После этого мы обсудили, что она хочет ещё и шарф, но такой, чтобы было удобно и не громоздко. Мне на ум моментально пришли модели по типу манишки — своего рода верхняя часть свитера с высокой горловиной, предназначение которой прежде всего закрывать именно шею и верхнюю часть груди и спины. И в ношении она невероятно удобна!

Не поленилась и даже нарисовала это на листочке, причем несколько моделей: и просто шарф-трубу, который прикрывает лишь шею, и коротенькие манишки, и длинные — с круглым краем и острым.

— Интересно ка-а-ак, — качала головой Берта, внимательно рассматривая рисунки. — Но сложно, да?

— Совсем нет, — заверила её. — Это обычное вязание, лицевые и изнаночные петли. В вязании вообще ничего сложного нет, по мне так готовка гораздо сложнее будет. Не волнуйся, я тебе помогу. Какую хочешь? Если боишься сразу большую вязать, давай начнем просто с ворота? И с пуговками по задней части шеи. А потом просто пришьем к нему дополнительные детали.

— А давайте! — воодушевилась Берта и я, рассчитав ей нужное количество петель, оставила её с новым, ничуть не менее увлекательным и полезным делом.

Сама же, добравшись до своей гардеробной, придирчиво изучила все имеющиеся там платья. Решительно отказалась от летних и чрезмерно открытых. Март на дворе! Да и не на бал я собираюсь.

При этом я крайне смутно представляла местную свадебную моду, а у Берты спрашивать было слишком рискованно, так что напрягла память, изучила ассортимент и остановила свой выбор на относительно строгом прогулочном платье из набивного шелка глубокого синего цвета с легким серебристым рисунком, словно изморозью. К нему нашла подходящие серьги с жемчугом в серебре, потому что золото сюда точно не подходило, а на шею решила сплести хлопковое колье во всё той же технике фриволите. Своего рода милый кружевной чокер. Нитки нужного цвета у меня как раз были!

Прекрасно понимая, что времени в обрез, я подхватила нужные катушки из верхнего ящика комода и перебралась снова в кабинет, где сначала нарисовала несколько эскизов, жалея, что у меня нет разноцветных карандашей, и только потом приступила к кружевоплетению.

Я сплела где-то половину, когда меня отвлекла Берта, заявив, что обед готов, а ещё из города вернулись мужчины, привезя для меня и черную пряжу, и мороженую бруснику с капустой, так что на обед у меня был не только супчик с тушеной говядиной и пюрешкой, но и мисочка с капустой, куда я накидала ягоды, которая чуть позже отправилась и в чай.

Берта, глядя на это, с сомнением уточнила:

— Вкусно? Кисло же.

— Зато полезно!

На это у неё возражений не нашлось, а после обеда я снова засела в кабинете и, наконец, доплела себе первое кружевное украшение. Получилось достаточно мило и аккуратно, чтобы я не постеснялась надеть его на собственную свадьбу, а застежки я аккуратно сделала из умеренно толстой проволоки, ловко загнув из неё крючочки и пришив к кончикам кружевного колье нитками.

Красота!

После этого пришлось поднапрячься и сосредоточиться на задании, которое мне дал Дэймос, чтобы не разочаровать его ожиданий, и тут меня то ли вдохновение посетило, то ли второе дыхание открылось: я как-то одним махом всего за три часа навязала аж семь «снежинок», чередуя медь и серебро, так что, когда ко мне заглянул сам Рауф, я уже доделывала седьмую. Пальцы ныли, но умеренно, и я точно знала, что завтра тоже будут ныть, но чувство глубокого удовлетворения от созданной красоты было сильнее.

И ка-а-ак же мне было приятно видеть горящие чистым янтарем глаза Дэймоса, когда он подошел ближе и внимательно изучил не только металлические заготовки, но и нитяное колье, которое лежало тут же — на краю стола.

— Очень нежно… необычно, — произнёс, взяв в руки в первую очередь его. — У тебя определенно есть вкус и чувство гармонии. Хм-м… Уже вплела в него силу? А зачем?

— Куда я чего вплела? — озадачилась.

— Неужели интуитивно? — в свою очередь удивился Дэймос и обошел стол, вручая мне украшение. — Надень. Хочу посмотреть, как оно будет выглядеть и ощущаться на тебе.

Снова с какой-то стати смутившись, тем не менее я послушно взяла из его рук колье и застегнула на своей шее, задрав голову, чтобы ему было лучше видно.

— Встань.

Его голос прозвучал на тон ниже обычного, а зрачки стали резко больше — я заметила это сразу, потому что смотрела Дэймосу в глаза, стараясь поймать реакцию.

Встала.

Сначала он изучал мою шею. Затем его взгляд, от которого вдруг начало печь кожу, пополз выше. Застыл на губах. Мне пришлось сглотнуть и облизнуть резко пересохшие губы, чтобы тихо спросить:

— Ну как?

И только после этого он посмотрел мне в глаза.

— Очень… — хрипло начал и тут же торопливо кашлянул, прочищая горло, — впечатляет. Это полноценный светлый оберег для… женщин.

— То есть? — заинтересовалась его словами, замерев, когда он сделал шаг ко мне и медленно поднял руку, словно позволяя успеть отстраниться. Но когда я этого не сделала, то коснулся костяшками пальцев моей щеки, проведя до скулы и к уху, под конец зарывшись пальцами в волосы на затылке. — Дэймос?

— Что?

— Что ты делаешь?

— Хочу тебя поцеловать.

О-о… Ну, конечно. Как я сама не догадалась?

— С чего бы?

— Ты красивая.

— Ты всех красивых девушек целуешь?

— Нет, — усмехнулся мимолетно, и приблизил своё лицо к моему, продолжив говорить прямо в губы, — только тех, кому предлагаю замуж. Ты первая.

И нет, я не стала язвить: «польщена».

Это действительно было слишком мило, чтобы язвить!

В итоге я не просто позволила ему поцеловать меня, приоткрыв губы, куда почти сразу скользнул его язык, но и сама закинула руки ему на плечи, прижимаясь так крепко, что одежда очень быстро показалась слишком лишней.

Внезапно я оказалась сидящей на столе с бесстыже раздвинутыми ногами, а Дэймос вклинился между них, продолжая меня целовать, а потом…

— Эр-р-ржена! — рыкнул так, что я аж подпрыгнула на столе, уставившись на него широко распахнутыми глазами. — Ты… чулки где⁈

Упс.

— То есть под юбку мне до свадьбы лезть можно… — проворчала насупившись, когда он отстранился, чтобы я впечатлилась его насупленными бровями и гневно полыхающим взором.

И сама опустила задранный подол вниз, прикрывая не только колени, но и всё остальное.

— Мы с тобой обсудили этот вопрос? — на меня посмотрели ещё суровее.

— Ну, да-а-а… — протянула, закатив глаза и выразительно вздохнув. — Я забыла! Просто забыла! Ты меня сбил с мысли этим своим предложением. И вообще, сегодня тепло. И камины натоплены. И я никуда дальше этих трёх комнат не выбиралась. Не ворчи. Ну?

Я посмотрела на него взглядом пай-девочки, которая всё осознала и больше не будет.

Четко до следующего раза.

А потом я чихнула.

Совершенно внезапно и без предупреждения!

— Та-а-ак… — протянул Рауф тоном моего лично палача. — Это что сейчас такое было?

— Аллергия на твоё ворчание? — улыбнулась мило. И шмыгнула носом.

— Выпорю. Точно выпорю, — зловеще шикнул маг, после чего сдернул меня со стола и потащил на выход. — А ну, живо надевать чулки и минимум три нижних юбки!

Молча проглотив обиду, потому что глобально он был прав, а я — чучундра, забыла, что хотела помедитировать, купировав простуду в зародыше, меньше всего я ожидала, что он как и в прошлый раз доведет меня до кровати, сам найдет в гардеробной всё, что покажется ему нужным, вернётся, бросит вещи мне на колени и встанет надо мной суровым исполином, сложив руки на груди.

— Одевайся.

— Слушай, ну это уже перебор, — нахмурилась. — Мы ещё не женаты, а ты уже арбузишь. Выйди. Я тебе не подчинённая и не рабыня, чтобы ты ко мне так относился. Да, сглупила. Признаю. И сейчас всё исправлю. Козлить не надо, а?

Посмотрев на меня долгим, темным и пугающе нечитаемым взглядом, Дэймос чуть дернул подбородком, а потом стремительно вышел, на мой взгляд, довольно громко хлопнув дверью.