Высота ног обеспечивала ей плавный, размашистый шаг, давая возможность бежать легко и прыгуче. Руки строго шли за ногами – левая нога вперед, значит и правая следом, потом наоборот. Ноги отталкиваются от земли и каждый раз Алина чувствует, что готова взлететь. Если бы люди могли летать, она научилась бы первая. Сердце билось в унисон с ритмом шагов, оставив за собой легкое облако пыли и крупицу волнения.

Эйфория наполнила каждую клеточку её тела. Ноги двигались автоматически, беспрекословно подчинялись командам, и приятная тяжесть налила стопы. Легкость охватила целиком, а улыбка озарила лицо.

Бег никогда не был для Алины физическим испытанием.

Он был искусством, её страстью, рожденным в желании свободы. И Алина ощущала её только на поле – будто ничего больше не существует.

Только она и ветер.

А впереди – её мечта.

С каждым шагом складывалась музыка её ритма, наполненного силой и триумфом. Каждое дыхание было нотой, а усилие аккордом. Алина бежала и не слышала ничего, лишь шум ветра в ушах и собственное сердце. Оно стучало быстро, будто напугано, но дело было в радости – Алина переполнялась счастьем от того, что этот день наступил.

Минуты пролетели словно секунды.

Впереди лишь трибуны, дорожка и мерцающая лента.

Она коснулась её животом, срывая и пронёсшись с ней вперед. Раздался первый свисток и пришлось остановиться, резко оборачиваясь, чтобы увидеть поверженных соперниц.

С трибун раздались аплодисменты, а фотограф закрутился рядом.

— Как ты, Ас? — хмыкнула Алина, переводя дыхание, смотря на пришедшую четвертой Полину.

Ничего от красоты не осталось, лишь красное запыхавшееся лицо и стекающий тональник. Полина злобно глянула, но отвернулась. Её подруги пришли еще позднее и сразу окружили её, успокаивая.

Алина распустила тугую резинку волос, взлохматив их. К ней подошел тренер и как обычно похлопал по плечу.

— Как всегда умница, Комарова, — похвалил он.

— Почти новый рекорд, — рядом оказался Женя, протягивающий воду. Тоже почему-то весь красный.

Алина схватила бутылку и осушила её. Глоток холодной воды после победы был слаще всего. Подошла Вера – чуть сгорбившись, держась за бедра. Пришла не самой последней. Алина хлопнула её по плечу одновременно с тренером, что пошел к остальным девушкам.

— Сегодня ты была быстрее обычного, — сказала Вера на выдохе.

— Хочешь сказать, раньше я бегала медленней?

— Нет, — хмыкнула Вера. — Но я со старта видела только твои пятки. Обычно я наблюдаю хотя бы спину…

— В этот раз все серьезно, — Алина обернулась к трибунам судей, что что-то записывали. Рядом с ними хронометристы, что определяют четкое время участниц.

Еще один глоток.

Около судей крутились парни в красном – Атлеты ждали своей очереди. Среди них был и Ас, но Алина отвернулась, не желая портить себе настроение после хорошего забега.

ГЛАВА 7.1 ГЛЕБ

Глеб не хотел признавать, но он загляделся на зануду Комарову во время забега.

Вообще смотреть не хотел, думал отсидеться в раздевалке, но Макс погнал на поле. И вот он, в чертовой красной майке, облокотился на трибуны и не заметил, как скука сменилась интересом.

С самого начала зацепился за нее – в отличии от остальных не волнуется, не вертится нервно на месте, поглядывая то на трибуны, то на тренера. Стоит прямо, быстрая разминка и секунда на занятие позиции. Горящие глаза вспыхнули, когда раздалось громкое «марш!». И будто не ноги понесли, а ветер.

А эта улыбка на финише…

Грудь стиснули неприятные воспоминания. Как Глеб сидел, рылся в интернете, желая найти хоть каплю информации, что мать скрывала от него. Старые записи соревнований отца, видео отливающее желтизной, но зато его улыбка…

Он пересекал финиш и светился – совсем как эта девчонка.

— Ей словно это ничего не стоило, — присвистнул Макс.

— Не важно, — Глеб слишком резко ударил по перегородкам трибуны, уходя.

Остальные последовали за ним, а взгляд судей неприятно пощекотал спину.

Они будут смотреть, анализировать, ждать.

Но он им ничего не даст. Вначале порадуются, но потом…

С меня хватит, знал Глеб.

— Не смей поддаваться – не на первом забеге, — буркнул Макс в ухо.

Они разошлись по линиям. Глеб знал, что остальные парни ненавидят его, завидуют. Раньше он их жалел, а сейчас плевать. Пусть потерпят еще немного, и он больше не будет стоять у них на пути.

Как у этого Ромы, которого опять поставили рядом. Быстрые переглядки и взгляд к финишной прямой.

Никто из этих бедолаг не обгонит природный талант.

Какая досада.

— На старт! — судья приготовил сигнальный пистолет.

Опять после него будет звенеть в ушах…

— Внимание!

Глеб занял позицию, расслабил руки и напряг ноги. Пробежит, как обычно…

— МАРШ!

Он сорвался с места инстинктивно и ноги сами понесли вперед. Соперники сразу оказались позади и треск их кроссовок отзывался в ушах. Глеб не крутил головой, смотрел в одну точку, давая телу сделать все за него. Он лишь давал команду, а разумом был не тут…

Был дома, с сестрой, помогал ей делать домашку. Собирал прикид на вечеринку, собираясь танцевать до самого утра.

Думал о гитаре, что осталась под кроватью и снова запылится к его возвращению.

Ждал, когда наконец эта чертова дорожка закончится…

Ноги начали болеть не от усталости, а от скуки – они просились куда угодно, но не сюда.

Глеб прикрыл глаза, спокойно вдыхая ртом полной грудью и пересекая черно-белую черту. Лента обвивалась вокруг его руки, он остановился и сбросил её.

Щелчки камеры, аплодисменты, Жанна Олеговна уже рядом:

— Хороший результат, но ты можешь лучше, — сказала она сухо. — Ершов, ты вообще старался?!

Она перекинулась на Макса, что дошел третьим.

Как обычно – Рома Галицын уже за спиной, гордый обладатель вечного второго места, сплёвывает на землю и вытирает пот со лба. Для них это был не пятиминутный кросс, а упорный труд. Глеб коснулся майки – не мокрая, лишь чуть влажная. Осенняя прохлада пробежалась по коже, освежая.

— Почти, — улыбнулся ему лениво Глеб.

— Это ненадолго, — уверенно бросил Рома, уходя прочь от тренера и остальных.

Верно – Глеб планирует отдать ему или Максу первое место, и до этого мига осталось не так и много времени.

Поскорей бы – как же надоел этот спорт!

Глеб запрокинул голову, вглядываясь в серое небо. Словно насмешка над и так дрянным настроением.

— Я тебе еще покажу, понял?! — с силой опустилась на плечо рука Макса.

— Понял-понял, — Глеб не любил спорить с другом.

— Ты еще посмотришь… Метеор херов блин…

Глеб невесело хмыкнул и почувствовал чей-то взгляд. Чуть обернулся и заметил знакомые зеленые цвета. Клуб «Гармонии Ветра» устроился рядом, кто-то отдыхал, а кто-то разминался, ведь на поле уже несли преграды для барьеристов.

Алина стояла посреди них с бутылкой воды и смотрела на него задумчиво и неотрывно. Не двигалась почти. Волосы распустила, мягкие и спутанные на вид. Глеб облизал губы, подумав, загляделась ли она него так же, как он? Он почти открыл рот, чтобы подколоть, как раздалось громогласное:

— Поздравляю, Глеб! — Полина ворвалась и накинулась на шею.

— Чуть не снесла, — Глеб приобнял её и опустил на землю.

Глянул обратно на Алину, а она уже отвернулась.

— Ты тоже молодец, Макс, — похвалила Полина. Уже приободрилась после очередного поражения, хотя Глеб видел, как она поджимала губы, смотря в спину Комаровой.

— Чертов Галицын – мы с ним наравне шли, — выругался Макс.

— У меня есть предложение, — отвлекла его Полина поглядывая на Глеба. — Как насчет вечеринки?

Уловив искру интереса от Глеба, Полина расплылась в улыбке.

— Почему бы и нет? — поддержал он, усмехаясь.

Все что угодно – лишь бы сбежать отсюда.

ГЛАВА 7.2 ГЛЕБ