Через три дня после суда Нина получила сообщение от Алисы. Дочь написала: «Мам, я приезжаю на выходные. Мне нужно с тобой поговорить». Сердце Нины сжалось. Она знала, что разговор будет тяжёлым. Алиса всё ещё была на стороне отца, и Нина боялась, что дочь придёт с обвинениями.

Она встретила Алису в субботу утром на вокзале. Когда она увидела дочь, выходящую из вагона, у неё перехватило дыхание. Алиса была красивой — высокая, стройная, с длинными светлыми волосами, в дорогом пальто. Она выглядела как модель с обложки. Нина шагнула к ней, но Алиса не бросилась в объятия — она остановилась в шаге и посмотрела на мать холодным взглядом.

— Привет, мам, — сказала она сухо.

— Привет, дочка, — ответила Нина, чувствуя, как внутри всё обрывается. — Я так рада тебя видеть.

Она попыталась обнять дочь, но Алиса отстранилась.

— Давай не будем, — сказала она. — Мне нужно поговорить с тобой серьёзно.

Они поехали в кафе недалеко от вокзала. Сидели за столиком, пили кофе. Алиса крутила чашку в руках и молчала. Нина смотрела на неё и ждала.

— Мам, как ты могла? — сказала Алиса наконец, и в её голосе звучала боль. — Ты бросила папу. Ты подала на развод. Ты забрала квартиру. Он остался ни с чем. Он же тебя всю жизнь содержал!

— Алиса, — начала Нина, но дочь перебила.

— Я знаю, что он не идеальный, что он пил, но он твой муж! Он работал на севере, в холоде, в грязи, чтобы мы жили. А ты взяла и ушла к какому-то богатому дядьке, который купил тебе платья. Ты думаешь, я не вижу, как ты изменилась? Ты ходишь в дорогих ресторанах, носишь дизайнерскую одежду, а папа живёт в общаге в Сургуте!

Нина сжала чашку так сильно, что побелели костяшки.

— Алиса, ты знаешь, что он меня избил? — спросила она тихо. — Ты знаешь, что он изменял мне с другой женщиной много лет? У него есть фотографии с ней. Я видела их. Ты хочешь, чтобы я тебе их показала?

Алиса замялась.

— Это не оправдывает того, что ты сделала, — сказала она упрямо. — Ты могла поговорить с ним, могла попросить его измениться. А ты просто сбежала.

— Я терпела двадцать лет, — сказала Нина, и в её голосе появились стальные ноты. — Я терпела его пьянство, его измены, его унижения. Я работала на двух работах, когда ты была маленькой, чтобы у тебя было всё. Я отдала тебе все деньги, которые ты просила на кастинги. И когда я решила спасти свою жизнь, ты называешь меня эгоисткой?

Алиса опустила глаза.

— Я не говорю, что ты эгоистка. Но я не понимаю, как ты можешь быть с этим Сергеем. Он же старый, он же твой босс. Он просто пользуется тобой.

— Он не пользуется, — сказала Нина твёрдо. — Он любит меня. И я люблю его. У него есть сын-инвалид, он платит за его лечение, он борется за бизнес. Он не идеальный, но он меня уважает. Он никогда не поднял на меня руку. И я не позволю тебе судить его, не зная его.

На глазах Алисы выступили слёзы.

— Мам, я не хочу тебя терять, — прошептала она. — Я просто испугалась. Мой мир рухнул. Папа мне звонит каждый день и плачет. Я не знаю, как мне быть.

Нина встала, обошла стол, села рядом с дочерью и обняла её. Алиса уткнулась ей в плечо и разрыдалась.

— Прости меня, — всхлипнула она. — Я просто не хочу выбирать между вами.

— Ты не должна выбирать, — сказала Нина, гладя её по голове. — Я твоя мать. Он твой отец. Но ты должна понять, что я имею право быть счастливой. Я заслуживаю любви. И он заслуживает, чтобы его любили. Ты увидишь, со временем ты поймёшь.

Они сидели в обнимку, и Нина чувствовала, как между ними восстанавливается связь. Она знала, что это только начало, но она была готова бороться за свою дочь.

На следующей неделе Нина вернулась на работу с новыми силами. Она разработала эскизы для нового зала и была полна идей. Но в среду вечером, когда она стояла у стойки, принимая заказ, в ресторан вошла она — Ирина, бывшая жена Сергея.

Нина сразу узнала её: та же хищная улыбка, те же длинные светлые волосы, то же красное платье. Она вошла не одна — с каким-то мужчиной в дорогом костюме. Они сели за столик в центре зала и начали заказывать. Нина чувствовала на себе её взгляд, но старалась не обращать внимания.

Через час, когда Нина проходила мимо их столика, Ирина остановила её:

— Девушка, можно вас на секунду?

Нина остановилась, повернулась. Она чувствовала, как внутри нарастает напряжение.

— Чем могу помочь? — спросила она вежливо.

Ирина улыбнулась своей приторной улыбкой.

— Вы ведь та самая Нина? Новая игрушка моего бывшего мужа? Мне рассказывали про вас. Очень трогательная история: бедная посудомойка, которую подобрал богатый хозяин. Как в сказке.

Нина сжала поднос так, что пальцы побелели.

— Я не игрушка, — сказала она спокойно. — Я сотрудник этого ресторана и партнёр по дизайнерскому проекту. Если у вас есть вопросы к меню, я с радостью отвечу.

Ирина засмеялась — громко, вызывающе.

— Ой, какая серьёзная! — сказала она, поворачиваясь к своему спутнику. — Ты слышал, она партнёр! А знаешь, что она делала месяц назад? Мыла тарелки в этой же самой кухне. Но Сергей всегда любил экзотику. Ему надоели модели, он решил попробовать бабушек.

Нина почувствовала, как кровь прилила к лицу. Она хотела сказать что-то резкое, но сдержалась. Она знала, что Ирина провоцирует её. Она сделала глубокий вдох и сказала:

— Я не буду обсуждать свою личную жизнь с вами. Приятного аппетита.

Она развернулась и ушла в подсобку, где рухнула на табурет и закрыла лицо руками. Её трясло. Она чувствовала себя униженной. В этот момент в подсобку вошёл Сергей. Он видел всю сцену через камеры наблюдения.

— Нина, — сказал он, садясь рядом с ней. — Не позволяй ей это делать. Она просто злая и одинокая женщина. Она ничего не значит.

— Она права, — прошептала Нина. — Я была посудомойкой. Я никто. Я не должна быть здесь.

— Нет, — сказал он твёрдо. — Ты — та, кого я люблю. И я не позволю никому тебя унижать. Ты сильнее её. Ты прошла через ад, а она просто старая, завистливая стерва.

Он взял её за руку и притянул к себе.

— Идём, я провожу тебя до машины. Ты сегодня работаешь, но если хочешь, можешь уйти.

Она покачала головой.

— Нет. Я останусь. Я не позволю ей выгнать меня. Я докажу, что я на своём месте.

Он улыбнулся и поцеловал её в висок.

— Вот это моя женщина.

Она вернулась в зал, прошла мимо столика Ирины, глядя прямо перед собой. Она больше не чувствовала страха. Она была сильной.

Через несколько дней после инцидента с Ириной у Нины состоялся тяжёлый разговор с Сергеем. Он пришёл на работу мрачнее тучи, не разговаривал с ней, избегал взгляда. Когда она зашла к нему в кабинет, чтобы обсудить эскизы, он резко оборвал её:

— Нина, давай отложим это на неделю. У меня нет времени.

Она опешила.

— Что случилось, Серёж? Ты сам не свой. Это из-за Ирины? Из-за того, что она сказала?

— Нет, — сказал он раздражённо. — Это не из-за неё. Это из-за меня. У меня большие проблемы с бизнесом. Кредиторы звонят каждый день. Я могу потерять ресторан. Я не могу сейчас думать о дизайне и об отношениях. Я должен бороться за выживание.

Нина подошла к нему, положила руку ему на плечо.

— Я могу помочь. Мы вместе найдём выход.

— Ты не можешь помочь, — сказал он и отбросил её руку. — Ты ничего не понимаешь в бизнесе. Ты была посудомойкой три недели назад. Я не хочу, чтобы ты влезала в мои проблемы.

Его слова прозвучали как пощёчина. Она отступила на шаг, чувствуя, как внутри всё рушится.

— Ты серьёзно? — спросила она, и её голос дрожал. — Ты считаешь, что я ничего не понимаю?

— Я считаю, что ты не на своём месте, — сказал он жёстко. — Ты пытаешься играть роль, которая тебе не по силам. Ты не была готова к этому, Нина. Я ошибся.