Отчего-то я поверила. Может от того, что я была жива, хотя последнее, что помнила, это слабеющий щит. Или не это было последним?

— А Талия? — спросила я, чтобы не думать о невозможном. — Она знала?

Он криво усмехнулся:

— Думаешь, невеста была настолько счастлива, что не заметила, что жених без сознания? Естественно, она знала.

— И где она сейчас?

— В моем поместье. Наверное. Я не хочу о ней сейчас думать, Эни. С наказанием Талии буду решать после.

— О чем ты хотел поговорить? — я только теперь прислушалась к своим ощущениям. Бедро не болело, но видимо не было долечено — на месте раны чувствовалось онемение. Общая слабость и сухость во рту. В остальном я ощущала себя здоровой.

— Я хочу объявить тебя своей, Эни. Невестой, женой. Я не хочу выпускать тебя из комнаты, пока ты не дашь согласие.

— Серьезное заявление, — пробормотала я, не собираясь воспринимать его всерьез.

— Я понимаю, что виноват. Мне следовало самому бросить вызов и…

— Я не готова вновь становиться невестой, — перебила его. — Я вообще-то и женой толком не побыла. А теперь я кто? Вдова?

— Посмотри на метку.

Я подняла правую руку и уставилась на чистое запястье.

«Мне же не могло присниться⁈»

— Почему так?

— Брак не был консумирован до смерти супруга. Значит, он не действителен. Ты свободна, Эни.

— Так, стой, — я снова начала терять связь с реальностью. — А как собственно мой супруг умер? Последнее, что я помню, это как он пытался сровнять меня с песком!

— Старый гад едва тебя не угробил, — мрачно согласился наследник.

— И?

Молчание.

— Амет, что произошло?

— Ты не помнишь? — он посмотрел как-то странно. Исподлобья и… пристыженно?

— У меня похоже начались галлюцинации, — честно призналась я. — Так что произошло?

— Я его сломал. Зубами. Получается пережевал. Но сначала сжег…

«Он смущается!», — я в первую очередь удивилась его виду. Потом до меня дошел смысл.

— Ты его что? — осипшим голосом переспросила я.

— Пережевал, — с убитым видом проговорил блондин, запутавшись обеими ладонями в своей шевелюре. — И выплюнул.

Некоторое время мы сидели в тишине. Я пыталась осторожно заглянуть в свою память и не сойти с ума, Амета, кажется, слегка подташнивало.

— Мне не привиделось, — наконец произнесла я слабым голосом. — Дракон все-таки был?

— Я не особенно себя контролировал, — Амет посмотрел на меня с опаской, словно это я была драконом, способным прожевать взрослого мужика. Кажется, так он опасалась моей реакции. — Все что понимал, это то, что тебя нужна защита. Император был угрозой. Я его уничтожил. Как смог.

— К-как?

— Зубами.

— Как ты стал драконом, Амет⁈ Это как бы не то, чему можно научиться по учебнику. Ничего не хочешь рассказать⁈

— Ты устала, Эни, — наследник поднялся. — Драу Золит вообще-то просил не тревожить тебя разговорами. Мы обязательно поговорим. Завтра.

Я беспомощно смотрела, как он уходит. Останавливать не стала, мне действительно нужно отдохнуть и подумать. И сделать кое-какие дела, связанные с организмом, в который явно вливали лечебные микстуры, не заботясь о выведении жидкости. В общем, первым делом я поспешила в уборную.

После осмотрела себя. Насчет ноги я ошиблась, рана полностью затянулась, а онемение вызывала пропитанная лекарством повязка, ее я убрала. Других повреждений не было, разве что с одной стороны волосы опалились, скрутились в тугие колечки и частично осыпались. Придется отрезать. А еще вернулись силы. И не просто вернулись, они вновь были послушны!

Едва это осознав, я создала разрыв к маме. Княгиня была в незнакомом мне месте — много двухэтажных деревянных зданий, какие-то высокие сооружения, похожие на тренировочные снаряды и множество военных. Мама тоже была в военном мундире. Без макияжа, со стянутыми в хвост волосами. Я наблюдала за ее четкими выверенными движениями, резкими командами и с трудом сдерживала слезы. Как я и думала, мама основательно готовилась к войне. Похудевшая, мрачная, с плотно сжатыми губами она выглядела решительной и суровой. За ней тенью следовали драу Триз и драу Тарн.

Мне очень хотелось немедленно ее успокоить, но мешали две вещи. Во-первых, мой наряд, состоящий из ночной рубашки до середины бедра. Во-вторых, понимание, что место НЕЗНАКОМОЕ. Ни мама, ни я не умели создавать разрывы в места, где никогда раньше не были. В общем, я убедилась, что мама жива и здорова. Не плачет и не сдается. Выберу момент, когда она будет одна и покажусь.

Как-то незаметно накатила сонливость. Я зевнула, с сомнением посмотрела на гардероб и решила сначала чуть отдохнуть. И подумать. Последнее сделать не удалось, я мгновенно провалилась в сон.

Когда проснулась у моей кровати оказалась Лесса и драу Золит. Собственно меня и разбудил голос лекаря, дающего служанке наставления.

— Спасибо, драу Золит, — хрипловатым со сна голосом произнесла я. — Больше ничего не нужно, я здорова.

— Драу Эникс, — целитель чуть склонил голову в приветствии. — Рад, что вам лучше, но после такого истощения дара…

— Мои силы на месте, — позволила себе перебить мужчину, пока он не придумал мне несуществующих недугов. — Полностью восстановились.

— Позвольте проверить? — он приподнял бровь, не особенно стремясь скрыть недоверчивость.

— Конечно.

Сухие руки легли сначала на виски, потом одна на солнечное сплетение, другая на макушку.

— Это странно, — драу Золит нахмурился. — Я проверял резерв сразу после ранения… вчера утром!

Из этого восклицания я уловила одно — день поединка закончился. И судя по бьющему в окна солнцу, близился к обеду второй. Желудок словно ждал этого осознания и выдал смущающее ворчание, рассчитанное на целителя. Мне он, кажется, все еще не доверял.

— Принесите что-нибудь легкое, — услышал «призыв» драу Золит. — Горячие овощи, лучше протертые.

— Каву? — с надеждой добавила я.

— Никаких крепких напитков, — отрезал безжалостный целитель. Посмотрел на меня и немного смягчился. — Но парочку пышных булочек с маслом к овощам все-таки добавьте. Только не торопитесь, ешьте маленькими кусочками.

Я, конечно, считала, что питание он мне назначает по инерции, как действительно больной, но спорить не стала, рада была и овощам с булочкой.

— Драу наследник не появлялся? — спросила я Лессу после того как съела все до последнего кусочка.

— Нет, драу Эникс. Мне его поискать?

— Нет-нет. Спасибо. Подготовь платье, я хочу спуститься в сад.

«И заодно проверить пределы своей свободы».

Осознание того, что императора больше нет, еще не пришло. Я не чувствовала себе во дворце уютно или в безопасности. Но сейчас, с сильным и послушным даром, опасаться мне было нечего. Стоит захотеть, я сделаю разрыв и уйду.

Меня никто не остановил, но ближайший стражник бегом отправился вниз впереди меня. Видимо, торопился доложить. Когда я спустилась, его нигде не было видно. На улицу я тоже попала без сложностей, дверь передо мной открыли, выпуская меня и Лессу, но держали открытой до тех пор, пока я не спустилась по ступеням. Только тогда позади раздался легкий стук деревянной створки.

«Интересно, если я выйду за ворота, меня также никто не остановит?»

Но за воротами мне делать было нечего, я хотела уединения, но не в духоте спальни, а там, где можно дышать. Окна комнаты императрицы выходили на сад и я давно приметила эту беседку, в которой стенами служили извилистые стебли плетущихся роз. Правда, при входе в сад я немного растерялась, но потом нашла глазами окна своих комнат и сориентировалась по ним.

В беседке было прохладно. На мраморном круглом столике в центре стояла раковина с прохладной водой и лилиями. Такая же как в уборных замка. Запах цветов лишь сначала показался навязчивым, но вскоре растворился в свежем ветерке и больше не досаждал.

Я села на одну из бархатных подушек, которые были разбросаны по широким мраморным сиденьям, Лесса устроилась у входа, достала вышивку, которую терзала столько, сколько я ее помнила и углубилась в хитросплетение цветных нитей. А я постаралась разложить в мыслях все, что имела.