— Класс, внимание, — сказала учительница. — С сегодняшнего дня у нас новый ученик. Он перевёлся из частной школы в Киото. Рэн Кудзэ.

Кудзэ.

Значит, фамилию он решил выбрать другую. Или это тоже было правдой.

Айко смотрела в тетрадь, но чувствовала его присутствие физически. Как прохладный воздух из приоткрытой двери. Как взгляд, которого не видишь, но знаешь, что он есть.

— Представься, пожалуйста, — сказала госпожа Кавасаки.

Рэн вышел к доске.

— Рэн Кудзэ, — произнёс он ровно. — Прошу отнестись ко мне с терпением.

По классу прошёл тихий смешок. Не насмешливый — скорее смущённый. Слишком официальная фраза. Слишком спокойный голос. Слишком красивое лицо.

Рина наклонилась к Маю и шепнула:

— У него голос как у актёра.

Айко услышала, хотя не хотела.

Госпожа Кавасаки улыбнулась.

— Рэн будет учиться с нами до конца года. Надеюсь, вы поможете ему освоиться. Свободное место…

Она оглядела класс.

Айко перестала дышать. Свободное место было только одно. Позади неё.

Сота, сидевший сбоку, понял это одновременно с ней и едва заметно поднял брови.

— Садись за Моритой, — сказала учительница. — Айко, если у Кудзэ возникнут вопросы по расписанию, помоги ему.

Это было настолько несправедливо, что Айко захотелось рассмеяться.

Рэн не изменился в лице.

— Хорошо, — сказал он.

Он прошёл между партами. Девочки провожали его взглядами. Кто-то тихо задел пенал, и тот упал на пол. Рэн поднял его по пути, положил на край парты владелицы и даже не посмотрел, как та покраснела.

Когда он сел позади Айко, воздух изменился. Нет, ничего сверхъестественного не произошло. Фонари не вспыхнули. Красные нити не проявились. Каменные лисы не появились под партами. Просто Айко вдруг стала слишком ясно слышать, как он отодвинул стул, положил сумку, раскрыл тетрадь.

Она смотрела прямо перед собой.

На доску. На дату. На собственную ручку.

Только бы не обернуться.

Госпожа Кавасаки начала урок. Первые десять минут Айко честно пыталась слушать. Потом ей на парту упал маленький сложенный листок.

Она замерла.

Сота сидел сбоку и смотрел в учебник с таким невинным лицом, что сразу стало ясно: это не он.

Айко медленно развернула листок.

Почерк был ровный, тонкий, почти каллиграфический.

«Смотри на доску. Не на меня».

Айко сжала зубы, взяла ручку и написала ниже:

«Я и не смотрю».

Через несколько секунд листок вернулся.

«Ты слишком громко стараешься».

Она едва удержалась, чтобы не обернуться.

«Что это значит?»

Ответ:

«Ты напряжена. Это заметят».

Айко написала сильнее, чем собиралась:

«Тогда не садитесь за мной».

Листок исчез. Долго не возвращался. Она уже решила, что разговор окончен, когда бумага снова скользнула к её локтю.

«Меня посадили. Ты слышала».

Айко посмотрела на строчку, потом медленно написала:

«Вы могли отказаться».

Пауза.

«Я мог. Не захотел».

Вот теперь она обернулась. Всего на мгновение.

Рэн сидел за партой, опершись локтем о край стола. Лицо спокойное. Взгляд на доске. Будто это не он писал ей записки. Будто его вообще не интересовало, что у Айко сейчас внутри всё кипит.

— Морита, — позвала учительница.

Айко резко повернулась к доске.

— Да?

— Повтори последний вопрос.

Класс затих.

Сота опустил глаза, чтобы скрыть улыбку.

Айко почувствовала, как к лицу приливает жар. Она понятия не имела, о чём говорила госпожа Кавасаки.

Позади тихо шелестнула бумага. На край её парты скользнул листок.

«Третий абзац. Причина реформ».

Айко схватилась за подсказку, как за спасательный круг.

— Вы спросили, какие причины привели к реформам, — сказала она и открыла учебник на нужной странице. — Экономическое давление, внешняя политика и необходимость изменить систему управления.

Госпожа Кавасаки кивнула.

— Верно. В следующий раз слушай внимательнее.

— Да, сенсей.

Когда учительница отвернулась, Айко медленно выдохнула.

Сота наклонился к ней и прошептал:

— У тебя появился тайный помощник?

— Замолчи.

— Я ничего не сказал.

— Ты сказал лицом.

Он усмехнулся и вернулся к учебнику.

До конца урока Айко больше не оборачивалась. Рэн тоже не писал. Но его присутствие за спиной мешало сильнее любого разговора. Она ощущала его так, будто между ними действительно была натянута невидимая нить. Стоило ему пошевелиться и её внимание срывалось. Стоило ему перевернуть страницу — она сбивалась с мысли.

Когда прозвенел звонок, класс ожил мгновенно.

Рина и Маю почти сразу подошли к Рэна.

— Кудзэ-кун, тебе показать школу? — спросила Рина с улыбкой, которую обычно берегла для старшеклассников из спортивного клуба.

— Спасибо, — ответил Рэн. — Морита-сан уже назначили помочь мне.

Айко в этот момент как раз убирала учебник в сумку. Она подняла голову.

— Что?

Рэн посмотрел на неё совершенно невинно.

— Классный руководитель сказала, что ты поможешь с расписанием.

Рина перевела взгляд на Айко.

— Вы знакомы?

— Нет, — сказала Айко.

— С сегодняшнего дня, — сказал Рэн.

Они ответили почти одновременно.

Повисла пауза.

Сота отвернулся к окну и закашлялся, явно скрывая смех.

Айко медленно улыбнулась Рине.

— Я просто объясню ему, где кабинет химии.

— И библиотека, — добавил Рэн.

— И библиотека, — процедила Айко.

— И спортивный зал.

— Может, сразу экскурсию по городу?

— Если ты настаиваешь.

Рина посмотрела с интересом уже не на Рэна, а на Айко.

— Ладно. Тогда позже, Кудзэ-кун.

Она ушла, но оглянулась дважды.

Айко повернулась к Рэну.

— В коридор.

— Приказываешь?

— Пока прошу.

— Уже прогресс.

Она вышла из класса первой. Рэн последовал за ней. Сота хотел пойти за ними, но Айко бросила на него взгляд, и он поднял руки.

— Понял. Не вмешиваюсь. Но потом ты всё расскажешь.

— Не надейся.

— Я всегда надеюсь.

В коридоре было шумно. Ученики переходили из класса в класс, хлопали шкафчики, кто-то смеялся у лестницы, кто-то бежал, нарушая правила. Айко дошла до окна в конце коридора, где было чуть тише, и резко повернулась к Рэну.

— Что вы здесь делаете?

— Учусь.

— Не начинайте.

— Я отвечаю на вопрос.

— Вы вчера были в храме. Сражались с чем-то. У вас была рана. А сегодня вы спокойно приходите в мою школу как новенький ученик.

— Не совсем спокойно.

— Не издевайтесь.

— Я редко издеваюсь без причины.

Айко оглянулась. Рядом прошли две девочки, замедлили шаг, посмотрели на Рэна и зашептались. Он не обратил внимания.

— Почему именно моя школа? — спросила Айко тише.

— Потому что ты здесь.

— Это должно меня успокоить?

— Нет. Это должно объяснить.

— Ничего не объясняет.

Рэн посмотрел в окно. На дворе снова собирались тучи, хотя дождя пока не было.

— Печать связала нас. После пробуждения первые дни нестабильны. Если оставить тебя одну, ты можешь привлечь то, что не сумеешь увидеть до последней секунды.

— То есть вы пришли меня охранять?

— Следить.

— Огромная разница.

— Для меня — да.

Айко скрестила руки на груди.

— А если я не хочу, чтобы за мной следили?

— Тогда тебе придётся быстро научиться защищаться.

— Отлично. Научите.

Он посмотрел на неё так, будто она сказала что-то невозможное.

— Нет.

— Почему?

— Ты человек.

— Я заметила.

— Человеческое тело плохо переносит силу нашего мира.

— Вчера моё человеческое тело отлично выдержало падение в лужу, тень у дверей и вашу грубость.

— Последнее особенно опасно.

Айко неожиданно фыркнула. Она тут же отвернулась, потому что улыбаться ему не собиралась. Рэн заметил, и в его взгляде мелькнуло что-то едва заметное. Почти интерес.