Хмурый мужчина с собранными в низкий хвост темными волосами молча прошел к стене и с силой вогнал в землю шест с прибитыми крест накрест досками. Отошел на пару шагов и таким же образом водрузил вторую мишень.

— Вставайте, Эникс, — с преувеличенным воодушевлением произнесла драу Лита. — Попробуем снова.

Я покорно поднялась.

— Представьте, что сила стекает в вашу ладонь, — в очередной раз посоветовала драу Лита, — когда почувствуете тепло, направьте его в… мишень.

Прошлый раз наставница просила попасть в правую верхнюю перекладину. Видимо, надежда таяла не только у меня.

Опустила руку, сложила ладонь ковшиком и представила, что в нее медленно стекает дар. Как если бы в локте была маленькая ранка и ладошка постепенно наполнялась кровью. Куда там! Сила хлынула жгучим потоком, обожгла пальцы и расплескалась по стене.

— Надо было одну ставить, — мрачно произнес драу Триз, вместе с нами разглядывая свежее пятно сажи на стене. Обе мишени сгорели, не оставив следа.

— Неси еще, — вздохнула драу Лита. — Попроси соорудить побольше.

Я снова села на траву. Откинулась на руки и уставилась вверх. Лето только началось, погода стояла ясная и теплая. Легкие, дырявые облака неспешно плыли по небу, не давая тени. Зато ее хватало у меня на душе.

Одиннадцать дней прошло с тех пор, как я вернулась домой, пятнадцать — с тех пор, как получила новые силы. Которые меня совершенно не слушались, и с каждым днем становилось все хуже. Мама и наставники уговаривали потерпеть и не волноваться, вот только свое собственное беспокойство скрыть не могли.

Сначала со мной занималась только драу Лита — опытная наставница и сильная драу, входящая в княжеский совет. Потом подключился ее брат — драу Триз, который взял на себя помощь при занятиях с Литой и мою физическую подготовку. Третьим присоединился драу Амар, занимающийся со мной духовными практиками. Пока даже все это вкупе помогало мало. Но я хотя бы выплескивала лишнюю силу в те дни, когда не могла потратить ее в лечебнице Святой Лианы.

До обеда я успела уничтожить еще шесть мишеней. Потом драу Лита сдалась и позволила уйти.

Мама пришла сама.

— Девочки, оставьте нас, — приказала она Донне и Джули.

Служанки выпорхнули из комнаты, оставив в покое мои мокрые волосы. Сушить их даром я опасалась — в прошлую попытку едва не лишилась всей своей шевелюры, отделалась лишь парой подпаленных локонов.

— Как ты? — мама мимоходом высушила мои волосы, взяла за руку и усадила рядом с собой на кушетку.

— Драу Триз устал бегать за мишенями, — криво улыбнулась я.

— Ничего, ему на пользу свежий воздух.

— Мам, можно я поеду в лечебницу?

— А как же занятия с драу Амаром? — мама нахмурилась.

— Все равно не помогают, — сказала я и торопливо добавила, — в лечебнице я избавлюсь от лишних сил и вечером сама приду к драу Амару. Обещаю!

— Хорошо, — мама потерла лоб. — Давай сделаем так. У меня сейчас встреча с драу Лиантом по поводу переговоров с Малахаром… Поверить не могу, осталось всего четырнадцать дней до их прибытия! А после поужинаем вместе. Как раньше. Ты, кстати, обедала?

— Пока не хочу. Пообедаю «У Луиджи».

— Драу Триза спросила? Он сможет тебя сопровождать?

— Спрошу. Спасибо, мам.

— Прародители, да за что⁈ — мама уставилась с недоумением.

— За все, — я порывисто обняла родительницу. И, получив ответные объятия, улыбнулась почти счастливо.

По дороге я снова думала про Амета. Забавно, но вспоминала я блондина только в пути и перед сном.

«То есть тогда, когда хоть ненадолго оставалась в покое».

Мамины люди не нашли драу с таким именем. Не нашли вообще никого из рода аметистовых драконов на территории княжества. И тем более боевого командира. Что это значит? На ум приходил единственный вариант — Амет лгал. Зачем?

Странное чувство, возникшее в лечебнице Рейтига, больше не грело. Оно разъедало — остро и неотвратимо. Я больше не думала об Амете, как о своем первом мужчине, которого выбрала сама. Теперь казалось, что он воспользовался моей ситуацией, получил что хотел и сразу исчез. А теперь смеется, вспоминая наивную девчонку. А может не вспоминает и давно нашел другую легковерную дурочку.

Логика в моих размышлениях хромала, но когда это останавливало брошенных девушек⁈

Однако все мысли об Амете вылетели из головы, стоило мне войти в лечебницу. Детей сюда привозили со всего княжества. Тех, кому могла помочь только моя кровь. Я старалась приезжать почаще, чтобы малыши не ждали подолгу, а мастрис Лиза не ломала голову, куда разместить всех детей и их матерей.

— Драу Эникс! — глава лечебницы Святой Лианы нашла меня, когда я уже заканчивала обход первого этажа и собиралась сделать перерыв, прежде чему приступить ко второму. Драу Триз в палаты не заходил, дежурил у дверей.

— Да, мастрис? — удивилась я, убирая иглу в чехол. Мой маленький подопечный спал, его мать ждала в коридоре.

Мастрис Лиза выглядела взволнованной и немного растерянной.

— В моем кабинете сейчас сидит молодой человек, — сказала она, оглянувшись на дверь и убедившись, что она закрыта и мой наставник нас не слышит. — Он просил привести вас и не говорить зачем, но… Конечно, я не собиралась так поступать! Хотя мальчик был так убедителен, уверен, что вы будете ему рады…

Сердце заколотилось в сумасшедшем ритме, во рту пересохло.

— Можете его описать? — спросила дрогнувшим голосом.

— Красивый, молодой драу. Волосы светлые, глаза темные. Высокий и здоровый, как дракон. Что с вами, драу Эникс? Позвать вашего сопровождающего?

— Нет-нет! — я быстро вдохнула и выдохнула. — Я схожу к этому молодому драу.

Дверь приоткрылась, мама мальчика осторожно заглянула в комнату.

— Можно? — спросила она боязливо.

— Мы закончили, малыш в порядке, — я проскользнула мимо молодой женщины, кивнула драу Тризу. — Я в кабинет мастрис Лизы. Нужна новая порция.

Наставник кивнул и заложил пальцем книгу. Проследовал за мной до самого кабинета, прислонился к стене и вернулся к чтению. А я развернулась к нужной двери.

От шума сердца я практически оглохла, руки дрожали, спина взмокла. Я знала, уже твердо была уверена в том, кого увижу за дверью, но не готова к тому, что не успев закрыть дверь, окажусь в тесных объятиях. Я замерла. Просто застыла, задохнувшись от ощущений, запахов и эмоций. Пожалуй, Амет сделал лучшее из того, что мог. Если бы начал говорить или попытался поцеловать, то я набросилась бы на него с кулаками. А так… заполошное сердце успокаивалось, дыхание выравнивалось. Амет стискивал меня так крепко, что я не могла пошевелиться. Да и не хотела.

Но время шло, скоро драу Триз задумается, почему я так долго ищу нужный флакон. Я завозилась, пытаясь высвободиться, и с шумным выдохом Амет ослабил объятия, потом уронил руки, сделал шаг назад. Сразу стало зябко, и я обхватила себя за локти, словно стараясь удержать тепло от его тела. Только после этого подняла глаза.

Амет изменился. Неровно состриженные волосы чьи-то умелые руки привели в порядок, и место ранения невозможно было заметить, если не знать, куда смотреть. Одежда на мужчине была не просто добротной, она была роскошной. Золотое шитье на воротниках и манжетах белой рубашки, аметистовые запонки и пуговицы, шейный шелковый платок.

Я перевела взгляд лицо и потерялась в жарких фиолетовых всполохах. Амет смотрел странно — с какой-то болезненной, ненормальной жадностью, от которой мое успокоившееся было сердечко вновь забилось с утроенной силой.

— Мне нужно идти, — я затравленно оглянулась на дверь. — Меня хватятся.

— Пожалуйста, Эни, — мужской голос — хрипловатый и низкий — будил воспоминания и те слова, что звучали в темноте единственной ночи. Кажется, я покраснела. — Нам нужно поговорить. Обещаю все объяснить.

Обида тут же встрепенулась, пробилась сквозь пелену очарования.

— Ты обманул меня, — пробормотала я, отводя глаза.

— Дай мне возможность все рассказать. Прошу!