— Так в итоге, кто ты? — прервала её занятие своим вопросом женщина с двумя лицами.

— А вы? Ваша внешность намного экзотичнее моей? Два лица, это...

— Не бери в голову. Всего лишь неправильно сработанный крадник на красоту.

— Но одна половина лица такая молодая, а вторая — ну...

— Так бывает, когда на сопернице стоит очень сложная защиты, а ты не подготовилась.

— Ну не скромничайте, Эленири, — вступил в разговор волколак, и дополнил, — так бывает, когда намерения не согласованы, и для кражи красоты не было дозволу. Не так ли?

— А вы много знаете, — саркастически заметила дама

— Не много. Так сколько вам лет? Девяноста? Какая часть вашего лица настоящая?

Женщина улыбнулась, но от этой улыбки стало жутко. Глаза её стали абсолютно прозрачными.

— Не сработает, Эленири, — сказал Тиар, пристально уставившись на женщину. — Перестаньте.

Вспышка гнева и ругань женщины стали неожиданным для всех. Она руками сбила со стола посуду и вышла из комнаты, проклиная всё, что попалось ей под ноги. Досталось даже стулу.

— Не обращайте внимание, — сказал мужчина, обращаясь к Нике, — она всегда так реагирует. Не смогла довести заклинание до конца, переоценила силы, вот и столкнулась с расплатой. Чтобы всегда смотреть на себя и помнить, что брать без разрешения нельзя...

— А вы? — поинтересовалась девушка.

— Я, позвольте представиться, Дирош Ситор.

— Приятно познакомиться. Ваши глаза волка...

— Тоже неудачное заклинание. Решил попробовать сменить форму, но не вышло. Застрял между омоформами разных тел. Но не полностью, ммм, частями, скажем так. Вашему вниманию достались только глаза.

— И как это лечат?

— Заклинанием. Когда поймут, какая часть ритуала пошла не по плану, тогда можно и повернуть ритуал вспять. Просто выполнять его надо в то же время, что и первоначальное. Скоро полнолуние. Буду пробовать.

— А если удастся?

— Стану опять полностью человеком.

— Надеюсь, больше не будешь самостоятельно исправлять ритуалы, Дирош? — вмешался в разговор Тиар.

— Лекарь Тиар, так исправлять будем или как? Долговато я в этой форме, — указал на всего себя Дирош.

— Хм, не переживай, скоро уже.

— Так и не переживаю. Покорно жду.

Завтрак подходил к концу. Уже все практически доели трапезу. За столом оставались только Ника и еще три человека.

— Ну ты все? — спросил юноша-иней.

— Да. А тарелки куда?

— Их уберут, — и уже обращаясь к Тиару, дополнил, — мы пойдём.

Юноша потащил Веронику в парк.

— Давай прогуляемся?

— В парке?

— Ага.

— Я думала позаниматься. Не терпится продолжить. Сегодня с ночи пробовала выполнять упражнения. Хотя...хорошо, давай. Только скажи, как тебя зовут, а то даже не представился. Я несколько недель здесь, но никого не знаю.

— Ха, зато тебя знают. Уже кто только не интересовался тобой после твоего представления!

— Какого? А, ты про падение в первые дни?

— Именно его.

— Знаешь, я была слегка удивлена местом, где находилась. И не более. Кстати, ты так и не назвал своё имя?

— Я — Ушани фарх Во Ги.

— Вероника, но зовут просто Никой. Могу я звать тебя просто по имени? — Ника протянула руку для рукопожатия.

— Это зачем? — недоверчиво посмотрел Ушани на руку.

— Это рукопожатие, вот так, — показала девушка, пожав руку юноше.

Юноша тут же ощутил покалывание и отдёрнул руку.

— Ты чего?

— У нас так приветствуют, а у вас нет так?

Ушани прижал руку к себе. Она всё ещё покалывала от прикосновения.

— У "нас", это где? Так не здороваются. В качестве приветствия просто прикладывают руку к груди и делают поклон. И всё, — пояснял Ушани. — Маги не касаются друг друга. Только близкому кругу разрешено дотрагиваться. А посторонним нельзя. Выльют на тебя какое-нибудь мелкое проклятие.

— И какое?

— Разное. Например, дай подумать, ммм, от поноса до облысения, да что угодно, — пошутил юноша.

Ника негромко засмеялась. Ее смех разлился по саду настоящей мелодией.

— Шутишь, да?

— Нет, нисколько.

— Ну и ладно.

— Нет, Ника, не ладно. Ты не почувствуешь, как к тебе прилипнет мелкая пакость. И для тебя это страшно.

— Но ведь в лечебнице мне это не грозит?

— В лечебнице — нет. Это особенное место. Но вот за её пределами...

— А что за пределами лечебницы?

— Целый мир...

— Так говоришь, будто это мечта.

— Так и есть. Я не могу покинуть лечебную уже очень давно. Но безумно хочу, — грустно усмехнулся парень.

— Ушани, всё будет, — попыталась поддержать его Ника. Хотела дотронуться в качестве утешительного жеста, но передумала. Спустя несколько секунд она решила сменить тему. — Подскажи, на что намекал Тиар, когда обращался к Эленири? И что у неё с лицом?

— Эленири, ведьма низшего уровня. Вообще, как и за что получает откат маг или ведьма, как правило, охраняется тайной. Дабы не судачили. Но я слышал, что Эленири возомнила, будто способна тягаться с одной из ближайшего круга Верховной ведьмы. Ближайший круг, что бы ты понимала — это и охрана и защита Верховной. Они крайне чувствительны к движению энергий. И чувствительность этих ведьм запредельная. Как там оказалась Эленири — не понятно. Только сейчас на ней буквально отображён результат отката от энергетического вмешательства. Лекари не могут разгадать, как ей помочь. Сама же она считает, что необходимо просто у кого-то одолжить энергии. Да попросту украсть. Но пока результат только ухудшается.

"Ведьмы, ближайший круг... О чем он вообще говорит...не могу даже поверить" — думала про себя Ника, но вслух только и могла произнести, — это печально.

— Нет, это закономерно. Энергетический баланс вещь тонкая и крайне справедливая. Против него не сработают оправдания. Всё заслужено, Ника.

— Как многого я не знаю и не понимаю.

— Да ты вообще как не от мира сего. Читать не умеешь, энергию не чувствуешь, на всё странно реагируешь. Откуда ты?

— Я?.. Издалека. Гораздо дальше, чем ты можешь себе представить. Кстати, а ты? Как давно ты тут? Как и я? Месяц?

— Я, наверное, года два.

— Как так? И за это время ничего не исправили?

— Я потомственный маг. Но мой дар, он... В общем, сейчас я не могу практиковать. На мне проклятие могильного холода. Любая практика для меня, даже защитная — смертельна. Разве ты не чувствуешь ужаса и страха, который исходит от меня?

— Нет.

— Все чувствуют.

— Может, потому что я не магиня, поэтому и не чувствую.

— Хм, да, это объяснение.

— А как так получилось, что на тебе такое заклинание? Это что-то вроде порчи?

— Дар в неумелых руках может стать проклятием. Вот я и есть те неумелые руки. И однажды очень сильно ошибся.

— Ушани, а эта лечебница? Это место тебе помогает?

— Она излечивает. Поэтому я нахожусь здесь. Она не даёт мне замёрзнуть. Лечебница построена на месте объединения стихий: воды, под землёй четыре источника; ветра, что меняет направления на все четыре стороны; привезённой с четырёх сторон света горсти пепла и земли; огня, закалившего камень до белого цвета. А ещё растений, собранных и составленных таким образом, чтобы образовать защитную пентаграмму, охраняющую не только лечебницу, но и всех находящихся внутри. Все стихии, вместе с пентаграммой образуют энергетический барьер, который замедляет действие любого заклятия, ослабляет его. Мы очень зависимы от энергетических вмешательств. А это лечебница убирает их полностью.

— И как ты справляешься?

— Нормально я справляюсь. Как и ты. Вроде и на привидение не похоже уже. В библиотеке ты выглядела хуже.

— Так, знаешь! Не вежливо говорить девушке о ее внешности!

— И? — будто не слышав ее выпада, спросил Ушани. — Что могло так разрушить твои энергетические центры? Тиар помогает их восстановить?

Ника слегка замешкалась.

— Знаешь, давай закончим эту грустную тему. Как-нибудь в другой раз обсудим.