Алина посмотрела на время – Глеб скоро вернется.

Побежала в ванную. Отмытую, но с заметной ржавчиной. Алина нервно разглядывала себя в зеркале, поправляла волосы. Она чуть подстриглась, решив сменить стиль. Волосы уже не доставали до лопаток, но все еще щекотали шею.

Чуть приподняла пижамную майку – она решилась купить себе комплект красивого белья и все еще не могла к нему привыкнуть. Белый кружевной лиф обрамлял грудь и даже чуть выпячивал её, создавая иллюзию размера побольше. Трусы впивались в кожу, но зато точно удивят Глеба… Алина запустила руку вниз, коснулась гладкой кожи лобка.

Она подготовилась.

Это их первый день в Москве. Роковой – означающий переход в новую жизнь. Он должен стать запоминающимся.

И спустя столько времени… Алина готова.

Она избегала секса.

В голове жила мысль, что Глеб получит его и уйдет. Хоть она и призналась ему в любви, слишком много девчонок поглядывали на Глеба, а слухи ходили! В ней жила неуверенная девчонка в первых отношениях с красавчиком! Но Глеб на удивление, никогда не принуждал. Было видно, что хочет. Но Алина мечтала, чтобы это был памятный день. Особенный. Как бы глупо не звучало…

И сегодня – да хоть в обтрёпанной квартирке, зато она их! И никого рядом – ни мам, ни пап. Сами по себе. Живут вместе – как настоящая пара. Серьезная пара.

Раздался хлопок двери, и Алина взволнованно выбежала в коридор.

— Ох, — выдохнули они с Глебом одновременно.

Глеб держал букет роз – её любимых. Он дарил их на все праздники, отлично зная, что Алина будет без ума. А во второй руке – бутылка вина и пакет с едой.

— Тут рядом суши… Я там ел, вкусно капец, — тупо произнес Глеб, разглядывая просвечивающую пижаму Алины.

— Цветы прекрасны, — улыбнулась Алина, принимая их. — А ваза есть?

— Обижаешь.

Смущенно она ушла на кухню, нашла вазу и набрала воду. Глеб пока разувался и начал обустраивать их маленький ужин.

Значит, он тоже понял – этот день важен.

Алина поставила вазу рядом с телевизором. Глеб достал два бокала, легко открыл вино – сухое красное. Алина попробовала его в Новый год, который они праздновали вместе и не ожидала, что ей так понравится напиток, что раньше казался кислым и дрянным. Глеб красиво разлил красную жидкость по бокалам. Алина постелила на матрас пакет, а на него выставила коробки с суши из пакета.

— В Звездном они были ужасны, — поморщилась она, вспоминая.

— О, не напоминай. Но эти – восторг. Ты должна попробовать.

Через прозрачную упаковку было видно, что это совсем другой уровень. В животе заурчало – Алина ела последний раз доширак в поезде…

Но если она сейчас объесться…

— Начнем с вина? — побыстрее предложила.

— Как скажешь. Но секунду…

Глеб щелкнул что-то на телевизоре и включилась музыка с его телефона. Легкая, приятная, чуть джазовая. От звездного неба ночника розового цвета комната погрузилась в интимный полумрак.

Глеб, такой растрепанный и домашний, поднял бокал.

— За нас! — объявил он.

— За нас, — поддержала Алина.

Они сделали глоток. Алина прикрыла глаза, чувствуя, как легче становится голова.

— А особенно за тебя. Не представляю, как ты устал… — начала она.

— Пустяки, — отмахнулся Глеб. — Вот увидишь, через пару месяцев снимем что-нибудь получше… Я найду работу, ты попадешь в клуб – все получится.

— Конечно. Как иначе, — хмыкнула Алина, делая еще глоток, более сильный.

— Эй, не налегай так… — заволновался Глеб.

— Все хорошо, — остановила та его.

Алина осушила бокал и отставила в сторону. Глеб испуганно попятился к краю матраса, а Алина на него.

— Что не так? — спросила она.

— Ты… ты уверена?

Сразу понял, что она хочет.

Алина облизнула губы, слизывая остатки вина. Глеб тяжело задышал, наблюдая.

— Ты против? — игриво спрашивает она.

Ей давно хотелось сорваться и дать ему волю. Но хотелось, чтобы было идеально – и её тело и атмосфера. Да, квартира не восторг, но сейчас Алина не видела дальше матраса. И надвигалась к Глебу, как пантера.

— Говорю сразу – если начнем, я не остановлюсь. — предупреждает Глеб.

— Может, это ты меня захочешь остановить, — смело говорит Алина, хотя клубок волнения нарастает в груди. Хорошо, что она выпила вина!

— Ни за что, — усмехается, оголяя ровные белые зубы.

Глеб рвётся к ней навстречу, впиваясь поцелуем в губы. Алина охает и сразу отдается удовольствию – в этот раз она не будет отталкивать его и убегать.

Не сегодня.

Язык Глеба мягко касается её, переплетается в танце, симфонии ожидания и страсти. Алине не терпелось, и она забралась ему под футболку, отчаянно снимая её. Глеб оторвался от нее на секунду, чтобы скинуть её прочь. Коснулся шеи, прошелся ладонью от подбородка до груди. Снова заглянул в глаза, спрашивая.

— Сегодня можно, — напомнила Алина.

Она охнула, когда Глеб смело коснулся кружева белья, оттянул его и обхватил пальцами сосок. Несильно сжал, но у Алины задрожали коленки и закружилась голова. Они продолжали целоваться, не желая отрываться друг от друга. Матрас противно скрипел, но Алина не замечала – у нее звенело в ушах.

Глеб опустил лицо к её груди, сняв пижамную майку. Алина забыла о смущении и лишь сильнее возбудилась, увидев жадное желание на лице Глеба. Он прижался к соску губами и заскользил языком. Алина издала слабый звук, теряясь в ощущениях. Она смогла уткнуться носом ему в волосы – такие мягкие и приятные на ощупь. Сегодня они пахли шампунем с лавандой.

Глеб оторвался от груди и языком спустился по линии живота вниз.

Алина откинулась на матрасе и уставилась в потолок – розовые звезды плясали на нем.

А Глеб стянул с нее шорты. Жарким дыханием опалил лобок, и Алина застыла.

Она готова к тому, что будет дальше. Она желал узнать, какого это – стать настолько ближе.

— Ты… — тихий, рокочущий голос Глеба.

— Я жду, — попыталась отшутиться Алина, чтобы сбить напряжение.

Глеб подцепил трусы зубами, снимая. А потом языком прямо туда, отчего Алина дернулась.

— Не бойся, — успокоил Глеб. — Я буду осторожен.

Он встал, снимая джинсы. Алина завороженно наблюдала, как ей открывается вид на его торчащий член, что натянул ткань трусов. Их Глеб тоже быстро снял, и Алина сглотнула.

Длинный, изящный. Чуть загнутый вперед. Глеб опустился на колени и подхватил пакет рядом. Из него он вытащил коробку презервативов и небольшой тюбик.

Алина покорно ждала, вспоминая, что тоже купила презервативы, но забыла их в сумке. Глеб натянул прозрачную ткань на член, что стоял колом и будто рвался вперед. Потом он взял тюбик и выдавил блестящую жидкость на руки.

— Будет холодно. Но зато – не так больно, — предупредил Глеб.

Он положил руку ей на промежность и заскользил внутрь. Вязкий холод обжег, но быстро слился с горячим телом. Влажные пальцы Глеба вошли внутрь легко и взывали у Алины стон. Какое странное ощущение! Он словно растягивал её изнутри, а мышцы напряглись от удовольствия. Алина откинула голову, давая ему мягко изучать её.

— Черт, — выругался Глеб. — Прости.

Алина не поняла в чем дело, как её разорвала волна, ворвавшаяся внутрь. Алина выпрямилась и оказалась прямо перед Глебом. Напряженным и часто дышащим. Его глаза пылали огнем. Он стал двигаться, и Алина поняла – его член внутри нее! Она чувствовала его объём, толщину и то, как он порой причинял боль. Колкую и непонятную – откуда она тут, когда так приятно?!

Алина морщилась, но терпела. Обхватила шею Глеба, а его туловище ногами.

Все чувства смешались в одном мгновении – радость, страх, страсть, желание…

Алина потерялась в потоке ощущений, зацепившись лишь за их тела – их сердца будто бы бились в унисон. Глеб двигался неспешно, но быстро набирал темп. Боль угасла, словно её никогда и не было.

Алина тихо стонала от непередаваемых ощущений – Глеб был рядом, был целиком её, а она его.

Они слились в поцелуе, когда член стал проникать глубже. Задел что-то, отчего Алина простонала прямо Глебу в губы. Он замер, а она требовательно вскрикнула: