С лицом, багровым от жгучего стыда, девушка, сидевшая по соседству, буквально вылетела из бара. Видимо, эмоциональное, красочное выступление Леры Голубевой хорошенько встряхнуло ее самолюбие.

– Я бы давно ушла, – вслед ей озвучила Сара. – Ее место сейчас рядом с парнем. На коленях у его ног. Со слезами раскаяния. Праведница чертова. Опозорил он ее, видишь ли. Сука высокомерная. Дрянь самовлюбленная. Только о себе и заботится. Терпеть не могу таких двуличных шалав.

– Она не шалава, – впервые прорезался голос француженки. – Она просто никогда не любила по-настоящему и выросла в обществе, лишенном морали. Ее поведение кажется для нее нормой. Она же ему не изменила физически. Так она думает. И не она одна. Я когда-то так же сквозь пальцы смотрела на «невинные» проявления знаков внимания однокашников. До тех пор, пока мой жених не увидел, как меня целовал в щечку сосед. Благодарил за помощь с контрольной. Жюльен скандала мне не устраивал. Он просто ушел. Мне ничего не сказал. Ушел и пропал. Не брал телефон. Не читал моих сообщений в сети. А когда я примчалась к нему, он мне так и сказал: ты не любишь меня. Себя не обманывай. Иначе ты бы помнила даже во сне: мне не нравятся «благодарственные» поцелуи твоих многочисленных однокашников. После них будут друзья, а потом коллеги по работе. И все будут тебя целовать? Ну иди, раз тебе это нравится. Я тебя не держу. Я же для себя найду ту, кто будет со мной солидарна. Кто будет согласна с суждением, что целовать девушку, пусть только в щечку, может лишь избранный. Моя девушка – не достояние общественности. Так он сказал. Затем мне пришлось очень сильно постараться, чтобы вернуть жениха. Вернула, потому что на самом деле очень любила. И он, он тоже по-настоящему любил меня.

Командор до мелочей помнил трагическую историю Изабеллы Моне. По завершении монолога француженки Стас сочувственно покачал головой.

– Вот об этом и речь, – сказал он. – Женская свобода. Равенство в жизни, в общении и в занимаемом положении, заключаются не в привлечении к себе массового внимания мужчин. Не в предоставлении своего тела или какой-то отдельной его части к свободному доступу. А мужчины обязательно попытаются его получить. Так уж устроен самец. Но каждая из вас, она прежде всего все же женщина. Нужно всегда помнить об этом. Постоянно и повсеместно. Иначе тот, кто «дружески» тебя приобнял, чмокнул и подержался за ручку, возомнит лишнего. В этом Сара и Лера однозначно правы. Ваш мужчина, тот, кто вас любит, он тоже самец! И он чувствует то же самое, что и тот, кто вас «дружески» чмокает. Поэтому ваш мужчина и встает на дыбы. Старается сразу же оградить вас от посягательств. Вам это кажется безосновательной ревностью. На деле же, это естественный процесс сохранения пары. Борьба с непониманием и эгоизмом девушки. У многих девушек в сознании срабатывает еще и раздутая вычурность, стремление быть в центре внимания. Вот, мол, видите, я какая! Все мужики ползают у моих ног. Сегодня! А завтра эти же мужики отвернуться, назвав ее весьма конкретным непривлекательным словом. Отвернутся, потому что на горизонте взойдет другая звезда. Неужели же это так непонятно? Так что, красавицы, или настоящая любящая девушка внемлет партнеру, или они расстанутся, что случается значительно чаще.

Какое-то время за столиком стояла напряженная тишина.

Заключительные слова командора прозвучали практически приговором для тех представительниц женского пола, кто предпочитал полную независимость в жизни. Разумеется, речь идет о независимости в соответствующем случаю аспекте. Если не вдаваться в детали. Почему? Да потому что никакой независимости женщин в природе не существует! И не может существовать! Доказано миллионы раз.

Женщина может иметь собственный бизнес. Занимать высокий пост в администрации. Может руководить мужским коллективом. Быть умной и образованной. Может быть небесно-красивой и сверх популярной. Но! Всего один вопрос: за счет кого? Мужика. Если мужчина наплюет на ее красоту и станет педиком, перед кем она станет выпендриваться? И на должности не удержится, если не будет иметь сильной поддержки. Бизнес тоже отнимут, потому что женщина не в состоянии его защищать по определению. Так все просто. И не нужно отъявленным феминисткам драть луженые глотки. Ори не ори, а истину не своротишь. Плевать, если упертые продолжат орать? Кто их услышит?

Тут оговорочка. Не нужно думать, что у тех девушек, кто мыслит иначе, не может быть пары. Конечно же, нет. И мужчины вокруг созданы не по единому образцу. У них тоже различная психология. Разные точки зрения на отношения с противоположным полом.

Среди сильных мужчин, привыкших вести любимую женщину за собой или тех, кто принимал равноправие женщины, но брал на себя всю ответственность, встречались откровенные подкаблучники. Встречались и те, кто прощал своей женщине все. Мямли – так их называл командор.

На самом же деле, заумные психологи говорят: в отношениях стандартного «треугольника» всегда виноваты две стороны. Если мужчина или женщина даже откровенно изменили партнеру, то что-то в нем или в ней их перестало устраивать.

У Родимова на такое суждение снова присутствовал мощный ответ! Заткнитесь – уроды моральные. Если перестало устраивать общество своего партнера, сначала расстанься с ним, потом крути себе новые шашни на стороне. А если тебе захотелось усадить задницу на несколько табуреток одновременно, то имя тебе – блудливая тварь.

– Знаете, – прервав молчание, заговорила американка. – Я все-таки думаю, что имею право принимать знаки внимания от других. Я же женщина. Женщине свойственно нравиться. Она потеряет себя, превратится в дрессированную собачку на поводке, если будет слепо выполнять только то, что угодно партнеру.

В ответ сразу прозвучала колкая реплика Леры.

– А много ли у тебя их было, подруга? Партнеров? Судя по твоим же рассказам – ни одного. Ты всю себя отдавала учебе и тренировкам. Откуда же у тебя такая уверенность? Речь идет о паритете. О разумном поведении и уважении друг к другу. К обоюдным желаниям и прихотям.

Сара тоже поддержала Валерию.

– Вот именно! Никто тебя не заставляет сидеть на поводке. Зачем же утрировать? Тебе и сказали: поступай так, как захочешь. Нравится, чтобы тебе целовали руки, дарили подарки и делали комплименты – дерзай. Твое право. Но ищи себе парня, кому бы это тоже нравилось. Если найдешь – повезло. Но не удивляйся, если однажды поймешь, что он – тряпка, или на самом деле ты ему безразлична, ну, или нужна разве что номинально в силу определенной выгоды… В реальности запоминай, Мойра: какая бы сильная ты не была, настанет момент, когда тебе очень захочется спрятаться за широкую спину любящего человека. Почувствовать его мужское тепло. Его власть над собой. Его силу. Слюнтяй этого дать не сможет.

– Не обязательно слюнтяй, – вставил Родимов. – Есть представители мужского пола, по природе не способные контактировать с женщинами. Им тяжело находить с ними общий язык. Они не слюнтяи. Нормальные парни и мужики. Заимев пару, такие люди настолько ей дорожат, что попросту закрывают глаза на некоторые неугодные им моменты. Принимают их как неизбежное.

Вдруг за столом прозвучал вопрос, всегда старательно избегаемый представительницами «Черных Ведьм».

– Командор, сэр, – сдержанно, без напора заговорила норвежка. – Вы не женаты, я знаю. И никогда не были. Позвольте спросить: почему? Неужели вы никогда не любили?

Любопытные и вместе с тем настороженные взгляды соратниц поочередно прыгали с командира на Сигрун и возвращались назад. Даже Кимберли многозначительно повела головой. Пригубила вина, стараясь сохранять видимость нейтралитета. Но! Только видимость, разумеется.

Стас улыбнулся. Сколько веревочка не вейся, а конец отыщется.

– Любил ли я, ты спросила? Не знаю. Возможно, что-то близкое к этому чувству было. Не уверен. Были женщины, с кем я пытался связать свою жизнь. Безуспешно. Видите ли, я слишком часто подолгу отсутствовал дома. Порой не успевал даже предупредить. Не каждая способна выдержать подобное испытание. Я никого не виню. И есть еще одно обстоятельство.