Чувствуя неотвратимость судьбы и сжимая договор во влажных ладонях, я в последний раз подошла к графскому столу. Мои колени дрожали, а Нолорано, напротив, был бодр и свеж. Он неутомимо писал, считал и выискивал что-то в толстых книгах, что аккуратными стопками лежали возле его стола. Столбы из них все увеличивались - новые тома подносил Джон.

А я устала так, что была готова упасть, прямо там, посередине кабинета - на мягком красном ковре с высоким ворсом. Мне хотелось есть, пить, спать и в уборную. И все сразу. Руки тряслись, а кончики пальцев онемели от непрестанного печатания на машинке.

В этот раз граф так увлекся своими изысканиями, что не заметил, как я принесла очередной вариант договора. Ну, или сделал вид.

Я долго стояла в глупой, чуть согнувшейся позе, не сводя глаз с пресс-папье из малахита, что лежал рядом. Мысленно я уже протягивала руку, касалась его прохладной ручки и со всей силы швыряла в темную причесанную голову графа.

«Ну, уж нет!» - Я отступила на пару шагов, а то мало ли что, не сдержусь и, в самом деле, произойдет смертоубийство.

Нолорано даже и не заметил, что чуть не лишился жизни. Все его внимание было поглощено старинным талмудом с толстыми, пожелтевшими от старости страницами, и переплетенным старой растрескавшейся кожей.

Наконец, мое терпение иссякло, и я шваркнула листок с договором прямо перед носом начальства. Граф вздрогнул и поморщился, но промолчал.

— На этом варианте, пожалуй, остановимся, — проговорил он, пробежавшись по листку глазами.

Смерил меня темным взглядом.

— Надеюсь, вы помните, что нужно еще телефонировать компании-поставщику, получить от них счёт и подготовить чек на оплату в банк, а затем принести мне его на подпись? Но подождите Джона, без него вам запрещено выходить из здания.

«Вот значит как! — возмутилась я. — Не помню, чтобы мы обсуждали это раньше!»

Но вслух ничего не сказала, чем, как мне показалось, немного огорчила графа — его блеснувшие предвкушением глаза поскучнели, когда я лишь кивнула. А затем с самой сладкой из улыбочек, которые у меня были, произнесла:

— Если я свободна, то могу ли сходить в столовую?

— Ах да, — граф бросил рассеянный взгляд на часы. — Уже и обед прошел. Ступайте себе.

И сразу же вернулся к своей работе. Устает ли он когда-нибудь?

На подкашивающихся ногах я вышла из кабинета, и, держась за перила, начала медленно спускаться.

О, Великая Мика, даже десять смен подряд в цехе мисс Трудэ не были бы столь невыносимыми! Меня словно выжали досуха. И еще эти глупые ошибки, после которых граф прожигал меня таким взглядом, что мне хотелось провалиться под землю.

А что, если он меня уволит, и я потеряю доступ к поместью? Сомнение змеей заползло в сердце. Но нет. Что-то мне подсказывало, что граф меня взял на эту работу отнюдь не из-за профессиональных качеств. Он вел свою игру, в которой мне была отведена особая роль. Понять бы только, какая.

В вестибюле настиг меня сияющий Энтони Рэдклиф.

— Что-то случилось? — Лицо доктора омрачилось, когда он заметил мой жалкий вид. — Выглядите очень бледной.

Я опустила глаза. Бледной? Да, я выглядела так, словно прямо сейчас упаду!

— Послушайте, Марта, — сказал доктор, с тревогой осматривая меня. — Я как раз искал вас и хотел бы сказать, что это было очень-очень неразумно — устроиться секретарем к графу. Вам нужно было прийти ко мне, я бы отговорил вас.

— Он непростой человек с очень сложным характером. Требователен и строг. Главное для него результат! Результат любой ценой! Его не волнуют ни чувства, ни здоровье других людей. Он их использует и выкидывает, как вчерашние перчатки. Ваша предшественница вовремя поняла это и сбежала.

— Хм, сбежала? И давно? — Усталость слетела с меня в одно мгновение.

— Он чрезмерно требователен к подчиненным, — продолжил доктор, оседлав своего любимого конька. — Особенно к тем, что приближены к его персоне. Поэтому вам нужно, как можно скорее... Простите, что вы сказали?

Мягкой, теплой рукой он взял меня за ладонь и заглянул в глаза. Его взгляд был полон сострадания и тревоги.

— Давно ли ушла предыдущая секретарша? – повторила я вопрос.

— Месяца два, — удивленно пробормотал доктор, — а почему вы спросили об этом?

— Да так, ничего особенного, — Я отвела взгляд – смотреть в расстроенные добрые глаза доктора было невыносимо. — Дела были несколько запущены. И мне стало интересно, когда ушел предыдущий работник.

Значит, два месяца назад. Не в это ли время пропала Черити-Ванесса? Хотя это могло быть просто совпадением.

Нора говорила, что Ванесса работала в Цехе Развития и сбежала, прихватив документы. И в карточке Ванессы тоже не было того, что она работала секретарем. Хотя … у секретаря было бы больше возможностей похитить документы своего шефа, чем у обычной сотрудницы фабрики.

— Послушайте, Энтони, — я схватила за рукав доктора, уже сделавшего вздох, чтобы вновь разразиться очередной протестной тирадой.

Кабинет Нолорано был совсем недалеко, и я боялась, что услышав в очередной раз крамольные речи доктора, граф решит избавиться от него.

— Я как раз собиралась перекусить, не составите ли вы мне компанию? Где обычно здесь обедают секретари графа?

— Ах да, конечно. Предыдущий секретарь, Ванесса, всегда ходила в столовую Цеха Развития.

«Ванесса?! Значит, это все-таки была она!»

— Позвольте, я провожу вас, — Энтони неловко предложил мне локоть, за который я с готовностью ухватилась.

Миллион вопросов крутилось у меня на языке, но в этот самый момент я заметила, что доктор при ходьбе чуть припадает на левую ногу.

— Энтони, ваша нога! Это сделал граф?!

— Что? Ах, нет, — белозубо засмеялся доктор, но какая-то тень проскользнула в его взгляде. — Я просто упал. Конечно, я вчера сильно повздорил с графом, но не настолько, чтобы он поколотил меня. Да и кто бы ему позволил!

Доктор упрямо задрал гладковыбритый подбородок.

— Как же прошел сам разговор?

— Привычно тяжело, — улыбнулся Энтони, распахивая передо мной огромную синюю дверь Цеха Развития.

— Нам туда, — Указал он на проход, куда как раз стекалась толпа одетых в яркие одежды служащих.

Здесь он хлопнул себя по лбу.

— Совсем забыл! Я кое-что принес для вас из графской библиотеки.

Это был небольшой томик в темно-синем переплете.

«Этикет в Адаре — правила и ритуалы» прочитала я на обложке и неверяще взглянула на Энтони, а сердце мое наполнилось теплом. В моей жизни обо мне так заботилась только Тамилла.

— Ради Четырёх, мисс Гроуэл, изучите этикет. Я не хочу, чтобы вы оставались голодной по вечерам. Сомневаюсь, что граф еще хоть раз пригласит меня после случившегося!

Марта

Когда я вернулась с обеда, Нолорано уже не было в кабинете. Он так и не появился до конца дня, и все оставшиеся дела мне пришлось выполнять самой. Единственное, я не могла подписать чек - его я положила прямо на графский стол.

Конечно, я бегло посмотрела, что там еще лежало — все-таки Нолорано подозревался мною в серьезных преступлениях. Но ничего интересного не обнаружила: были книги из других стран, часть из которых на адарском, те же «Артефакты Первого народа» от Катрин Эленойской. Поверх финансовых отчетов аккуратно лежал отпечатанный на машинке доклад «Охранная магия Ир-Драгора и ее применение» аспирантки Сангийской Академии Этны Фрилс.

«Сангия? Это же где-то за морем», — подумала я.

Когда наклонилась к столу, чтобы проверить выдвижные ящики, входная дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ввалился Джон.

Он уселся на кожаный диван для посетителей, который казался просто игрушечным под его огромным телом, и с деловым видом закинул ногу на ногу.

Я кашлянула и выпрямилась.

— Вот, чек на подпись положила, — пролепетала я, помахав для вида бумажкой.

А затем быстро вернулась к своей конторке и притихла. Остаток дня я старалась быть не особо заметной.