— Выходной, — улыбается Рамиль.

— Тогда я поеду к детям.

Рамиль подвозит меня до дома. Я снова благодарю его и обещаю в ближайшее время дать ответ по поводу квартиры.

Она понравилась мне — вместительная, удобная. Именно то, что нужно. Но я не хочу быть зависимой от кого-то. Хотя понимаю, что иногда лучше принять помощь. Потому что предложение Рамиля — выгодное.

Направляюсь к дому. Слышу как машина Рамиля отъезжает.

Ищу ключи в сумочке. Чувствую, как надо мной нависает тень.

Резко вскидываю голову и вижу Мурата.

— Что ты здесь делаешь? — вырывается у меня от испуга.

— Саяна... — усмехается Мурат. — Это и мой дом тоже. Странно ты встречаешь мужа...

— Ты мне уже не муж!

— Развод еще не состоялся... Кто тебя подвозил? — Мурат смотрит в сторону, где еще недавно стояла машина Рамиля.

Сердце бешено колотится от неожиданности. Мурат стоит слишком близко, загораживая мне путь к двери. В его глазах читается что-то неприятное — смесь собственничества и подозрения.

— Это не твое дело, — отвечаю я, пытаясь обойти его, но он делает шаг в сторону, снова преграждая дорогу.

— Еще как мое, — его голос становится жестче. — Ты все еще моя жена. И мать моих детей. Имею право знать, с кем ты проводишь время.

— У тебя нет никаких прав! — вспыхиваю я.

Мурат наклоняется ближе, и я чувствую знакомый запах его парфюма, который раньше казался приятным, а теперь вызывает только отвращение.

— Саяна, не играй со мной, — шипит он. — Я видел, как ты выходила из дорогой машины. Кто этот мужчина?

— Коллега по работе, — коротко отвечаю я, наконец находя ключи. — Отойди, Мурат. Дети дома.

— Коллега? — он усмехается. — Какие у тебя богатые коллеги появились. Или ты уже нашла себе нового спонсора?

Эти слова бьют как пощечина. Я резко поворачиваюсь к нему:

— Как ты смеешь?!

— Ни одна порядочная восточная женщина не позволит подвозить ее чужим мужчинам! — его усмешка становится еще более противной.

— Скажи это своей любовнице! — парирую, не отвожу глаз.

— Не смей привозить в дом других мужчин, Саяна, — отвечает он с каменным лицом. — Я не позволю, чтобы рядом с моими детьми был кто-то...

— Зачем ты приехал, Мурат? — не спешу открывать входную дверь. Как будто боюсь, что Мурат войдет внутрь. Хотя у него, конечно же, есть на это полное право.

— За вещами, — отвечает резко, в глазах горит неприятный огонек. — Ты не ответила на вопрос, Саяна. Что у тебя с тем мужчиной?

Я чувствую, как руки начинают дрожать от злости. Ключи звенят в моих пальцах.

— Ничего! — выкрикиваю я, не сдерживаясь больше. — Абсолютно ничего! Но даже если бы было — это не твое дело!

Мурат делает еще один шаг ко мне, и я инстинктивно прижимаюсь спиной к двери. Его лицо искажается от ярости:

— Это мое дело, Саяна, — хрипло произносит он, нависает надо мной. — Я же знаю, что ты никогда не сможешь забыть меня.

Его палец касается моего подбородка, и меня буквально передергивает от отвращения. Я резко отшатываюсь, ударяясь затылком о дверь.

— Не смей ко мне прикасаться! — шиплю я, отталкивая его руку. — Ты не имеешь права! Или решил вернуться? — едко произношу.

Мурат усмехается.

— Я не меняю своих решений, Саяна, — произносит жестко. — Как только состоится развод, я женюсь... Айза беременна!

Глава 24. Саяна

Стою и смотрю, как Мурат мило прощается с детьми.

Несколько минут назад он зашел со мной в дом. Быстро собрал все необходимые вещи. При этом выглядел весьма бодро и уверенно. В его чемодан без сожаления летели рубашки, пиджаки и другие вещи.

Вижу, насколько сильно напряжены мои родители, когда Мурат где-то рядом.

И как счастливы наши дети видеть своего отца. Вот только они не знают, что несколькими минутами ранее Мурат сообщил мне о том, что Айза беременна. Эта новость шокирует, выбивает почву из под ног.

Стою в гостиной, сжав руки в кулаки, и наблюдаю эту идиллическую картину. Мурат сидит на корточках перед Маликой, поправляет ей косичку, а Рустам стоит рядом, рассказывая что-то про новый фильм, который только вышел в прокат. Обычная семейная сцена. Если бы не знать правды.

— Папа, а когда ты снова приедешь? — спрашивает Малика своим звонким голосом.

— Скоро, принцесса, — отвечает Мурат, целуя ее в лоб. — Папа всегда будет рядом.

Лжец. Какой же он лжец.

Мама стоит у окна, отвернувшись от этой сцены. Папа делает вид, что читает газету, но я вижу, как напряжены его плечи. Они чувствуют фальшь в каждом слове Мурата.

— Саяна, проводи меня... — он идет к выходу и говорит тихо, словно не хочет привлечь к себе внимания.

Я иду молча с ним к выходу. Готовлюсь к тому, что сейчас услышу очередную гадость.

— Ты же помнишь, что сегодня или завтра состоится наш развод, — произносит Мурат.

— Конечно, — зло отвечаю ему.

— И ты конечно понимаешь, что не можешь остаться в этом доме? — Мурат смотрит выжидательно.

— Как только дом будет продан, я получу свою часть денег, то перееду вместе с детьми!

— Куда? — тут же оживляется Мурат.

— Я это решу потом! Или ты решил поделиться со мной деньгами для того, чтобы я купила хорошее жилье? А может быть купишь мне и детям квартиру? — спрашиваю едко.

Мурат усмехается, и эта усмешка мне отвратительна:

— Саяна, ты же знаешь мое финансовое положение. Я всего лишь управляющий в компании отца. А теперь еще и Айза... — он многозначительно пожимает плечами. — Ребенок требует расходов.

— Понятно, — киваю я, чувствуя, как внутри все кипит от ярости. — Значит, на любовницу и ее ребенка деньги есть, а на собственных детей — нет?

— Не называй ее любовницей, — его голос становится жестким. — Айза станет моей женой.

— После того, как разведешься со мной, — констатирую я. — Как удобно все устроилось.

Мурат делает шаг ближе, и я невольно напрягаюсь:

— Саяна, я не хочу, чтобы между нами была вражда. У тебя есть работа, — говорит он равнодушно. — И родители помогут... Теперь, когда Айза беременна, нужно как можно скорее продать этот дом.

— Твоя любовница требует больших вложений? — скрещиваю руки на груди.

— Ты же видела ее, Саяна... — Мурат многозначительно выгибает бровь. — Такая женщина дорогого стоит... В прямом смысле.

— Очень надеюсь, что она оставит тебя без порток! — парирую решительно.

Восхваление его любовницы выводит из равновесия. Злость вскипает по жилам.

Мурат смеется, и этот смех звучит как издевательство.

— Ревнуешь, Саяна? — он наклоняет голову набок, изучая мое лицо. — Это даже мило.

— Ревную? — я не могу поверить его наглости. — К женщине, которая разрушила мою семью? Ты серьезно?

— Никто ничего не разрушал, — машет он рукой. — Просто жизнь идет своим чередом. Айза молода, красива... Наша с тобой жизнь превратилась в рутину. Скучно!

Эти слова бьют больнее пощечины. Годы брака, двое детей, бессонные ночи, когда болели малыши, поддержка его бизнеса — все это он называет скукой.

— Не принимай близко к сердцу, — он почти ласково касается моего плеча. — Ты хорошая мать, хорошая хозяйка. Просто мне нужно было что-то... другое.

— Уверена, что теперь тебе будет не до скуки, если останется время между подгузниками нового ребенка.

Мурат молчит, и я понимаю — он даже не думал об этом. Для него дети — это что-то абстрактное, что можно отложить на потом.

— Рад, что мы поняли друг друга по поводу скорой продажи дома, — он быстро меняет тему, смотрит на часы. А потом забирает свой чемодан и быстро уходит.

*****

На следующий день состоялся наш развод. Адвокат сообщил столь ожидаемую новость по телефону — сухо, деловито, словно речь шла о заключении обычного договора.

— Поздравляю, Саяна Рашидовна. Вы свободны.

Свободна. Я кладу трубку и сижу в тишине своего кабинета, прислушиваясь к тому, что происходит внутри. Ожидала ли я облегчения? Радости? Или, наоборот, горечи утраты?