Алина грустно вздохнула. Этот радостный мужчина умрет всего через пару лет…

Дверь чуть скрипнула и приоткрылась. Алина от неожиданности откинула от себя телефон.

— Можно? — раздался тихий голос Веры.

Потом появилась она сама – в уличной одежде и заплетенными волосами, смущенно опуская глаза.

Алина мягко ей улыбнулась, забывая о Рохманах.

— Конечно.

ГЛАВА 12.2 АЛИНА

Вера присела на кровать рядом. Алина вздохнула – она терпеть не могла ссориться или мириться. Одно не изменилось – Вера всегда приходила первая, после того как неделю отдуется. Тут получилось быстрее.

— Я… — хотела начать Вера.

— Прости меня, — перебила Алина, решив отстреляться сразу. — Я действительно, ну… на многое не обращаю внимание.

Вера удивленно захлопала глазами.

— Ты извинилась или у меня галлюцинации? — спросила она сипло.

— Не заставляй меня повторять, — пихнула её ногой Алина – она сидела у изголовья кровати по-турецки, а Вера устроилась на углу.

— Но все же, — Вера наигранно протёрла глаза.

Алина чуть не пнула её еще раз, но Вера спрыгнула с кровати, чтобы обойти её и сесть поближе. И выглядела довольной, что уже радовало.

— И ты меня прости, — сказала, вздохнув. — Я не должна была тебе грубить.

— Мир? — подняла брови Алина.

— Конечно. Я не могу на тебя долго злиться, ты же знаешь, — улыбнулась Вера.

С сердца прям сразу камень упал.

И с Женей помирилась и с Верой – наконец эти игнорирования закончатся и все вернется на круги своя. Ну, почти все…

— С Женей говорила? — будто прочитала мысли Вера.

— Да. Тоже мир. А ты с ним…

Вера фыркнула, потому Алина не закончила фразу. Спрятала лицо в ладонях. Боже, она никогда об этом не разговаривала! И что следует говорить вообще?

— Я с ним не говорила, — легко ответила Вера. — Но думаю… думаю ему признаться.

— В любви?!

— А в чем еще? Возможно, это будет глупо – он точно отвергнет меня…

— С чего ты взяла?!

— Он любит тебя с детства, Алин. А я… всегда была третьей лишней.

Алина чувствовала, что краснеет. Помирилась хорошо, но эта проблема никуда не делалась. Остается лишь разгребать, и Алина понятия не имела, как.

В сердечных делах она полный ноль.

— Неправда. Я никогда так не думала, — произнесла Алина глухо.

— Мы уже определили, что ты вообще об этом не думала, — громко фыркнула Вера, пихнув под бок.

— Я уже извинилась!

— Мне всегда приходилось за вами бегать! — начала жаловаться Вера, едва давая себе возможность подышать – выговориться ей хотелось давно. — Женя всегда шел за тобой, а ты на поле! Я и в клуб этот вступила только… из-за вас! Я думала уйти после школы, но… Тогда бы мы точно перестали общаться. Раньше хотя бы мы учились вместе, а теперь!

— Ты осталась из-за нас? — удивилась Алина.

— Вы мои лучшие друзья! Конечно, из-за вас! — воскликнула Вера огорченно. — Но тогда я поняла, что… Не могу так вечно. Смотреть, как Женя на тебя влюбленными глазами смотрит, а я просто… В общем, я признаюсь ему. И после этих соревнований уйти из клуба.

Закончив тираду, Вера с вызовом глянула на Алину. А та лишь растерянно выдала:

— Если это то, чего ты хочешь… То хорошо. Я не собираюсь из-за этого переставать общаться с тобой.

— Боже мой, я точно сплю, — неверующе выдала Вера. — И не будешь отговаривать? Где твое «надо идти до конца»?

Алина опустила голову. Действительно, скажи это Вера хотя бы неделю назад, то Алина завалила бы её нравоучениями. Мол зачем тогда в клуб ходила, зачем решила ехать на соревнование, разве это не приносит тебе удовольствие...

Сказала бы, что разочарована – ведь Алина уважала тех, кто шел до конца, а не тех, кто сходил с дистанции.

Чертова неделя.

Чертов Рохман.

— У тебя должны гореть глаза от твоего дела, — сказала Алина просто, вспоминая видео, что посмотрела мгновение назад. — Иначе это все бессмысленно.

Вера ничего не ответила, лишь подсела поближе, почти вплотную. Положила руку на плечо, будто успокаивая.

— Ты права. Твои глаза всегда горели ярче наших, но с каждым годом… — Вера замялась. — Я просто хотела сказать – не забывай, что жизнь создана не только для исполнения мечты. Хорошо?

Опять же – неделю назад Алина бы прыснула, сказав – а для чего еще?

Но сейчас с улыбкой ответила:

— Хорошо. Я постараюсь.

ГЛАВА 13.1 ГЛЕБ

Наступила неделя полуфинала, а выходные оказались скучнее некуда.

Мегера-Жанна запретила покидать территорию гостинцы, следила орлицей и за любую провинность заставляла отжиматься сто раз. Глеб опустил руки – никаких вечеринок провести не удастся, остается только уныло проводить время в номере.

Тренировки он продолжал нагло пропускать, не видя в них смысла.

Порой проходил мимо, прячась за деревьями, чтобы выцепить Макса на перекур и болтовню. И взгляд сам собой цеплялся за Гармонию Ветра, занимавшихся рядом. Зеленая форма мелькала, привлекала, особенно одна особа…

Алина Комарова была безумной фанаткой своего дела.

Она выкладывалась на полную с шести утра и давала себе лишь минуту отдыха. После чего возвращалась к тренировкам, порой даже пропуская обед. Глеб отчетливо чувствовал в себе зависть, смешанную с беспокойством. Если бы ему нравился спорт также, было бы легче. Но с другой стороны…

Он уже видел, к чему может привести такая одержимость.

И не замечал, как все чаще смотрит на Алину и пытается понять, что в её голове. Этой зануды, повернутой на беге… Но она была такой радостной во время эстафеты! Почему не может улыбаться также в нормальной жизни или это запрещено?! Глеб искренне не понимал.

Зато, она, кажется, умудрилась помириться со своими друзьями, что устроили шумиху на вечеринке. И даже поспокойнее стала – хотя бы взглядом-молнией в него не бросалась, замечая слежку.

Раздался стук в дверь.

Глеб снова прогуливал, развалившись в наушниках на кровати. Слушать музыку в полудреме – его отдушина, пока рядом нет любимой гитары. И кто же приперся? Только бы не Жанна Олеговна…

Но дверь приоткрылась, впуская Полину.

Глеб моргнул – он совсем про нее забыл. Девушка была не в спортивной форме и чуть растрёпанная – только вернулась с больницы?

— Привет, — говорит Полина, поджимая губы и подходя ближе. Напряженная, с напускной уверенностью на лице. Она оглядела комнату, проверяя, одни ли они.

Сейчас что-то будет, с болью подумал Глеб и снял наушники.

— Ну привет, — ленивый ответ.

Полина поморщилась, будто он её ударил. Да что не так? Немного помявшись, она решила сразу перейти к делу:

— Ты… ты почему меня не навещал?

— В больнице?

— Все наши приходили. Даже тот недоумок, что уронил меня, вместе с Комаровой! — повысила голос Полина. Он был пропитан обидой и горечью.

Глеб удивился – Алина приходила?

— Травма же была несерьезная, — пожал плечами Глеб. Он не хотел злить или огорчать девушку, приходилось увиливать.

— И что?! Сколько еще ты будешь притворяться?! — неожиданно выкрикнула Полина, оказываясь рядом.

Голос приобрел злые нотки. Пошло поехало…

— О чем ты? — выдохнул Глеб, отводя взгляд. Какие интересные стены.

А Полина схватила его за подбородок и повернула к себе. Праведная злость с болью плескались во взгляде, а голос чуть подрагивал, но оставался твердым:

— Ты прекрасно знаешь, о чем я. Хватит дурить, Глеб.

Глеб отпихнул её руку.

Конечно, он понимал, но тщетно надеялся, что они никогда не будут говорить об этом. Встал с кровати и потер переносицу, будто ожидая, что Полина просто уйдет. Но девушка не собиралась сдаваться.

— Так страшно меня отшить или что? — сдавленно спросила позади. Попыталась коснуться плеча, но Глеб дернулся. — Я… я думала, что между нами что-то есть. После той ночи…

— Та ночь была ошибкой! — выкрикнул Глеб, оборачиваясь.