— Хорошо, — грустно сказала Авьер, когда я сообщила, что располагаю весьма скромной суммой. — Возьмите их. Они так подходят к вашим волосам!

***

Пыхтя и обняв свертки, я карабкалась вверх по раскаленной мостовой, опустив голову. Солнце так жарило, словно вместо сатиновой блузы и шерстяной юбки, я была, как минимум, в шубе. И шляпа совершенно не спасала от ярких лучей!

«Но ничего, сейчас дойду до таверны и куплю себе тот взвар, который пил Джон, — думала я, останавливаясь и переводя дыхание на вершине улочки. — Хотя, денег у меня тоже нет. Ну, ничего. Если Джон не хочет, чтобы граф узнал о том, как он отдыхал в таверне вместо слежки за мной, — ему придётся раскошелиться!»

— Мисс Гроуэл, — послышалось над ухом.

От неожиданности я подпрыгнула и выронила пакеты.

Это был доктор Рэдклиф, он мило улыбнулся мне, и сразу же бросился собирать покупки. Жаркий день вовсе не отразился на нем: в светло-сером костюме-тройке он был свеж, словно только что вышел из дома.

— Простите, Марта, что испугал. Но это единственный момент, когда мне удалось вас застать одну, без цепного пса графа, не оставляющего вас ни на минуту.

Моя улыбка растаяла. Я всмотрелась в него: внешне доктор был спокоен, но что-то тревожное тлело в глубине его глаз.

Тогда он наклонился ко мне, ниже, чем это было прилично, и прошептал:

— Дело в том, что я понял, как нам вывести графа на чистую воду! Наказать злодея! Теперь я знаю, где хранится его погибель! Вы же поможете мне, Марта?

Марта

— Сегодня у нас важный день, Марта, — граф был необычайно расположен с утра. И даже улыбнулся.

И это была не резкая усмешка, а живая улыбка, озаряющая глаза.

Уголки моих губ тоже поползли вверх, но вспомнились отчаянные глаза доктора, полные мольбы.

«В Нордши я нашел одну из его жертв», — прошептал доктор в моей голове.

— Марта, вы записываете?

— Простите? — Усилием воли удалось прогнать навязчивый образ на мосту.

— Я говорю про поставки калия, — Граф бросил удивленный взгляд, и сразу же зарылся в бумаги. — Сегодня вам нужно телефонировать в «Колониальный торговый дом…

«Это девушка. Ей удалось сбежать, и сейчас она в безопасности. Но сильно боится. Никого не может видеть, — Прошептала вновь память голосом Рэдклифа. — Ни с кем не может говорить. С ней произошли ужасные вещи. Это сделал Нолорано».

В кабинет ввалился Фрэнк и бесцеремонно уселся на кожаный диван.

Я перевела взгляд — на лбу графа поселилась небольшая морщинка, между бровей, так было всегда, когда он о чем-то сосредоточенно думал.

— И принести мне счет, а потом подготовить чек на оплату в банке, Фрэнк отвезет его. — Нолорано неодобрительно покосился на слугу и продолжил что-то говорить, но я уже не слышала — зловещий голос доктора продолжал нашептывать мне в ухо:

«Они держали ее в клетке, как животное. Граф и его слуга».

«Вы же помните ту клеть со следами крови?»

— Да, сэр, — Фрэнк шумно вытянулся во весь рост.

— Марта, — Я вздрогнула, а граф закатил глаза. — Вы уже закончили с архивом?

Я, как болванчик, закачала головой.

— Ах, да-да.

— Тогда вам нужно сходить в Цех Развития, найти главного технолога, Фрэда, и собрать отчеты по экспериментам за прошлый год.

Голос доктора словно просверлил мою черепную коробку.

«Они проводили над ней жуткие эксперименты. Один сменял другой. Граф записывал результаты, досконально, как и все, к чему он прикасался. Каждый стон, каждый кошмар записан в той тетради. Одной страницы хватит, чтобы граф расстался с головой. — Отчаянный взгляд голубых глаз. Прямо в сердце. — Вы же поможете мне, Марта?»

Вздох.

«Что же мне нужно сделать?»

— Это же элементарно, Марта! — Граф уже давно поднялся, и, стряхивая невидимые пылинки с пиджака, кинул на меня удивленный взгляд через зеркало. — По отчетам, которые вы получите у Фрэда, нужно сделать опись, потом освободить отдельную полку в архиве. И все положить туда. А мне нужно отъехать.

Я обняла себя за плечи, Нолорано стоял совсем рядом.

“Неужели все это правда?”

Он возвышался как гора. Тонкая талия, кипенно-белая рубашка, ухоженные руки. И необычный волнующий запах — чистоты и разреженного воздуха, как бывает после грозы, или у моря в ветреный день.

Ключи с легким стуком опустились столешницу.

Я вздрогнула и подняла голову. Улыбка графа, такая живая, потускнела, и он впился темным взглядом в мое лицо. В этот момент я почувствовала себя пылинкой перед бурей, хрупкой и беззащитной, но отвести глаз не посмела.

— Это ключи от кабинета. Вернее, их дубликат. Пожалуйста, заприте дверь, когда отправитесь по делам.

«— Вход в лабораторию находится в кабинете графа. Дверь, которую нельзя открывать. Вы же понимаете, о чем я говорю?

Я кивнула.

— Мне нужен ключ, чтобы попасть туда. Полагаю, что граф носит его с собой. Проследите за ним и узнайте, где он хранит ключ. И подмените его!

Моей руки коснулся холодный металл. Острые края ключа впились в кожу, и я механически сжала ладонь.

— Спасибо, — доктор прикрыл глаза, точно испытывая облегчение. — Но умоляю вас. Не ходите туда сами! Там очень опасно. Вы должны принести ключ мне».

— И, Марта, — Голос Нолорано вернул меня к реальности.

Я заставила себя посмотреть в красивое лицо. И улыбнуться.

— У вас чудесное платье! Единственное, — Он поджал губы. — Красные бусы выбиваются. Больше подошел бы медальон или подвеска из благородного синего камня.

А затем он нахмурился, прижал ладонь к центру грудины, словно проверяя что-то. Кивнув, взял шляпу с вешалки и вышел прочь. Дверь с легким стуком захлопнулась, и я наконец-то смогла свободно дышать.

Некоторое время я сидела, не двигаясь, пытаясь собрать прыгающие мысли в кучу. Потом, стряхнув оцепенение, подошла к двери. Самой крайней. Той, про которую нельзя было спрашивать.

Значит, вот, что там, за этими стенами — камера пыток, комната для жутких экспериментов. И я, которая несколько недель сидела и даже не подозревала, что творится совсем рядом со мной.

Я дернула за ручку, но та не шелохнулась, а дверь стояла как влитая. Подергала еще раз, пнула, навалилась всем телом. Тщетно.

Тогда я достала ключ, который дал доктор. Черный металл вошел в замок, как по маслу, но прокрутить его было невозможно.

Я повертела черный ключ в руках. Возможно, это копия графского ключа, недостаточная для открытия хитрого замка, но вполне подходящая для того, чтобы Нолорано не заметил подмену сразу.

Граф носит ключ на груди. Я часто видела, как он прижимал руку в районе сердца. Но как тогда мне его получить? Не залезать же мне в спальню графа, в конце концов?! Должен же быть другой путь.

В любом случае, у меня еще есть время подумать. Доктор назначил мне встречу вечером возле калитки. Возможно, он посоветует что-нибудь.

Побродив немного по кабинету, я пошла в Цех Развития. Про какие там отчеты говорил Нолорано?

***

— Помогите, — закричали где-то внизу. — Убивают!

В голове зашумело, и я перегнулась через перила. Вестибюль фабрики выглядел как обычно, если не считать жмущуюся к двери Цеха Трудэ женщину. Она кричала.

Лестничная площадка быстро наполнилась людьми, а рядом с рыдающей женщиной мелькал клетчатый костюм Фрэда, технолога, с которым все утро мы разбирали документы. Он водил носом и подозрительно косился на закрытую дверь. Запах и вправду был странный. Пахло гарью?

— Госпожа Трудэ уволит Молли, а у нее ребенок!

— Что здесь происходит?! — раздался грозный голос.

Наступила гулкая тишина. Все расступились, а в середину шагнул граф, мигом оценивая обстановку.

Присмотревшись, я заметила, что работница вся покрыта черными разводами. Дурное предчувствие закралось в мою душу, и я вновь принюхалась. Из Цеха Трудэ определенно несло гарью и чем-то тошнотворно-сладким.