Командор заметил, как кар-погрузчик с двумя ящиками боекомплекта для МЕХа в поднятых «вилах» в опасной близости разъехался с транспортной тележкой. На широком лафете и сведенных станинах громоздкой тележки лежали четыре самонаводящиеся ракеты с фосфорно-магниевыми боеголовками.

– Комендантский патруль! Ну-ка, парни, тащите сюда водителя кара. Будет трепыхаться, врежьте пару раз, да посильнее.

Через пару коротких минут перед командорами предстала невысокая щуплая китаянка. Возраст представителей юго-восточной Азии Родимов никогда не мог точно определить. И… китаянка ли она?

Станислав по инерции взглянул на коллегу. Гросс тоже безотрывно и с изумлением смотрел в лицо той, кто, кажется, так и не понимала, чем вызвала повышенное внимание большого начальства к своей скромной персоне.

– Кто допустил тебя к управлению автопогрузчиком? – с нажимом, строго спросил Эрвин Гросс.

Женщина не ответила. С собачьей преданностью смотрела шефу в глаза и молчала.

– Ты изучала инструкции? Кто позволил тебе пересекать траекторию движения встречного транспорта с открытыми боеприпасами? Ты должна была остановиться и пропустить его. Ты мозгами думаешь? Ты понимаешь, чем все могло обернуться? Дура! Достаточно зацепить бортом боеголовку, и так шарахнет – никому не поздоровится?

Внезапная шокирующая догадка шевельнулась в голове Станислава Родимова.

– Эрвин, она не понимает тебя. Она не знает объединенного языка. Вот это сюрприз! Как же она вообще сюда затесалась? Гастарбайтеры!? Что у тебя происходит, коллега? Кто отвечает за набор персонала? Как он мог взять в команду сотрудника, которому невозможно ничего объяснить?

Признаться, самого Эрвина Гросса выявленный поразительный факт привел в состояние морального ступора. Администратор вытянул из кармана коммуникатор, но затем вернул его внутрь. Блуждающий взгляд его остановился после вопроса Родимова.

– Я уже, кажется, знаю, как. Простите, командор-майор, но я должен немедленно вас покинуть. Следует принять экстренные меры по горячим следам.

Стас возражать или настаивать на обратном не собирался. В бурлящем водовороте собственных мыслей лишь сокрушительно покачал головой.

– Да! Чувствую, нам предстоит еще много открытий… Полковник Рабан, приказы на подпись ко мне по готовности. Майор Удугов, майор Риварес, капитан Баррингтон, лейтенанты Монс и Яцумото, – господа офицеры, рапорта о принятии должностей, назначении заместителей и командиров взводов жду утром. Сейчас все свободны…

Дома Станислав первым делом залез под душ. Под приятными, ласкающими утомленное тело потоками теплой воды наконец окончательно успокоился. Попробовал после душа уснуть, поспать два-три часа перед тем как отправиться провожать Еву. Не получилось. Тревожные мысли нескончаемой чередой полезли в голову, перегруженную переживаниями.

Станислав встал, заварил порцию свежего кофе и с нескрываемым удовольствием опустился в удобное кресло за рабочим столом. По инерции включил ТВ. Канал, где регулярно транслировались всемирные новости.

С вежливым стуком открылась входная дверь. На пороге стоял Эрвин Гросс. Лицо бледное, напряженное. Глаза красные. Губы дрожат.

– Не спишь? Гостя примешь?

Стас его хорошо понимал, поэтому вместо ответа жестом пригласил коллегу войти и указал на кофейник.

– Наливай. Только что заварил.

Когда администратор с чашечкой горячего тонизирующего напитка опустился на стул, не дожидаясь заранее предсказуемых вопросов, сам завел разговор.

– Мне наука, – в сердцах с неподдельным раскаянием сказал Гросс. – Я разрешил бригадиру хозяйственников взять нескольких родственников. Черт бы побрал эти этнические общины. Маньчжуры, монголы, китайцы. В тех местах все давно перемешались между собой. Население просто бесчисленное, а работы для людей нет. Туго им вовсе. Но я никак не ждал, что мне подсунут тех, с кем невозможно общаться. Мало того, «добрый дядюшка» умудрился посадить на автокар племянницу, совершенно не знающую, кроме родного, ни одного языка, идиот. Зла не хватает! Я их только что выкинул. Нет ума, так пусть набираются.

Родимов понимающе закивал.

– Жаль их. После реформ по регулированию рождаемости, и, особенно, после восстания в Индии и Пакистане, для тех, кто находился на территории, подконтрольной повстанцам, настали очень тяжелые времена. Ты же знаешь, с ними не церемонились. Слишком-то не вникали, участвовал ты сам в беспорядках или нет. Кто-то здорово погрел себе руки на чужом горе. И продолжает греть.

– Так всегда, – согласился Гросс. – Кому война, а кому – мать родна!

Не поспоришь. Прописная истина, множество раз доказанная в давние времена.

В дверь снова осторожно, но настойчиво постучали. Командор подал голос, и на пороге появился рейнджер комендантской охраны. Доложил о том, что на аудиенцию к командор-майору просится начальник разведки…

Руслан вошел в помещение в полном соответствии требованиям армейской субординации. Станислав не удивился дисциплинированности старого друга. Приятель всегда должным образом соблюдал обусловленный ритуал.

– Присаживайся, Руслан, – пригласил Стас. – Наливай кофе. В неформальной, так сказать, в домашней обстановке познакомься со своим бывшим начальником. Зная тебя, предчувствую: вам придется часто общаться с командором Гроссом накоротке. Поэтому не стесняйся.

Гость подчеркнуто вежливо кивнул администратору.

– Сэр! Командор. Рад личному знакомству.

Эрвин протянул руку и вопросительно взглянул на Родимова, вроде бы спрашивал: «Мне уйти? У вас, вероятно, есть много тем для обсуждения».

И Станислав его понял. Только ответил не так, как рассчитывал Гросс.

– Эрвин, Руслан опытный разведчик. И командир настоящий. Уверяю, он к тебе не сегодня завтра пожалует с просьбами о необходимом бойцам снаряжении. Я давно его знаю. В этом пункте мы с ним сродни близнецам.

Администратор, мельком взглянув на Удугова и понимающе покачал головой. Руслан тоже согласно кивнул после удачного сравнения Стаса.

– Господа офицеры, – неожиданно вставил Гросс. – Вы со мной так говорите, словно заранее извиняетесь. Ведь большая часть моей работы и заключается в своевременном и достаточном обеспечении боевых подразделений базы всем необходимым инвентарем и оружием. И не нужно делать из меня куркуля. Я экономный, но не жадный. Разве я когда-нибудь давал повод…

– Тихо, тихо, приятель! – с дружелюбной улыбкой прервал Стас. – Не нужно так волноваться. Никто тебя в снобизме и тем более в мещанской жадности не обвинял. Уж я-то, точно! Я хорошо знаю, что для правого дела ты не пожалеешь ничего. Успел убедиться.

Гросс действительно успокоился. Отпил маленький глоток кофе и спросил уже вполне миролюбивым тоном:

– Речь идет об обмундировании? Кстати, часть гражданского платья для твоих «ведьм» завтра прибудет на базу. Сможете сходить к Ритгеру для примерки. Размеры снимали точные, я лично следил. Только шили одежду на континенте, по-моему, где-то в Прибалтике. Я этого не уточнял. Если нужным окажется, подгоним на месте, за этим дело не встанет.

– Прекрасная новость, Эрвин, – подхватил Стас. – Конечно, зайдем. Но разведчикам, как мне думается, понадобится не только маскировочная одежда и тому подобное. Когда-то в баре, аккурат после коллективного награждения, Кендзо Яцумото жаловался мне на нехватку элементарных визоров, метеозондов, ПНВ и много чего… Кстати, Рус, у меня есть одна девушка, своего рода электронный Кулибин. Так что… ну, думаю, ты меня понял.

Договорить они не успели. На широком плоском экране ТВ прошла знакомая заставка. Беспристрастная диктор в привычном строгом костюме поздоровалась со зрителями. А дальше…

– Самая крупная за последние годы совместная операция Вооруженных Сил России и Китая, при поддержке отрядов сопротивления Кореи и Монгольского корпуса, была проведена сегодня на Корейском Фронте. Одновременно с войсками Азиатского Союза Вооруженные Силы, Воздушный и Военно-Морской Флот США, Мексики и Свободной Канады нанесли два мощных удара по захваченным пришельцами островам Гавайского архипелага и во Флориде. В результате тяжелых боев Азиатскому Союзу удалось сломить сопротивление врага. Пришельцы и их пособники из КМС с большими потерями были окончательно выбиты с Корейского полуострова. Корея снова свободна, уважаемые сограждане!..