т, полностью набитый упаковками от закусок и жестяными банками.– Наконец-то, – Маша посмотрела на нас с Артемом, который появился позади только что, – Я уже было решила, что стукач взял вас в заложники.

– Скорее, попытался довести нас обоих до непреднамеренного убийства, – Артем остановился рядом со мной.

– Ты слишком драматизируешь, – позади раздался голос Даниила, вынуждая всех нас обернуться в его сторону.

Даниил вышел за нами следом, но близко приближаться не стал – просто остановился неподалеку и достал из кармана телефон. Взгляд его при этом был направлен далеко не на экран.

Маша тихо выругалась и натянула на голову капюшон красной толстовки настолько, насколько могла, скрывая свое лицо.

– Уйди обратно, – коротко глянув в ее сторону, Артем тут же вновь посмотрел на Даниила.

– Это общественное, заброшенное место, я могу ходить где хочу.

Я тяжело вздохнула и подошла к Маше и Насте ближе.

– Он тебе что-то говорил, пока вы стояли там? – Маша спросила об этом сразу же, как я подошла к ним, но при этом голос ее был очень и очень тихим, словно она не хотела, чтобы ее услышал кто-то, кроме нас с Настей.

– Что хотел поверить, выпью ли я напиток с непонятным содержимым, который мне притащил незнакомый человек.

– Ну разумеется, иного и ожидать от него не стоило, – Маша цыкнула, словно услышала нечто совершенно для нее обыденное и ожидаемое.

– Он часто так делает?

– Он часто делает все, чтобы люди начали его ненавидеть, – Маша бросила быстрый взгляд в сторону Даниила, который продолжал держать в руке свой телефон, а потом спешно отвернулась обратно, – А потом он берет и делает вид, что ничего особенного и страшного не произошло.

Я хотела отказаться сразу же, но посмотрела на банку – на ней крупными буквами была надпись “ЯБЛОЧНЫЙ СИДР”. Крышка была целой и не открытой.

Я повернула голову в сторону Даниила – тот с притворным удивлением приподнял брови и явно ожидал моих дальнейших действий. Артем не вмешивался и просто стоял в стороне.

– Она закрытая? – я вновь посмотрела на банку в руках Маши и произнесла этот вопрос с неким сомнением, хотя и сама видела, что никто ее не открывал.

– Пока да, – Маша показала мне нетронутое металлическое кольцо. – Но я могу достать и другую, если эта вызывает какие-либо подозрения.

– Не вызывает, – я покачала головой.

– Тогда ты будешь?

На мгновение я задумалась, стоит ли.

После выходки со стороны Даниила у меня не было огромного желания брать любой напиток из чьих-либо рук. Но мне предлагали обычную запечатанную банку из магазина. На ней был написан состав и процент, и я сама для себя могла решить, сколько из нее выпить.

Это был далеко не пластиковый стакан, в который прямо на месте намешали что-то, и в котором бултыхалась смесь непонятного происхождения.

– Спасибо, – наконец сказала я и взяла из рук Маши банку.

Взгляд Даниила стал внимательным и недовольным.

Артем ничего не сказал и не попытался забрать эту банку, только продолжал молча наблюдать за мной, пока я читала состав на задней стороне.

– Здесь четыре с половиной процента, – прочитала я вслух.

– Ты и по составу банки собираешься написать конспект? – попробовала подколоть меня Настя.

– Просто хочу понимать, что пью.

Маша уже хотела сказать что-то, но Даниил ее перебил:

– Она и принесенный мной стакан сперва понюхала.

– Именно поэтому я его и не выпила, – я вновь повернулась в его сторону.

– А этот, получается, выпьешь? Его тебе предложил такой же незнакомый человек, как и я.

– Этот напиток хотя бы закрытый и с понятным содержимым внутри.

Даниил ненадолго замолчал, прежде чем найтись с ответом:

– Значит, для тебя значение имеет внешний вид?

– Да, – это было единственное, что я ему ответила.

Отвернувшись, я осторожно потянула за металлическое кольцо, боясь, что при открытии напиток начнет пениться и польется вниз.

Но ничего из этого не произошло – банка открылась с негромким хлопком и наружу вырвался сладковатый яблочный запах.

Недолго сомневаясь в том, надо ли мне это, я все-таки сделала первый глоток – осторожный и при этом быстрый. Он оказался неприятным – вместо вкуса яблок, который я надеялась почувствовать, во рту разлилась странная горечь, от которой я поморщилась.

– Тебе не понравилось? – Настя тихо рассмеялась.

– Не понимаю, почему люди добровольно это пьют.

– После третьего глотка тебе определенно станет лучше, – пообещала она.

– После третьего глотка ты просто перестанешь замечать вкус, – поправила ее Маша.

Я сделала сначала еще три глотка, исключительно для того, чтобы проверить обе их версии.

Лучше не стало.

– Вы обе мне соврали.

– Теперь ты знаешь, что доверять здесь нельзя никому, – Маша невозмутимо открыла свою банку.

– Очень полезная поездка, – пробормотала я.

Рядом раздался тихий смешок.

Артем все еще находился неподалеку, засунув руки в карманы кожаной куртки. В отличие от остальных, в его руках не было никакого напитка.

– Ты ничего не будешь? – спросила я.

– Нет.

– Почему?

Он взглядом указал в сторону стоящих у края площадки мотоциклов.

– Я за рулем.

Ответ был очевидным, но почему-то вызвал внутри меня заметное облегчение.

Я вновь поднесла банку к губам.

На этот раз вкус и правда показался куда менее резким. Или это я просто начала привыкать к напитку?

– Только не торопись, – предупредила Маша. – Ты раньше вообще пила?

– Нет.

Настя едва не подавилась собственным напитком.

– Совсем?

– Совсем.

– И первым алкоголем в твоей жизни стал дешевый сидр возле заброшенного завода, – она с уважением посмотрела на меня. – Это очень романтично.

– Не уверена, что это слово подходит под мою ситуацию.

– Через несколько лет ты будешь это вспоминать и смеяться.

– Сильно в этом сомневаюсь.

– Она почти никогда не смеется, – произнес Артем.

– Я часто смеюсь.

– Ни разу не видел.

– Значит, рядом с тобой не было повода.

Маша улыбнулась уголками губ и отпила из своей банки. Настя спрятала улыбку за напитком и отвернулась в сторону.

Артем несколько секунд смотрел на меня, а потом слегка склонил голову.

– Логично.

Его спокойная реакция почему-то меня разочаровала. Я ожидала очередной колкости и уже приготовилась ответить, но он промолчал.

Я тоже больше ничего не сказала.

Постепенно наш разговор перешел на университет. Настя жаловалась на преподавателя, который успел за первый месяц учебы задать больше работ. Маша рассказывала об одной из своих знакомых девушек, которая пыталась сдать один и тот же доклад три года подряд, меняя лишь название.

Сперва я молча их слушала, а потом начала отвечать и вовлекаться в их разговор.

Еще через некоторое время неожиданно для себя вступила в спор о том, можно ли считать всего лишь одну ночь достаточным сроком для полноценной подготовки к экзамену.

– Если начать заранее, то не придется учить все за одну ночь, – сказала я.

– А если начать заранее не получилось? – спросила Настя.

– Тогда надо было сделать так, чтобы получилось.

– Ты невозможная.

– Мне это уже не раз и не два говорили.

Я сделала очередной глоток и только тогда поняла, что банка почти опустела.

Горечь больше не казалась настолько сильной. Внутри постепенно разливалось мягкое тепло, которое было совершенно не похоже на то, что я на самом деле ожидала почувствовать. Мой разум все еще оставался ясной, но тело стало легче, а холодный ветер перестал хоть сколько-нибудь раздражать.

В квартире Артема, внешнее помещение которой было прекрасно видно даже из небольшого и недлинного коридора, я ожидала увидеть беспорядок: разбросанную повсюду одежду, спортивные вещи и валяющиеся повсюду пустые бутылки, но вместо этого увидела почти пустые комнаты.