— Саяна, — говорит он, слегка кивая. — Садись. Нам нужно поговорить. Мы подвезем тебя на работу.

Понимаю, что убегать нет смысла.

Усаживаюсь рядом с Раймазом. Молчу и жду, когда он объявит, для чего приехал. С Раймазом нет смысла в длинных приветственных речах. Он не любит фальшь и подхалимство.

— Вчера Мурат женился, — без предисловий произносит Раймаз, как только автомобиль отъехал от моего подъезда.

Новость неприятно кольнула в сердце. Но я только сильнее выпрямила спину.

— Мне нужно поздравить его? — повернула голову в сторону Раймаза.

Тот едва усмехнулся, а потом откашлялся.

— Ведь ты не глупая девочка. Могла бы удержать его. Я до последнего был уверен, что склонишь голову, — он смотрит на меня задумчиво. Но в словах Раймаза нет осуждения. Кажется, что он даже удивлен моей стойкости.

— Склонить голову? — повторяю я его слова, не скрывая горечи. — Перед Муратом?

Раймаз молчит, внимательно изучая мое лицо.

— Я думал, ты будешь бороться за семью, — говорит он наконец. — Как это делают многие женщины.

— А как именно должна была я бороться? — спрашиваю я, поворачиваясь к нему всем корпусом. — Закрывать глаза на измены? Терпеть унижения? Делать вид, что ничего не происходит?

— Ты могла найти способ вернуть его, — отвечает Раймаз спокойно. — Женщина должна уметь удерживать мужчину.

— Зачем? — я не могу поверить в то, что слышу. — Раймаз, при всем уважением к вам, но я не собака на цепи. И не собираюсь бегать за мужчиной, который сам выбрал другую.

Он усмехается:

— Гордость — плохой советчик, Саяна. Особенно для женщины с двумя детьми.

— Может быть, — соглашаюсь я. — Но самоуважение — хороший. И я не собираюсь от него отказываться.

— Самоуважение не накормит детей, — замечает он жестко.

— Мои дети не голодают, — отвечаю я. — У меня есть работа, есть руки, есть голова на плечах.

Раймаз качает головой:

— Саяна, ты упрямая. Но жизнь научит тебя гибкости.

— Возможно, — киваю я. — Но пока что жизнь научила меня не зависеть от мужчин, которые считают измены нормой.

Он замолкает на несколько минут, глядя в окно. Потом поворачивается ко мне:

— Эта девка... — Раймаз снова откашливается, как будто имя Айзы царапает ему горло. — Она беременна, — последнюю фразу он буквально выплюнул.

— Разве вы не рады? — слышу, что бывший свекор точно не парит от счастья.

— У меня есть законные внуки. Мне их хватает, — он внимательно смотрит нам меня.

— Поэтому вы лишили своих внуков бизнеса?

— Я же сказал, что твой сын станет наследником. Рустама я не оставлю. А видя как мой сын все глубже закапывает себя, понимаю, что нужно переделать завещание, — пробурчал старик.

Но я точно знала, что Мурата он любит. И никакие новые браки и жены не заставят Раймаза изменить завещание. Должно произойти что-то из разряда вон выходящее, чтобы мой бывший свекор оставил единственного сына ни с чем.

— Как дети? — внезапно спросил он. Его голос сразу потеплел.

— Все хорошо.

— Мурат навещает их? — пристально посмотрел мне в глаза. — Хотя зачем я это спрашиваю, ведь мне известно, что нет... Саяна, привези Малику и Рустама на выходные. Обещаю, что Мурата не будет... Соскучился.

Последние слова Раймаза произнесены устало. Как будто он потерял всякий интерес к жизни.

Единственное мое желание — отказать. Но с Раймазом шутки плохи.

Мой бывший свекор в гневе страшен. И если я лишу его редкого свидания с внуками, он превратит мою жизнь в ад.

— Хорошо, — соглашаюсь я, когда машина останавливается напротив проходной на швейное производство.

— Саяна... — хриплый голос Раймаза прозвенел на весь салон автомобиля. Моя рука уже лежит на ручке дверцы. Хочу поскорее выбраться из этой удушающей машины. — Как у тебя дела на новой работе? Не обижают?

Смотрю в карие глаза Раймаза под нависшими веками. Он привык вот так проявлять заботу — решать проблемы других.

Уверена, что если бы кто-то посмел обидеть меня или его внуков, он тут же принял меры.

Но когда дело касается собственного бизнеса, Раймаз беспощаден.

— Не обижают, — спокойно ответила и открыла дверцу автомобиля.

— Деньги нужны? — новый вопрос Раймаза заставил снова остановиться.

— Нет, — оборачиваюсь и нацепляю фальшивую улыбку.

Глава 26. Саяна

Новая коллекция получилась великолепной. Первую партию быстро скупили. Поэтому на фабрику поступило много заявок. Производство работает бесперебойно.

— Саяна, у тебя настоящий дар, — Зульфия Мехметовна меня постоянно хвалит.

А я чувствую, что вот оно — мое призвание. Кажется, что я нашла себя.

Весь день на работе проходит быстро. Многие сотрудники радуются тому, что фабрика работает, а заказы прибавляются. Зульфия Мехметовна уже пообещала всем прибавление зарплаты.

После работы испытываю приятную усталость. Я нарисовала новые эскизы. Творческая энергия бурлит внутри.

Собираю свои вещи, прощаюсь с коллегами и выхожу на улицу. Вечерний воздух прохладен, но приятен. Иду к автобусной остановке, мысленно планируя ужин для детей, когда слышу знакомый голос.

— Саяна! — оборачиваюсь и вижу Рамиля. Он стоит возле своей машины, а на его лице — обворожительная улыбка.

— Рамиль, — киваю я. — Что вы здесь делаете?

— Ждал вас, — отвечает он просто.

— Вот как... — чувствую, что краснею под его манящим взглядом.

— Может, подвезу? — предлагает он. — Все равно еду в вашу сторону.

Я колеблюсь. С одной стороны, это было бы удобно. Я сильно устала.

Постоянно избегать его — выше моих сил.

— Хорошо, — произношу тихо, словно завороженная его взглядом.

Вижу, как улыбка Рамиля становится еще шире. Она обольстительная и опасная. Но я уже не думаю об этом. Потому что усаживаюсь в салон его автомобиля.

— Почему вы избегаете меня, Саяна? — прямо спрашивает Рамиль. Он неотрывно смотрит на дорогу. Бросает на меня лишь мимолетные обжигающие взгляды.

— Я вовсе не избегаю...

— Я неприятен вам? — теперь он отрывает взгляд от дороги, смотрит мне в глаза. Лицо Рамиля напряженное, серьезное.

— Нет, — отвечаю я быстро. — Совсем нет.

— Тогда в чем дело? — он снова переводит взгляд на дорогу, но я чувствую напряжение в его голосе.

Молчу несколько секунд, подбирая слова.

— Рамиль, я только недавно развелась. У меня двое детей, куча проблем...

— И что? — перебивает он. — Это означает, что вы должны запереться в четырех стенах?

— Это означает, что я не готова к... — останавливаюсь, не зная, как сформулировать.

— К чему? — его голос становится мягче. — К дружбе? К общению? Или к чему-то большему?

Последние слова заставляют мое сердце забиться быстрее.

Рамиль притормаживает у светофора и поворачивается ко мне.

— Саяна, я не прошу вас ни о чем. Не принуждаю. Просто... позвольте мне быть рядом. Как другу. Как человеку, который вас уважает.

— Только как другу? — спрашиваю я, глядя в его темные глаза.

— Если вы хотите — только как другу, — отвечает он. — Но если когда-нибудь захотите большего... я буду ждать.

— Рамиль, я никогда не буду третьей в отношениях. Поточу что для меня это скверно, табу. И никогда не перешагну через себя. Даже если мужчина мне сильно нравится. Я знаю, что скоро вы женитесь...

— Я? Женюсь? — он резко притормаживает у обочины. Поворачивается ко мне всем корпусом. В глазах Рамиля — напряжение, смешанное с непониманием. — Саяна, о чем вы говорите?

— О вашей невесте, — отвечаю я, стараясь сохранить спокойствие. — Об Аише.

Смотрю прямо в его карие глаза. В очередной раз отмечаю про себя, что у Рамиля есть эта мужская красота, брутальность, харизма.

Внезапно от его серьезности не остается и следа.

На губах Рамиля расплывается улыбка. А уже через секунду он хрипло смеется.

— Кто вам это сказал? — спрашивает он, продолжая хохотать.