— А если алтарь ненастоящий? — спросила Кара, стараясь сохранять равнодушие в голосе.

Филит как-то пересказал ей историю, услышанную от своего отца-старейшины. Сто тридцать поддельных Куполов построили альфары-победители по всему миру, чтобы спрятать среди них настоящие. И это не считая тех алтарей, что возвели сектанты-фанатики, которые подражали мортам. Боевых алтарей, построенных самими мортами, было куда меньше. Фальшивые алтари понадобились потому, что не все каменные Куполы Растерзателя удалось уничтожить. Поэтому альфары закопали настоящие и поддельные алтари, насыпав над ними одинаковые курганы, изменив вокруг ландшафт и засекретив информацию о их местоположении. Казалось логичным, что никто не стал бы строить тюрьмы-деревни мортов там, где когда-то находился главный источник их силы. Но иногда очевидное оказывалось правдой-перевертышем.

— Овражий Гар — последняя тюрьма-деревня, основанная Орденом Сантаны всего пятьдесят лет назад, — ответил Асхар. — Я знаю, что мы не ошиблись. Как только мы раскопаем алтарь и «накормим» его, многое начнет меняться.

— Мне не нужна магия мортов, — прошептала Кара, внутренне содрогнувшись от небрежно брошенного слова «накормим».

— А как же твой больной друг Карп? — ехидно спросил он. — Ни один врач в мире не сможет вылечить ему голову, но морты, обладающие силой Растерзателя, даруют ему вторую жизнь.

Кара промолчала, так как знала о какой второй жизни шла речь. Называлась эта магия некромантией. Смерть — лекарство от всех болезней, с этим даже не поспоришь. А Стафия, определенно, слишком много болтала.

— Наверное, уже весь поселок помогает откапывать купол, — предположила Кара. — Скажи честно, зачем тебе я? Лопату я, конечно, держать умею, но какой-нибудь Филит будет в разы полезнее.

— Филит с нами, тут ты права. Но, видишь ли, морты из Овражьего Гара ничем не отличаются от других мортов, разбросанных по тюрьмам Альфарского Королевства. Их сила пробудится, когда мы откопаем алтари. Но есть морты иного толка. Ты, я, может, твой дед, хотя в нем я не уверен.

Он замолчал, и Кара в ужасе уставилась на арбалет, вновь появившийся в руках Асхара.

— Скажи, где именно в Овражьем Гаре мы раскапываем старый алтарь, — вкрадчиво попросил морт.

— Откуда мне знать, — нервно буркнула Кара, с трудом удерживая себя на месте.

Болт воткнулась в сантиметре от ее пятки, Асхар же ловко перезарядил арбалет.

— В следующий раз я прострелю тебе ногу, болт сломает кость, и бежать в Имаргон будет сложнее. Где находится Купол Овражьего Гара? Говори!

Кара ни секунды не сомневалась, что он в нее выстрелит, поэтому выпалила первое, что пришло в голову.

— Под мельницей старого Рольда.

— Молодец, девочка, я в тебе не сомневался.

Асхар опустил арбалет и поглядел на солнце, которое едва заметно клонилось к горизонту.

— Времени мало, как бы твой дед не явился тебя искать, — вздохнул он. — Итак, последнее, что я должен сказать, и о чем ты должна хорошенько подумать до нашей следующей встречи. Есть кое-что в твоем прошлом, Кара, что меня тревожит.

Кара тоже считала время, поэтому решила не перебивать. Кажется, ее сегодня отпустят. Следовало не оттягивать этот момент.

— Твой старик сказал, что нашел тебя в корзине в траве на перекрестке, когда бродяжничал по королевству, но у меня другие сведения. Ягар не просто бродяжничал. Его след затесался в истории Секты Красных Воронов, которые двадцать лет назад держали в страхе весь Имаргон. Считается, что это было первым и последним восстанием мортов. А продержались они так долго потому, что у них имелся покровитель из королевской семьи. Тайный, разумеется. Король тогда дружил с Торговой Гильдией, недолюбливал Орден Сантаны и хотел его ослабить. Потом, как известно, король умер, и расстановка сил поменялась. Наша новая королева любит рыцарей, не дружит с Гильдией, соответственно, всех сектантов погнали поганой метлой, а беглых мортов казнили. Спаслись единицы, как твой Ягар, например.

Кара ничего не смыслила в политике, хотя о Секте Красных Воронов слышала. Рыцари Сантаны, приезжающие с проверками в деревню, зачитывали мортам отрывки с описанием жестоких казней, которым подвергли восставших Воронов. Каре потом в красках все пересказывала Стафия.

— Теперь о тебе, — продолжил Асхар. — Как и все морты, поверившие в колдовские книжки, которые читали в детстве, Красные Вороны мечтали возродить Растерзателя, чтобы вернуть себе возможность колдовать. Я думаю, что ты родилась на одном из их ритуалов. Король уже тогда умирал, морты-сектанты знали, что проигрывают, поэтому осмелели настолько, что похитили семью рыцарей Сантаны, которых принесли в жертву, пытаясь вызвать Растерзателя. На том ритуале убили не только рыцарей, но и простых жителей королевства. Среди них были беременные, и одна из женщин родила перед смертью под ножом жреца. В этой части рассказа информаторы обычно несут бред. Их послушать, так живот у этой женщины надулся прямо на алтаре, после чего родилась ты. Скорее всего, она уже была беременна, в темноте просто никто не заметил. Ритуал не закончили, сектантов разгромили взбешенные рыцари Сантаны, которые искали своих. Убили всех мортов, но некоторым удалось бежать.

— Нет никакой связи со мной, — сердито ответила Кара, не сдержавшись.

— Ну, как же… Твой старик был одним из тех сектантов. Последний Красный Ворон. Он сбежал и забрал младенца с собой. Не знаю, что у него тогда было в голове, но, похоже, он думает, что растит дочь Растерзателя.

Асхар наклонился и прошептал:

— И мне кажется, я с ним согласен.

Так как Кара ошарашенно молчала, морт продолжил.

— Таких, как Ягар, остались единицы. Не удивлюсь, если он жил во времена Каменной войны. А теперь слушай внимательно. Я приду сюда через день. И ты тоже. Мне мало одного купола. Нужно больше. У нас есть сведения, что на Лысой сопке, — Асхар махнул за свое плечо, — закопаны, как минимум, три боевых алтаря. Найди их. Ты лучше других мортов ориентируешься в Тихом лесу.

— И что потом?

— Хочешь сделку? — усмехнулся Асхар.

— Я все равно сбегу в Имаргон.

— Дело твое. Только когда мы найдем куполы и «накормим» их, может получиться так, что тебе не захочется в Имаргон. Ведь, может, ты и правда дочь Растерзателя.

Асхар поднялся, Кара следом.

— Держи.

Морт вытащил что-то из своего кармана, и к ногам Кары упал сверток, замотанный в тряпицу.

— Это книга с нашими ритуалами. Прочитай. Кровь подскажет, что к чему, а все, что не поймешь, я объясню. До встречи, Кара. Уверен, ты будешь ждать ее с нетерпением.

И хотя солнце, действительно, садилось, а дед мог ее искать, Кара еще долго смотрела вслед морту, но думала не о книге и не об алтарях смерти.

В память врезались слова Асхара про секту Красных Воронов. Собственное происхождение волновало Кару куда меньше того факта, что именно эта секта зарезала родителей Лэйна Гильяхора, раненого рыцаря, который лежал у нее дома в подвале и утром сам рассказал ей об этом. Могло оказаться, что именно на том ритуале, во время которого она родилась, и убили его родителей. Тогда их судьбы оказывались сплетены куда более изощренным образом, чем обоим бы хотелось.

Вечером того же дня, ужиная с дедом, Кара пожалела, что поверила в рассказ незнакомца. Может, морты и поднимали восстание, может, и раскапывали что-то в Овражьем Гаре — ее не касалось. Но по какой-то причине она понадобилась Асхару, и он придумал историю о кровавом рождении Кары на алтаре Красных Воронов. У деда Ягара в прошлом скрывалось много тайн, но он ни разу не дал знать, что считал свою внучку особенной — избранной, наделенной магией или дочерью Растерзателя. А насочинять с три короба она и сама умела.

Ягар оставался трезвым уже несколько дней подряд, и вот то было настоящим чудом.

— Помнишь, чарусу за старыми дубами? — спросил дед и протянул ей миску за еще одной порцией каши. Чарусой он называл цветущее болото. Кара, конечно, помнила то место. Вроде и от Лысой сопки далеко, но до чего же странное. Даже в ноябре болото периодически покрывалось цветами — крупными, сладко пахнущими, яркими. И без напоминаний Ягара Кара никогда к ним не подходила, до того опасными они казались.