Слейтор вынул из кобуры, закрепленной под кителем на плече, 10-мм «Ремингтон», стреляющий подкалиберными разрывными патронами в автоматическом и полуавтоматическом режиме.

– Хорошо, генерал. Взгляните на эту девушку? – Стас указал на Валерию Голубеву. Генерал усмехнулся. – Сэр, вам уже объяснил адмирал: помимо нашего равенства в звании тут, в мире проекта «ведьм», надо мной никто не властвует. В связи с этим, думается, вас как человека военного мой командный тон не удивит… Так вот, генерал. В лице этой девушки вы видите опаснейшую террористку. Она похитила бесценную секретную информацию. Утечка этой информации приведет к неминуемой гибели десятков тысяч наших товарищей по оружию. Она не должна уйти. Сейчас девушка войдет в границы испытательного полигона, защищенные силовым полем. Как только она это сделает, найдите и убейте ее. Огонь на поражение. Реальный боевой режим.

– Что? – не поверил Слейтор. – Вы с ума сошли или у русских по природе такая манера, играть со смертью? Я думал, она давно себя изжила. Умерла, вместе с пресловутой «русской рулеткой».

– Опять вы тыкаете меня носом в национальное происхождение, Слейтор, – с усмешкой ответил Стас, сознательно назвав фамилию генерала вслух, не назвав звание. – Я горжусь тем, что я – русский. А говорить нужно делами. Вот и докажите, что я просто хвастун. Убейте девушку. Это же не так сложно, правда? Ответственности никакой. И место весьма ограниченное. Там всего-то участок десять на десять. Прятаться практически негде. Сами видите. Кстати, она тоже русская.

Слейтору ничего не оставалось, как принять условия этого самонадеянного наглеца. Не позориться же перед племянницей. Как же он будет выглядеть? И генерал решительно шагнул к выходу на грунтовую площадку искусственного ристалища.

Глаза обеспокоенной, но больше заинтересованной, до крайности возбужденной Мойры мельком выделили двух других «ведьм». Обе девушки терпеливо стояли в сторонке. Причем одна прислонилась спиной к стене, а вторая облокотилась на плечо подруги и с насмешкой провожала взглядом генерала, будто прощалась с ним навсегда.

Слейтор, прямо как по инструкции, уперев увесистый «Ремингтон» рукоятью в ладонь второй руки, продвигался от угла к углу, резко выскакивал, меняя каждый раз высоту. То приседал, то наклонялся, то двигался в полный рост. И даже выпрыгивал с кувырком.

Вообще-то, если быть объективными, то на своем уровне возрастной генерал действовал очень профессионально. Похвально, нечего и сказать. Вот только зрители, на кого в процессе схватки офицер не обращал внимания, хохотали до слез, глядя на то, что они видели.

Силовой барьер исключал не только проникновение случайной рикошетной пули или заряда бластера. Звук тоже не проникал за плотную волновую перегородку, поэтому Слейтор не слышал, как реагировали «трибуны».

Лицо Мойры Слейтор, смущенной от неловкости с самого начала испытания, а потом и совсем поникшей… так вот, лицо ее сейчас выражало полное недоумение. Казалось, девушка так и хотела крикнуть своему родственнику что-нибудь вроде: «Обернись, она сзади!», или еще: «Как ты ее не видишь? Она же «ослиные уши» тебе показывает, «рожки» ставит». «Дядя! Слепой? Она же сидит прямо у твоих ног!».

Пяти минут показательной демонстрации хватило с лихвой для того, чтобы по достоинству оценить невероятные способности Леры Голубевой. Командор сосредоточился и послал девушке мысленный приказ: «Условно убей».

Мойра увидела, как «террористка» поднялась. В очередной раз сместилась, исключив попадание в поле зрения «охотника». Затем шагнула к нему и быстро обхватила за шею рукой. В другой руке Лера держала заточенную как хирургический скальпель заколку для волос. Ее и показала Слейтору - старшему.

– Достаточно, – объявил Станислав после того как отключил силовой защитный барьер. – Вы можете пройти в комнату для наблюдателей и посмотреть на экране повтор, генерал. Бойца вы так и не отыскали, а она все время находилась на расстоянии шага от вас. Она никуда не пряталась. Она могла убить вас тысячу раз сразу, как только вы сделали первые пару шагов. Она всегда дышала вам в ухо.

Хоть генерал и вынужден был признать досадное поражение, но его недоверчивый взгляд после сообщения Станислава Родимова устремился к племяннице, вроде как искал подтверждение словам этого высокомерного русского зазнайки у той, кому Слейтор мог доверять.

Мойра же виновато пожала плечами, и, поймав на себе этот взгляд, дважды кивнула. И все равно Слейтору не хватило. Генерал нервно прикусил губу. Шагнул внутрь небольшого помещения контроля и попросил оператора показать повтор его тренировки.

По мере того как на мониторе воспроизводился весь цикл «охоты на привидение», Слейтор потел. Лицо его накалилось до неузнаваемости. Не стал генерал досматривать эпизод до конца. Натерпелся позора и унижения. Хватит с него.

– Пошли, Мойра, – приглушенно сказал он после того как вышел снова в проход. – Я тебе говорил, никогда не надо идти на поводу у желаний, рожденных твоими несбыточными фантазиями.

– Это верный подход, господин генерал, – без приглашения прокомментировал Станислав. – Нужно всегда трезво оценивать собственные возможности, но никто и никогда не запрещал увлеченному человеку совершенствоваться. Я знал нескольких людей из числа тех, кто превзошли себя в стремлении к несбыточной мечте. И пусть мечту в реальность они и не превратили, но достигли очень серьезных высот на пути.

Почти у развилки перехода к лифтовым шахтам Стас и его огорченные гости остановились.

Навстречу командор-майору строевым шагом с четкой отмашкой рук шла молодая девушка в комбинезоне кадета. Встала «смирно» перед Родимовым и вскинула руку ко лбу в воинском ритуале приветствия.

– Сэр! Командор-майор, сэр! Разрешите обратиться с докладом.

Ева Полонска умолкла и ожидала ответа начальника.

– Докладывайте, – кивнул Станислав.

– Сэр, командор, сэр! Первое ваше приказание исполнено.

При этом Ева повернула голову, чтобы Стас мог свободно видеть ее тонкую шею в том месте, где раньше находилась тюремная татуировка. Теперь ее там не было.

– Хорошо, – оценил командор.

– Сэр! После выполнения первого распоряжения я явилась для отработки наказания в ангар, но не выполнила ваш приказ. Механик заявил, что подходящей работы для меня у него нет. Еще объяснил, что вы приказали прибыть к нему мне, но ему вы ничего не приказывали, и он не имеет понятия, что мне поручить. Капитан-лейтенант Уотсон, сэр, слышала наш разговор. Поинтересовалась у меня причиной наложения взыскания, а потом привлекла для оказания помощи ей в расконсервации ЗиПов нового корабля, сэр. По окончанию работ капитан Уотсон велела мне доложить вам лично. И, сэр, она сказала, чтобы я вам обязательно передала: капитан-лейтенант Уотсон, сэр, ходатайствует перед вами о снятии с меня взыскания… Сэр! Командор-майор, сэр. Кадет Ева Полонска доклад закончила. Какие будут замечания или распоряжения, сэр?

– А мне говорили, будто на всех базах Проекта царят анархия и разгильдяйство, – с удивлением отметил генерал Слейтор. – Судя по этому кадету, я бы так не сказал.

Станислав с благодарностью взглянул на спутника, но вдаваться в обсуждение больной темы не стал, снова повернулся к кадету.

– Говоришь, капитан Уотсон за тебя просила? Хорошо, кадет Полонска. Я уважаю мнение этого пилота. Ходатайство рассмотрено. Взыскание снято. Можешь отправляться в подразделение.

– Сэр, есть, сэр! – бодро на радости ответила Ева. Козырнула и уже развернулась к выходу.

– Кадет. Перечисли мне воинские звания ВКС «Гвардия Либерти» от младшего к старшему.

– Есть, сэр! – мгновенно отреагировала девушка. – Рядовой. Младший капрал. Капрал. Сержант. Штаб-сержант. Техник-сержант. Командор-сержант. Мастер-сержант. Младший лейтенант. Второй лейтенант. Лейтенант. Старший лейтенант. Капитан-лейтенант. Майор. Штаб-майор. Подполковник. Полковник. Командор. Командор-майор. Адмирал. Сэр, Ева Полонска доклад закончила, сэр.