Здание почтамта стояло возле большой площади, забитой транспортом. Им пришлось долго ждать светофора, чтобы перейти улицу.

–Ну что?—сказала Аста, когда они подошли к дверям. –Ты решила, кем тебе быть?

–Вообще-то, лучше королевой. Только на это имя у меня есть документ.

–Я подожду здесь—сказал Ионидес, отходя к ближайшему газетному киоску.

Лира не сомневалась, что, если бы было время, Ионидес смог бы найти того, кто сделает фальшивые документы на любое имя, какое захочешь. Но в данный момент ей пришлось быть королевой, смирившись с сопутствующими трудностями: к примеру, как отыскать в огромном зале нужную стойку, если там вывески на трёх языках, и у всех незнакомые тебе буквы.

Она присела и тихо сказала Асте: «Прости, но я вынуждена снова позвать тебя наверх. Не могу прочесть вывески». Аста молча прыгнула ей на плечо.

Лира встала. Чувство от подобной, почти интимной, близости с чужим деймоном было по-прежнему странным, и это чуть не вогнало её в смущение; но Аста, владевшая теми же языками, что и Малкольм, быстро сориентировалась и спустя всего пару секунд сказала: «Налево—к стойке, у которой стоит женщина в красном пальто».

«Спасибо»,—ответила Лира и вновь присела, давая ей спрыгнуть.

Затем она подошла к стойке и встала в очередь за женщиной, чей деймон, сидевшая на её плече зеленушка, с любопытством разглядывал оттуда Асту, шепча что-то женщине на ухо. Та уже собиралась обернуться, но тут за стойку вернулся ассистент с пачкой корреспонденции. Взяв её, женщина расписалась в квитанции и пошла, игнорируя щебетание деймона, которого явно всполошила догадка, что Лира и Аста—не одно человеческое существо.

Подойдя и заняв её место, Лира положила на стойку пропуск от Мустафы-Бея. Ассистент поправил очки и углубился в чтение документа, после чего поднял глаза на Лиру, которая, собрав всю свою наглость, вложила её в высокомерный ответный взгляд.

–Эээ…, неуверенно склонив голову, протянул оператор, на что Лира ответила вопросительной улыбкой и развела руками.

Он пробормотал что-то про себя и повернулся к начальнику, чтобы спросить. Лира взяла бумагу и, сложив, спрятала в карман; но тут же достала вновь, чтобы показать её спешащему к стойке пожилому мужчине. Тот стал что-то говорить; Лире не требовалось его понимать: всё было и так ясно. Благоговейно пробежав глазами строчки, написанные рукой Мустафы-Бея, он что-то бросил резко ассистенту, и тот немедленно убежал.

Склонившись в полупоклоне, начальник сказал Лире ещё пару фраз; она доброжелательно улыбнулась и с пониманием кивнула. После чего отвела взгляд и стала изучать архитектуру зала: арочные окна, мраморные колонны и мозаичные картины на потолке, иллюстрирующие скорость и надёжность почты Азербайджана.

Когда ассистент вернулся, в руках у него, к большому удивлению Лиры, был небольшой пакет. Она не выказала никаких чувств и наклонилась расписаться в поданной ей начальником квитанции, после чего приняла из его рук пакет, на всякий случай ещё раз проверив получателя. Пакет был надписан чётко, умелой рукой, и совершенно точно адресован Её величеству королеве Татьяне Иорековой. Он был упакован с профессиональной тщательностью, обвязан верёвкой с сургучной печатью, и оказался на удивление тяжёл.

–Мерси, месье,—сказала она, встретив в ответ поклон и ассистента, и начальника. Стоявший за ней в очереди мужчина с интересом за всем этим наблюдал. Не удостоив их лишним вниманием, Лира элегантно проследовала к большим дверям, которые ещё один мужчина для неё придержал.

–Ну что же,—сказала Аста, пока они шли к стоявшему у киоска Ионидесу. –Я впечатлена.

–Поразительно, чего можно добиться, имея листок бумаги от Мустафы-Бея.

–Там было что-то для королевы?—тихо спросил Ионидес. –Ладно. У вас есть карман? Спрячьте это туда, только незаметно, так, чтобы никто не понял. А я пойду с той стороны, рядом.

–За нами снова слежка?—спросила Лира и, как могла, незаметно сунула пакет в левый карман юбки. У неё пока не было даже догадок, кто и зачем ей это прислал, но требовалось идти, и немедленно, поскольку Ионидес сказал:

–Двое мужчин. Они наблюдали, как вы туда входите, и ждут, когда выйдете. Держитесь поближе.

Он двинулся вперёд неспешной походкой, Лира за ним, а за нею вплотную Аста. Деймон-геккон Ионидеса сидела на его плече, глядя назад. Лира бедром ощущала тяжесть пакета в своём кармане.

Статуя конного воина, стоявшая в центре площади, видимо, была для жителей Баку признанным местом притяжения. Там располагался газон со скамейками, цветочными клумбами и киосками, где продавали еду и напитки. Ионидес указал на кольцевую дорожку вокруг статуи:

–Усевшись там, мы сможем видеть всё вокруг. Вы голодны, мисс Сильвер?

–Я съела булочку, но она была символическая. Тоненькая.

Дойдя до светофора, Лира и шедший слева вплотную Иондес остановилась в ожидании разрешающего сигнала. Кроме них, там собралось ещё человек пять-шесть.

–Они где-то рядом?—шепнула она. Ей ответил деймон-геккон:

–Они тут, смотрят. Когда зажжётся зелёный, будут переходить улицу вместе с нами.

Вполголоса, но так, чтобы Ионидес и Аста слышали, Лира сказала:

–Тогда мы пойдём медленно, отстанем от остальных, а потом развернёмся, словно бы передумали, и побежим назад. По моему сигналу. На красный они перебегать не рискнут.

–Мисс Сильвер…—начал было Ионидес, но тут зажёгся зелёный, и первые пешеходы вышли на проезжую часть.

Лира двинулась за ними, Ионидес шёл вплотную слева, а те двое присоединились к прочим. Пройдя переход на три четверти, Лира скомандовала: «Сейчас» и бросилась назад. Аста летела стрелой впереди неё; Ионидес тоже не стал мешкать.

Для их преследователей это стало сюрпризом. Сперва они замерли, намереваясь было последовать за Лирой, но потом, видимо, сообразив, что это их выдаст, заколебались. Светофор тем временем переключился, и транспорт начал движение, вынудив их бежать к ближайшему тротуару; в результате они оказались отрезанными от объекта слежки.

–Отлично, мисс Сильвер,—сказал Ионидес. –Теперь надо успеть скрыться, пока они на той стороне.

Они свернули на ближайшую отходящую от площади улицу, затем направо, на более узкую, потом налево, и оказались на ещё одной оживлённой торговой улице, у остановки, к которой как раз подходил автобус.

–Садимся!—скомандовала Лира.

Вместе с ещё тремя пассажирами они зашли в двери. Ионидес спросил что-то у водителя, купил билеты, и они заняли места поблизости от дверей.

–А вы везучая, королева Сильвер,—сказал он. –Знаете, куда он идёт? К морскому пассажирскому терминалу.

–Лучше и быть не могло,—ответила она.

–Пакет с почты ещё при вас?

–Конечно.

Когда автобус отъехал, все четверо: Лира, Ионидес, Аста и деймон-геккон огляделись, чтобы окончательно убедиться, что за ними нет слежки. Никого хоть сколько-нибудь подозрительного в салоне не было.

Лира достала пакет, обвязанный верёвкой и запечатанный сургучом. Её одолевало любопытство.

–Вы знаете, от кого он?—спросил Ионидес.

–Понятия не имею; но адресован королеве. Так что, думаю, он может быть только от Мустафы-Бея.

Она пригляделась к печати на сургуче, сравнив её с отпечатком его кольца на своём пропуске. И да, они были идентичны: две изящно сплетенные арабские буквы.

–Такая же, да?

–Да. Чтобы его вскрыть, придётся сломать печать; но, видимо, так и задумано. Жаль. Над ней основательно потрудились…

Автобус полз по пробкам в окружении плотного потока транспорта. Сломав печать и раскрошив сургуч, Лира увидела, что та скрывала завязанный на верёвке сложный узел. Пока она ослабляла ногтями одну петлю за другой, Ионидес вёл наблюдение за улицей, за всеми, кто входит в салон, за соседними зданиями и за тем, насколько успешно Лира продвигается к цели.

–Может, разрезать?—сказал он наконец.

–Нет. Уже почти всё. Вдруг понадобится верёвка.

–Малкольм бы тоже её прибрал,—сказала Аста.

Лира распутала последнюю петлю, сняла верёвку и, сложив, спрятала в карман блузки. Затем развернула коричневую бумагу и обнаружила внутри другой пакет, с другим адресом: Алеппо, кафе «Марлетто», Мустафе-Бею для мисс Лиры Сильвертонг.