Обед — ресторан у воды, пустой зал и только четыре человека за столом. Один из них тот самый европеец — Бауэр. Симпсон прислал имя. Я стою за спиной Саида.

Разговор деловой, тихий. Но кое-что доплывает сквозь шум ресторана. «…контейнер под двойным кодом…», «…Оффенбахер заберет ключи в порту…», «…синхронизация с таможней от момента передачи ключей — 72 часа…».

Это то, что мне нужно. Отлично.

Возвращаемся в клуб.

— Джеймс, на сегодня все. Спасибо.

Киваю. Ухожу. Дома — тишина. Окна пятого этажа темные. Значит — точно с ним.

«Исключительно рабочая информация о ближнем круге объекта».

Сажусь за ноутбук. Открываю файл. Смотрю на экран. Закрываю. Встаю. Иду на кухню — щелкаю чайник, жду пока закипит, завариваю чай. Делаю глоток. Выливаю — не вкусно. Возвращаюсь к столу. Снова сажусь. Открываю ноут. Закрываю ноут. Встаю. Беру пиджак.

«В квартире очень душно».

Кондиционер работает исправно, температура нормальная, но все равно — душно.

Выхожу.

Дубай ночью живет. Набережная, огни, люди которым есть куда идти. Я иду без направления — просто по кварталу, медленно, руки в карманах.

Думаю о Стамбуле. О Бауэре. О том что следующий шаг — точно там.

Не думаю о приватном ужине.

Прохожу квартал. Возвращаюсь к дому. Прохожу снова. Возвращаюсь. И еще раз. И опять…

Это называется прогулка.

Обычная вечерняя прогулка.

Глава 9

Жюльетт. Дубай. День четвертый. Вечер.

Саид ждет меня в небольшой гостиной за кабинетом. Я тут уже бывала. Стол, стулья, диванчики, настоящий виниловый проигрыватель. На столе — свечи, накрыто на двоих.

«Свечи? Интересненько».

Еда хорошая, разговор тоже. С Саидом приятно общаться. Он умеет разговорить собеседника, сделать так, что человек чувствует себя умным, глубоким, интересным.

— Через несколько дней еду в Стамбул, — говорит он вдруг как будто между делом. — Дня четыре. Дела.

Я поднимаю взгляд. Стамбул. Моро говорил про турецкий канал. Перевалка, точки сбора, имена в реестре. Все упирается в Стамбул. Саид едет за ключами или встречает куратора. Я должна быть рядом — чтобы видеть маршруты. Запомнить лица. Зафиксировать геометрию встреч. Если я останусь в Дубае — задание слепнет.

— Никогда не была в Стамбуле, mon chéri, — выдаю одну из своих лучших улыбок. — А мне всегда так хотелось… Босфор… Чайки… Айя-София…

Саид щурится. Пытается понять, что именно я имею в виду?

Протягиваю руку, кладу на его локоть. Смотрит, улыбается в ответ.

— Ну что ж… можно было бы устроить, — голос чуть теплее обычного.

— О, правда? Боже, это было бы чудесно!

— Пока я занят делами, ты могла бы посмотреть город, да? Такая чудесная крошка заслуживает немного развлечений.

Я прикусываю губу. Знаю, что выгляжу сейчас очень сексуально. Пухлые алые губки, отражение свечей в глазах, открытое платье. Все мужчины считывают такие знаки.

«Его глаза потемнели. Дыхание участилось. Клюнул».

Только вот… Еще несколько дней назад я была готова к такому повороту. Мы сближались — медленно, но неукоснительно. Я дразнила его. Я флиртовала. И понимала, что, если будет нужно — я с ним пересплю. Без особых проблем. Он не урод, отвращения не вызывает. Так что, если нужно — сделаю.

А сейчас…

'

Merdе!*'.

Сейчас я сижу и понимаю, что будет… с проблемами.

Потому что… потому что теперь этажом выше живет… не тупой мужлан… а красивый мужчина, который умеет слушать, смотреть и читать Грэма Грина… И я думала о нем весь этот вечер за этим столом, при этих свечах. Не о задании, не о Саиде, а… о том, как вчера он просто встал и ушел.

«Ты профессионал, крошка, возьми себя в руки сейчас же!».

— Ты где-то далеко, — голос Саида выдергивает из глупых девчачьих мыслей о руках, плечах и серых глазах.

— Думаю о Стамбуле, — прочищаю горло. — Спасибо, — руку к сердцу. — Правда, — еще одна ослепительная улыбка. — Это будет восхитительно! — игриво, с хрипотцой.

Его глаза темнеют еще больше. Поднимает руку, поправляет галстук, который не нуждается в поправках.

— Обещаю… тебе будет очень хорошо, — говорит наконец голосом на пару тонов ниже обычного.

Такси останавливается у дома в половине двенадцатого. Я выхожу, расплачиваюсь, закрываю дверь. Стою секунду. Дубайская ночь теплая, темная. Глубоко вздыхаю и иду к дому.

Он.

Стоит у входа. Рубашка, джинсы, руки в карманах. Смотрит на меня. Я смотрю на него.

«Ну какой же ходячий секс, а?».

«Прекрати пялиться на его губы».

«Иди уже домой Жюльетт!».

Выдыхаю. Надеваю на лицо нейтральную улыбку.

— Гулял, darling? — спрашиваю.

— Да.

— Поздновато для прогулки.

— Душно было.

Я таращу глаза. Душно? Дом оборудован общей системой кондиционирования. Если было бы душно все соседи уже на ушах бы стояли.

«Он что меня ждал?»

В животе что-то ухает.

«Глупости!».

Отпускаю глаза, открываю сумочку.

— Понятно, — ищу в сумке ключи. Нахожу. Поднимаю взгляд. — Ну… я пошла?

— Да я… тоже. Домой, — кивок в сторону входа. — Нагулялся.

— Тогда идем?

Лифт. Едем. Молчим. Он стоит чуть сзади и слева. И я как будто чувствую его присутствие физически. Затылком. Спиной. Всем телом.

«Прекращай!».

Не прекращается. Хуже того. Прилетают мысли о Саиде и его обещании, что «мне будет очень хорошо». На секунду представлю это «хорошо». Еле сдерживаю дрожь.

'

Merdе!'.

Дзыньк. Пятый этаж. Я делаю шаг, потом оборачиваюсь. Смотрит вопросительно.

— Едешь в Стамбул? — вылетает из меня.

Секунда.

— Да.

— Это будет восхитительно, — улыбаюсь я.

Двери закрываются.

Захожу в квартиру, плюхаюсь в кресло у окна.

«Такс. Значит Стамбул. Саид, я, Джеймс. Один город. Один отель».

Саид думает одно. Моро ждет другого. Джеймс — не знает ничего и все равно присутствует в каждой моей мысли последние три дня как незваный гость, которого почему-то не хочется выгонять.

Встаю, иду на кухню, щелкаю кнопку чайника.

«Вот же зараза какая сероглазая!».

Стою. Смотрю на чайник.

«Тебе будет очень хорошо».

Чайник закипает.

— Смогу, — говорю чайнику. — Если придется, я смогу. Веришь?

Чайник делает буль-буль.

— Наверное смогу, — поправляю тихо.

Merdе!* — дерьмо

Глава 10

Джеймс. Стамбул. День первый.

Стамбул с воздуха — мосты, вода, минареты.

День с Саидом — встречи, лица, рукопожатия. Я рядом, я слушаю, я запоминаю. Детали потом, ночью, Симпсону. Одно слово зацепил — важное, нужное. Этого достаточно.

К восьми вечера — свободен. Отель хороший. Вид на Босфор, мрамор в лобби, бар справа от входа — низкие диваны, теплый свет, негромкая музыка.

«Пропустить по стаканчику».

Захожу и вижу. Сидит у стойки на высоком табурете. Темное платье, волосы уложены, бокал красного в руке. Смотрит за окно — на берег, который светится напротив.

«Уйти? А почему собственно?».

Прохожу, сажусь рядом.

— Как день? — спрашивает она в сторону окна.

— Продуктивно.

— У меня тоже, — делает глоток, ставит бокал. — Город красивый.

— Ты была на набережной?

— Утром, — наконец поворачивается. Смотрит на меня. — Ты бегал.

— Да.

— Видела, — улыбается. — Ты бегаешь быстро.

Бармен ставит передо мной виски. Я смотрю на бокал. Потом на нее.

— Ты заказала мне виски.

— Ты зашел в бар как человек, которому нужно выпить.

Мы пьем. Говорим — ни о чем и обо всем, как бывает, когда людям хорошо рядом. Когда не нужно объяснять кто ты, зачем ты здесь. Она рассказывает про Айя-Софию — с настоящим туристическим восторгом. Но я вдруг отмечаю, что периодически ее взгляд скользит к выходу, потом к окну, потом ко мне.

«Три точки: маршрут, выход, зеркало».