированного согласия.

— Если я его подписала, не понимая, что отдаю год?

— Тогда вопрос будет в содержании уведомления и форме согласия. Подпись сама по себе недостаточна, если существенное условие было скрыто.

Вот это я знала и без него.

Любой договорный мастер знал.

Нельзя написать на первой странице «передаю право временного доступа», а в закрытой магической части забрать дом.

Смысл клятвы должен соответствовать заявленному условию.

— Что происходит с долгом при разводе? — спросила я.