— Я еще не умерла, — ворчит Джей.

Я приподнимаю локоть и поправляю ее, чтобы она сидела ровнее. — Мне позвонить в больницу, чтобы они подготовили бригаду?

— Теперь ты заботишься?

— Я бы не сказал, что забочусь, — честно отвечаю я.

Но, может, и забочусь. Я хочу увидеть, что случится, когда часы станут красными. Так что, по определению этого слова, я заинтересован в том, чтобы она не умерла, пока я не стану причиной этого.

— Мне нужна вода, — хрипит она.

Датч указывает на центральную консоль. — У меня там есть бутылки.

Сол открывает бардачок и достает бутылку воды. Я беру ее и предлагаю Джей. Она берет ее, а затем лезет в свою сумочку за прозрачным блистером таблеток.

— У тебя были лекарства? — спрашиваю я, удивленный. Почему она не приняла их, как только почувствовала симптомы в классе?

Джей кладет таблетку на язык, но у нее не получается открыть бутылку воды. Забрав ее, я откручиваю крышку. Она делает большой глоток, и несколько капель стекают по подбородку. Я легко стираю их.

Джей отмахивается от моей руки, как от назойливого комара, но это всё, на что у нее остались силы, потому что она обмякает, устраиваясь в изгибе моего плеча и шеи так, словно была создана для этого места.

Странная тишина звенит в ушах. Когда я поднимаю взгляд, Датч резко отворачивается, фокусируясь на дороге, а Сол смахивает невидимую пыль с куртки. Никто из них не проронил ни слова, пока мы не доехали до больницы.

ФИНН

Датч останавливает машину перед больницей. Я перевожу взгляд с двери на Джей, раздумывая, как мне выйти, держа ее на руках.

— Тебе нужно, чтобы я притащил коляску или что-то в этом роде? — предлагает Датч.

В этот момент Джей просыпается. Она замечает, что все еще прижимается ко мне, и ее тело реагирует мгновенно. Я чувствую каждый дюйм ее тела, скованного отвращением, прежде чем она хлопает меня ладонью по груди и использует мой пресс, чтобы оттолкнуться.

Я кряхчу. Эта маленькая дрянь ударила прямо по моим ушибленным ребрам. Она сделала это специально.

— Наконец-то мы на месте, — бормочет она, будто вся поездка на моих руках была сущим адом.

Я решаю не держать на нее зла. Она больше не похожа на оживший труп, а ее глаза сияют ярче. Опасность миновала, но она все еще кажется слабой.

Джей открывает дверцу.

— Датч, Сол, было приятно познакомиться. Финн… — она показывает мне средний палец, но так как она еще не пришла в себя, это получается не очень эффектно. Приложив руку к груди, она слабо смотрит на меня из-под челки и хрипит: — Давай больше никогда не увидимся, окей?

Я позволяю ей самой проковылять внутрь здания больницы. Медсестра встречает ее, как только она проходит мимо стойки регистрации. Ей немедленно приносят кресло-коляску.

— Ты просто позволишь ей уйти? — удивляется Сол.

— На данный момент — да.

— А потом?

Я поворачиваюсь к своему лучшему другу с пустым выражением лица.

Сол вздрагивает. — Это пугает. — Он хлопает Датча по плечу. — С такой физиономией, разве он не выглядит уже как глава якудза?

— Это не смешно, — бормочет Датч.

— Ты же понимаешь, что именно это он и есть, — сухо отвечает Сол.

Ноздри Датча раздуваются. — Нам нужно вернуться домой и разработать план. Теперь, когда Джей работает с нами, я хочу, чтобы у нее было всё необходимое для установления контакта с Кейденс.

Меня не удивляет, что Датч ходит вокруг да около темы моего будущего вступления в руководство якудза. Моим братьям некомфортно из-за моего участия в организации, больше, чем любой из них готов признать.

Мы не обсуждали это подробно. Сомневаюсь, что это когда-нибудь произойдет. Что касается этой стороны моей жизни, они смирились с тем, что некоторые вещи неизбежны, и им лучше не знать деталей.

На приборной панели автомобиля появляется иконка телефона. Сол касается интерфейса, и из динамиков раздается голос Зейна:

— Вы еще в больнице?

— Только уезжаем, — говорит Датч. — Что нашли на месте?

Сол чешет шрамы на запястье, которые так и не зажили должным образом. — Одна из банд с южной стороны разгулялась в пригороде?

— Нет.

— Тогда что случилось?

— Абсолютно ничего, — отвечает Зейн.

Датч ворчит. — Что это значит?

— То, что я сказал. Никаких гильз. Никаких следов шин. Никаких записей.

— Никаких записей? — я подаюсь вперед. — В «Редвуд Преп» камеры повсюду.

Я также видел, как Джей внимательно смотрела в телефон, когда я зашел в кабинет химии. Она смотрела прямую трансляцию с той самой печально известной парковки за школой. У меня предчувствие, что она увидела что-то важное.

— Кто бы это ни был и что бы ни случилось, кто-то подчистил всё. Говорю вам, чисто, как в операционной, — говорит Зейн.

— Ты звучишь слегка впечатленным, — отмечает Сол.

— Я просто гадаю, те ли это люди, что забрали девочек. Если мы сможем выйти на них…

— С девочками всё иначе, — Датч сжимает руль. Это не первый раз, когда наши родители насильно разлучают его с Кейденс, вероятно, поэтому он так хорошо справляется с ситуацией. — Кто-то отправил Джинкс запись того, как Кейди и Грей похищают. Они намеренно оставляли для нас хлебные крошки.

— Думаешь, у Джинкс есть запись сегодняшней ночи? — размышляет Сол.

— Сомневаюсь.

Это напоминает мне. Мне нужно заполучить жесткий диск Джинкс и немного покопаться. Тот факт, что у Джинкс единственной было видео похищения, раздражает меня. Теперь, когда я знаю, что девочки у мамы, я начинаю думать, что сцена, где Кейденс и Грей силой заталкивают в серый фургон, была инсценировкой.

— Знаете, что странно? Последнее сообщение от Джинкс гласило, что она скоро с нами встретится, — Сол достает телефон и читает текст Джинкс: — «Привет, принцы Редвуда. Получили мой подарок? Этот хранитель секретов готов раскрыть все свои карты. Почему? Потому что у меня есть кое-что, что нужно вам, а у вас есть кое-что, что нужно мне. Вы меня еще не знаете, но скоро я буду ближе, чем ваш следующий секрет. Увидимся, Джинкс». — Сол отрывается от экрана. — Она выходила с кем-то из вас на связь?