— Что я стану неплохим подарком к выздоровлению.

— Нет, — не повелся на мой прохладный тон Амет, — я подумал, что сдохну, но не допущу, чтобы к тебе прикоснулся другой.

Я покачала головой. Посмотрела в окно, первые сумерки погрузили гостиную в полумрак, заиграли на хрустале. Мне пора.

— Почему ты не попрощался? — безразличный тон дался неожиданно легко.

Амет помрачнел.

— Кровный призыв старшего. Император собирал всех драу. Мы отступали.

— Ты ведь уже понял, кому нужна была моя невинность, да? Ты забрал то, что позарез нужно было Малахару. И что? Император порадовался за тебя?

— Ты снова язвишь. Прошлый раз от волнения. А сейчас?

— От злости.

— Не злись, Эни. Что бы там дядя не думал, но меня он принял как родного. Ты слепила из меня лучшую версию. Я теперь второй по силе драу в империи. И наследник.

— Зачем мне это знать?

— Затем, что я равен тебе, княжна Эникс. И могу просить твоей руки. Дядя одобрил наш союз.

— Ты знаешь, кто я, — пробормотала я и попыталась встать, но ноги затекли и не слушались. — Давно?

— В Рейтиге не знал. Какая разница, Эни? Я схожу по тебе с ума, и знаю, что тоже тебе не безразличен. Император сказал «да», почему же…

— Император сказал «да», — прошипела я. — А меня спросить не собираешься?

— Прости, — произнес Амет виновато. Поднялся и присел около моего стула на корточки. — Нам нужно больше времени.

— Что? — губы не слушались.

— Спи, Эни. Все будет хорошо.

И я заснула.

***Амет***

— Ты уверен, что сможешь ее убедить? — Фирис смотрел с сомнением.

Естественно, никакой уверенности я не испытывал. Вчерашний разговор в лечебнице тоже не вдохновлял, напротив, жирно намекал — просто не будет.

— Мы не переборщили с цветами? — спросил я вместо ответа. — Голова уже кругом идет.

— Открой окно, — Фирис пожал плечами.

Я распахнул створки, высунулся по пояс, вдыхая свежий воздух полной грудью.

— Нам нужно выехать завтра, если ты не уговоришь княжну, то…

— Знаю, — огрызнулся я.

— Снова начнется война, — тоскливо протянул Фирис. — А у меня родные и тут, и там…

— Я уверен, что Эни согласится.

— Хорошо бы, — сапфировый вздохнул. — А если нет?

Запасного плана у меня не было, поэтому я лишь досадливо дернул плечом. От окна я не отходил. Как по мне, превращать комнату в оранжерею — это чересчур, но Фирис уверял, что все девушки любят цветы. А привыкшая к роскоши княжна оценит только размах.

— Время, все упирается во время…

— Может, заберем княжну с собой? — нерешительно предложил Фирис.

— Она не согласится.

— А если не спрашивать?

— Как ты себе это представляешь? — я отошел от окна, но сел на сквозняке. — Заставить?

— У меня есть зелье сна…

— Я не буду опаивать Эни, — скрестил руки на груди.

— Даже я понимаю, что у тебя ничего не выйдет за один вечер. Никто не собирается причинять княжне вред. Всего лишь выиграем время.

Я задумался. Дядя дал мне восемь дней, из которых половина ушла на дорогу и поиски. Но это время было дано на то, чтобы привести Эни. Срок для того, чтобы объявить ее невестой иной — до переговоров.

— Она не простит, — я покачал головой. — Должен быть другой путь.

— Давай так. Если все пройдет так, как ты надеешься, дашь противоядие. Если нет… Ну позлится, поскандалит. Зато кровь не прольется. А у тебя будет достаточно времени, чтобы все объяснить.

Я медленно кивнул, все еще отчаянно надеясь, что использовать снотворное не придется.

Пришлось.

Солнце падало прямо на лицо, нагрело щеку, пробиралось сквозь ресницы.

«Странно, что наставники дали поспать», — подумала, не торопясь вставать. Расслабленно потянулась, положила руку на глаза, прячась от назойливого лучика.

— Госпожа? — неуверенный тонкий голос моим служанкам не принадлежал. Да и интонации настораживали. Я села.

Ошеломленно огляделась. Комната была прекрасно обставлена — нежные персиковые и сливочные оттенки стен, множество пушистых кремовых ковриков на полу, светлая резная мебель. Пять узких, но непривычно высоких окон. Солнце рвалось сквозь тончайший тюль, почти не чувствуя преграды, и легко добиралось до самых дальних уголков.

Эту комнату я видела впервые. Как и испуганную девушку в легкой тунике и с множеством браслетов на руках и ногах. Украшения тихо звенели, словно девушка дрожала.

— Госпожа? — повторила она все также неуверенно. — Вы проснулись.

— Где я? — мой голос был хриплым, как после долгого сна.

— Во дворце…

— Императора Малахара?

— Да… Я позову…

Она не договорила, попятилась к двустворчатой двери — такой же высокой и узкой как окна — и исчезла за ней. Я тут же спустила ноги на пол. Ступни утонули в мягком мехе. Бросила взгляд на окна, но решила оставить их на потом, естественные потребности требовали первейшего удовлетворения. Столик с фруктами и графином я тоже проигнорировала, даже поморщилась — ничего не стану есть и пить, пока не пойму где я.

В первой двери исчезла испуганная девушка, вторая закономерно оказалась уборной. Я быстро справилась с потребностями, мимоходом порадовавшись, что белье на мне мое собственное, в отличие от сорочки. Значит, конфуза по дороге не случилось, а учитывая двух дневный путь от Атаракса до столицы империи, меня усыпили до состояния стазиса. Мы поступали так с раненными.

«В любом случае прошло достаточно времени, чтобы мама сошла с ума от тревоги».

Мраморная чаша умывальника была наполнена водой, на поверхности плавали живые лилии, слишком совершенные, чтобы существовать без вмешательства дара. Я заинтересовалась, на мгновение забыв о всех своих сложностях. Вода была прохладной, пахла свежими цветами, и идеально подходила для умывания. Потом я заметила тонкий ручеек, текущий в чашу с одной стороны и крошечные отверстия на дне, сквозь которые утекала лишняя вода. На секунду задумалась, подставила ладошки под тонкую струйку и напилась, прогоняя изо рта вкус вчерашнего сока.

В спальне послышалась голоса. Вроде все женские, потому что появляться в короткой сорочке перед мужчинами я категорически не желала.

— Вот вы где, госпожа! — дверь широко открылась, стукнув створками по стенам. — Пойдемте скорее, нужно вас приодеть!

Настороженно взглянув на высокую женщину с поднятыми вверх темными волосами, сухим строгим лицом и властным голосом, я вернулась в спальню. По очереди осмотрела четырех девушек и женщин, которые при моем появлении уставились в пол и лишь изредка бросали любопытные взгляды украдкой. В руках они держали свертки ткани, какие-то ленты, коробки, кажется, щетки.

Потом я требовательно посмотрела на ту, что ворвалась в уборную и явно была тут старшей.

— Меня зовут Таирса, госпожа, — представилась она, не дождавшись вопроса. — Я здесь, чтобы подготовить вас к визиту.

— Я. Никуда. Не. Пойду, — проговорила холодно и раздельно. Прошла к кровати, забралась на нее, села, прислонившись спиной к высоким подушкам и замерла, уставившись в окно.

— Но госпожа, — властности в голосе Таирсы стало ощутимо меньше. — Вас ждут Император и Наследник…

Я молчала. Легкий ветерок играл тюлем, от солнца приходилось прятаться под ресницами. Ничего кроме ясного неба не было видно.

«Это от того, что рядом ничего не растет, или спальня на верхнем этаже?»

— Позвольте хотя бы показать платья, госпожа.

«Скорее всего на верхнем, иначе меня не оставляли бы здесь одну без присмотра. А может окна зачарованы даром?»

— Госпожа? — не теряла надежды Таирса.

Скорее бы они ушли, чтобы можно было это проверить.

— Мы оставим вещи здесь, госпожа, — наконец скрипнула старшая. — Мне нужно получить дальнейшие указания.

Легонько прошелестела открывающаяся дверца, чуть позже хлопнула — уже не так тихо. Я убедилась, что женщины вышли, соскочила с кровати и подбежала к окну. Высоко, это раз. Зачарованы, это два. На всякий случай проверила дверь, та не шелохнулась. Можно попробовать пробить ее даром, он ощущался послушным и сильным, но Амет помнил меня слабой драу — не стоит пока раскрывать преимущества, о которых им с дядей вполне может быть не известно.