Артем уставился на парту, о чем-то задумавшись, а я мелкими глотками пила кофе и косо на него поглядывала.

После этого в кабинет-таки ввалились еще два человека из нашей новоиспеченной команды – Елена и Илья.

– Привет! – кинув взгляд, полный опаски, на Артема, Елена тут же перевела взор на меня и радостно улыбнулась. Ее рыжие длинные кудри слегка покачнулись.

– Доброго утра, – я отставила недопитый кофе в сторону и кивнула.

– Ворон уже здесь… – тихо пробурчал Илья.

– Здесь, – вынырнув из своих мыслей, Артем повернул голову и уставился на Самойлова.

Испугавшись, Илья поспешно опустил голову вниз. В его руках находилась папка с какими-то распечатками.

– Простите, мне пришлось немного задержаться…

– Ничего, мы никуда не торопимся, – спокойно ответил Воронцов, скрестив руки на груди. – Можем начинать, если вы готовы.

Спохватившись, Илья с неким напряжением сел за парту впереди, после чего вытащил из папки бумаги и положил их на стол.

– Здесь некоторые статьи, которые могут нам пригодиться. Я их выписывал весь месяц и не думал, что они мне когда-либо пригодятся во время учебы.

Я взяла первую страницу и быстро, беглым взглядом, ее прочитала. Затем прочитала вторую. И третью. И только тогда подняла голову и вновь взглянула на Самойлова:

– Ты искал все это самостоятельно?

– Да, – он коротко кивнул и уставился на пол.

Это явно будет первый раз, когда мне не придется перепроверять чужую работу – источники, из которых он все это выписал, были отличными. Но в плане работы нам явно будет трудно с ним сработаться: разговаривал с нами он нормально, но точно был тихим и застенчивым.

– Предлагаю распределить оставшиеся задачи, – резко подняв голову, Лена проговорила это веселым, радостным голосом.

Уже несколько часов подряд мы занимались данным проектом, лишь изредка прерываясь на передышку и недолгий отдых.

Каждый и так занимался своей частью, но у нас и правда оставались еще некоторые, небольшие, задачи, которые мы пока не трогали. Мы пока попросту не знали, что с ними делать.

В кабинете после ее предложения повисла тишина.

– Давайте лучше сделаем перерыв, – словно пытаясь разрядить обстановку, Илья устало потер глаза.

Лена тут же поумерила свой пыл и грустным, недовольным взглядом посмотрела на Самойлова.

Мы с Артемом выразили свою поддержку о предложении сделать перерыв, и вчетвером договорились, что закончится этот самый перерыв через 10-20 минут.

Илья и Лена тут же ушли куда-то, и через несколько секунд в кабинете остались только мы с Артемом.

Тяжко вздохнув, я вернулась к ноутбуку и продолжила печатать на нем текст.

Коротко глянув на меня, Артем взял в руки записи, принесенные сюда в самом начале Самойловым, и окинул их ленивым, незаинтересованным взглядом.

Несколько минут после этого прошли в полнейшей темноте, прежде чем Артем положил записи обратно.

– Белова, – он обратился ко мне, заставляя оторвать взгляд от экрана. – У нас перерыв, не забыла? Когда ты последний раз отдыхала?

– Не помню, – задумавшись на мгновение, я тут же ответила и пожала плечами.

– Я так и думал, – он понимающе кивнул, а я качнула головой и собиралась вернуться обратно к работе за ноутбуком, когда Воронцов поднялся, протянул руку вперед и аккуратно закрыл ноутбук. – Тогда мы поедем в то место прямо сейчас. Иначе ты никогда не отдохнешь.

К вечеру я уже несколько раз успела вновь пожалеть и о своем согласии, и о том, что сбежала из университета.

Я очень надеялась, что об этом никто не узнает – особенно родители, – но шансы на это, честно говоря, были не сильно велики и куда больше стремились к нулю.

Я прокручивала в голове эти беспокойные, тревожащие меня, мысли.

Целых двадцать раз за столь недолгое время я передумала ехать куда-либо с Воронцовым. Собиралась, – хотела, – вернуться к тихой и мирной университетской жизни, которую мне удавалось сохранять на протяжении месяца.

Целых двадцать раз я также передумывала о своем передумывании и была… Немного воодушевлена, что ли – это я точно могла сказать про нынешнюю себя.

И только на двадцать первый раз, когда времени на размышления и сомнения уже толком не оставалось, я окончательно решила, что поеду.

Не для того, чтобы веселиться. И не для того, чтобы как-то “исправить” свою жизнь в угоду другому человеку, как это было два-три года тому назад. Я туда поеду исключительно для того, чтобы понять, правдивы ли чужие слухи и слова Егора про Артема Воронцова.

Понять его по итогу для меня оказалось гораздо сложнее, чем подготовиться к конференции, которая уже прошла.

Сложнее, чем распределение разнообразных источников во время выполнения межфакультетского задания – надеюсь, что ни Лена, ни Илья не обиделись на наш внезапный и незаметный побег. Они же ушли, когда мы еще находились в кабинете, а пришли уже наверняка тогда, когда нас с Воронцовым там уже не оказалось.

Но при этом это было не намного легче, чем мои тщетные попытки убедить Леру, что со мной все нормально и что я нахожусь в своем уме, что меня никто и ни к чему не принуждает насильно:

– С тобой точно не все нормально, – она не преминула сообщить мне об этом.

При этом она продолжала сидеть на своей кровати и наблюдала с нее за тем, как уже третий раз подряд я меняю одежду, не способная подобрать хороший наряд, который меня устроит.

– Ты добровольно собираешься куда-то с Воронцовым. Он тебя заставляет?

– Нет, – слегка рассердившись, я громко захлопнула дверцу шкафа.

На улице было холодно – как и вчера, и позавчера, и около недели назад.

И я, конечно же, знала об этом, поскольку каждое утром едва ли не сразу залезаю в телефон и смотрю прогноз погоды на день.

И несмотря на это, по итогу я остановила свой выбор на коротком облегающем платье глубокого синего цвета – его я купила еще в прошлом году, но с тех пор у меня ни разу так и не было толковой возможности куда-либо его надеть. Благо, эта самая “толковая возможность” появилась у меня сейчас.

Но платье все же пришло спрятать под теплым свитером и плотным пальто.

– Ты уверена, что не замерзнешь? – Лера глянула с беспокойством на мои ноги.

– Я в колготках.

Я и правда в них была – на ноги я натянула утепленные колготки телесного цвета. Они были очень удобными и мягкими.

– Соня, они тебя не защитят…

– Все будет хорошо, Лер, – я обернулась и взглянула на подругу. – Не ты ли говорила мне про Артема и Сережу то, что они хорошие люди?

– Я говорила такое, это да… – ненадолго задумаавшись, она вскоре ответила, – Но я переживаю, что рядом с ним и в том непонятном месте ты можешь сделать что-то, чего не позволяла себе целый месяц с момента нашего знакомства.

От ее слов внутри неприятно кольнуло. Перед глазами тут же пронеслись воспоминания, события которых, казалось бы, случились вот совсем недавно, а на деле прошел уже целый год после них.

– Это уже будут мои проблемы, – я тряхнула головой, отгоняя от себя эти дурные мысли.

Лера некоторое время поглядела на меня еще более обеспокоенным взглядом, после чего вздохнула и произнесла напоследок:

– Главное напиши мне, когда доберешься до туда, и когда будешь оттуда уезжать, хорошо?

– Хорошо, – я коротко кивнула своей подруге.

Втиснув ноги в кеды, – именно их мне сказал надеть Воронцов, – я вышла из комнаты.

В коридоре было шумно – из одной комнаты доносилась музыка. Не обратив на нее никакого внимания, я поспешно спустилась на первый этаж, вышла наружу под цепким и подозрительным взором пожилой женщины, и увидела Артема.

Воронцов стоял рядом со своим мотоциклом и держал в руках два шлема – мне было непонятно, когда и где он успел достать второй шлем, но никаких вопросов задавать по поводу этого не собиралась.

Заметив меня, Воронцов тут же выпрямился. Его внимательный взгля скользнул по моему пальто и очень быстро остановился на лице.