— Нет! — тут же реагирует Зульфия Мехметовна. Зло смотрит на меня. Остальные сотрудники тут же затихают, все смотрят на меня. — Это плохая идея, Саяна! Тебе нужно больше времени уделять работе, а не личным делам. Тогда ты будешь знать, что именно нужно для успешной коллекции!

Глава 29. Саяна

Еще вчера мне казалось, что моя в моей жизни началась светлая полоса. Работа по душе, Рамиль...

Но сегодняшний день показал, что Зульфия Мехметовна совсем не рада моим зарождающимся отношениям с Рамилем.

Еду домой в автобусе. Перед глазами стоит хмурое лицо руководительницы, ее слова о том, что я разведенная женщина с двумя детьми. И совсем не подхожу ее сыну.

Телефон звонит. Рамиль.

Я сбрасываю звонок, не понимая, что мне делать дальше. Жаловаться ему на Зульфию Мехметовну? Я совсем не хочу вставать между матерью и сыном.

Выхожу на своей остановке. На улице стемнело. Влюбленные парочки неспешно идут по тротуару.

Только я, видимо, буду до конца жизни вот так одиноко брести. Потому что всегда найдется тот, кто вставит спицу в колесо моей жизни.

Подхожу к подъезду и вижу машину Рамиля.

— Мне кажется или ты избегаешь меня? — он выходит из автомобиля навстречу мне.

— Кажется... — говорю тихо.

— Тогда почему не отвечаешь на звонки? Я хотел забрать тебя сегодня, — Рамиль внимательно всматривается в мое лицо. — Саяна, я знаю, что тебе могла наговорить моя мать. Потому что она уже успела позвонить мне.

— Да, Зульфия Мехметовна каким-то образом узнала о том, что ты подвез меня с утра... Рамиль, я не хочу вставать между вами, — тщательно подбираю слова.

— Саяна, моя мать большую часть жизни провела на руководящей должности. Она привыкла, что все должно быть по ее указке. Не обращай внимания, — лицо Рамиля напряженное. Уверена, что у него состоялся неприятный разговор с Зульфией Мехметовной.

— Она думает, что ты женишься на Аише, — я всматриваюсь в его лицо. Пытаюсь найти сомнения. Но их нет. Взгляд Рамиля — честный.

— Буквально сегодня я говорил своей матери, что у меня с Аишей ничего и никогда не будет. Это просто невозможно! Но есть люди, которых сложно переубедить. Моей матери нужно время, чтобы принять ситуацию. Саяна, я объяснил ей, что у меня серьезные намерения по отношению к тебе.

Я представила лицо Зульфии Мехметовны в тот моменты, когда Рамиль говорил ей эти слова. И неприятный озноб стек по позвоночнику.

— Твоя мать против того, чтобы ты встречался с разведенной женщиной, у которой двое детей, — произношу эти слова и ловлю себя на мысли, что отчасти где-то в подсознании понимаю руководительницу. Для которой лучшая невестка — та, которую она выбрала сама.

— Саяна, — Рамиль берет меня за руки, — послушай меня внимательно. Я взрослый мужчина, который может сам решать, с кем встречаться.

— Но семья для тебя важна, — возражаю я. — Ты сам говорил об этом. Она — твоя мать.

— Важна, — кивает он. — Но не важнее моего счастья. Я вообще не вижу проблемы в том, что считает моя мать, которая думает только о том, как бы поскорее женить меня на Аише.

— Рамиль, а что если твоя мать права? — вырывается у меня. — Что если я действительно не подхожу тебе? У меня столько багажа...

— Какого багажа? — его голос становится жестче. — Детей? Саяна, твои дети — это не багаж. Это часть тебя, которую я готов принять и полюбить.

— А развод? Неудачный брак?

— Это твое прошлое, — отвечает он твердо. — У каждого есть прошлое. Важно только то, что происходит сейчас, между нами.

Молчу, обдумывая его слова. Хочется поверить, но страшно.

— Саяна, — продолжает Рамиль, — я понимаю, что моя мать напугала тебя. Но дай мне шанс доказать, что мои чувства настоящие.

— А если она права насчет работы? — спрашиваю я тихо. — Если наши отношения не сложатся, я потеряю место?

Рамиль хмурится.

— Во-первых, наши отношения сложатся. Во-вторых, твоя работа никак не связана с нашими личными отношениями. Ты талантливый дизайнер, и это единственное, что имеет значение.

Смотрю в его глаза и вижу решимость. И понимаю — он действительно готов бороться за наши отношения.

— Рамиль, мне нужно время, — говорю я наконец. — Чтобы все обдумать.

— Сколько угодно, — кивает он. — Но знай — я никуда не денусь. И мои чувства не изменятся.

Мы прощаемся достаточно сухо. Потому что Рамиль обеспокоен. А я не знаю, что мне делать дальше.

Следующий день на работе показывает, что Зульфия Мехметовна решительно стоит на своем. Потому что она разговаривает со мной сухо и с пренебрежением.

И если бы дело касалось только ее эмоционального состояния, то я выстояла. Но Зульфия Мехметовна бракует новые эскизы, которые еще недавно ей нравились. Заставляет все переделывать.

— Эта линия слишком грубая, — говорит она холодно, указывая на эскиз платья, который позавчера называла "изящным и женственным". — А этот цвет совершенно не подходит для наших покупательниц.

— Но на днях вы говорили... — начинаю я.

— Тогда я была невнимательна, — обрывает она меня. — Сегодня я смотрю более критично. Переделывайте, Саяна!

Третий эскиз из серии, над которой я работала всю неделю, тоже отправляется в корзину.

— Слишком вычурно. Наши клиентки не носят такие наряды.

— Зульфия Мехметовна, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие, — может быть, вы объясните, что именно вас не устраивает? Чтобы я могла внести правильные коррективы.

— Меня не устраивает общая концепция, — отвечает она, даже не поднимая глаз от бумаг. — Начинайте сначала.

Сначала. Неделя работы — насмарку.

К обеду ситуация становится еще хуже. Зульфия Мехметовна вызывает меня в кабинет и кладет на стол папку с моими старыми работами.

— Саяна, я пересмотрела ваши предыдущие проекты. Многие из них требуют доработки.

— Но эти модели уже запущены в производство, — удивляюсь я. — Они пользуются спросом.

— Тем не менее, качество оставляет желать лучшего, — холодно отвечает она. — Я хочу, чтобы вы пересмотрели свой подход к работе. Возможно, стоит больше времени уделять профессиональному развитию, а не... другим вещам.

Намек более чем прозрачен. Я чувствую, как вспыхиваю от унижения.

— Зульфия Мехметовна, — говорю я тихо, — если у вас есть претензии к моей работе, давайте обсудим их конкретно. А мою личную жизнь оставьте в покое.

— Личная жизнь влияет на работу, — парирует она. — Особенно когда она отвлекает от профессиональных обязанностей.

В этот момент я понимаю — она не остановится. Будет придираться к каждой мелочи, браковать любую работу, создавать невыносимые условия. До тех пор, пока я не сдамся и не уйду сама.

— Понятно, — говорю я, вставая. — Тогда я переделаю все, что требуется.

— Вот и хорошо, — кивает она с холодной улыбкой. — Надеюсь, вы поймете, что к чему.

Выхожу из кабинета с тяжелым сердцем. В коридоре встречаю сочувствующие взгляды коллег — видимо, все понимают, что происходит.

Сажусь за стол и смотрю на чистый лист бумаги. Начинать сначала. Опять.

Я пишу заявление об уходе.

Глава 30. Саяна

— Что это? — Зульфия Мехметовна холодно смотрит на мое заявление, которое я положила ей на стол.

— Подпишите, — сухо произношу.

— Давишь на жалость, Саяна? А потом пожалуешься Рамилю? — усмехнулась руководительница и с горечью посмотрела на меня. — Я была о тебе лучшего мнения.

— Зульфия Мехметовна, — говорю я, глядя ей прямо в глаза, — я не собираюсь никому жаловаться. И не давлю на жалость. Просто понимаю, что в сложившейся ситуации лучше уйти.

— Вот как? — она откидывается на спинку кресла. — И что ты скажешь моему сыну?

— Правду.

— Правду, которая выгодна тебе?

— Правду о том, что мы больше не сможем работать вместе, — честно говорю я.

Понимаю, что мне придется нелегко. Нужно сочно искать новую работу. У меня двое детей. Скоро школа, детский сад. Хорошо, что родители помогают.