— Я помогу вам со всем! — горячо заверил граф. — Я богат, у меня связи, я могу нанять лучших адвокатов, чтобы заткнуть этого вашего бывшего. А с призраками… ну, с призраками мы как-нибудь договоримся.

Я вздохнула. Граф был искренен, это чувствовалось. Но что-то во мне сопротивлялось. Слишком быстро, слишком легко. После Элиана я не могла доверять первому порыву.

— Дайте мне время, — попросила я. — Познакомимся получше. А пока… давайте просто будем друзьями?

Рудольф на мгновение огорчился, но потом взял себя в руки.

— Хорошо, — сказал он. — Я подожду. Но знайте: я не отступлюсь.

Он поцеловал мне руку и удалился, пообещав зайти вечером.

Я перевела дух и отправилась на кухню, где меня ждал барон Леопольд. Он сидел за столом, пил чай (откуда взял — загадка) и смотрел в окно. При моём появлении он обернулся, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Алисия, — сказал он просто. — Присаживайтесь. Я хотел поговорить без свидетелей.

Я села напротив, чувствуя, как от его спокойной уверенности веет надёжностью.

— Вчера я много думал, — начал Леопольд. — О вас, о том, что произошло. Вы удивительная женщина. Не потому, что у вас есть призраки и растения, а потому, что вы не сдаётесь. Вас пытались уничтожить, а вы выстояли. И даже преуспели.

— Спасибо, — тихо сказала я.

— Я не буду просить вашей руки, как граф, — продолжил он. — Я знаю, что вы не готовы. Но я хочу быть рядом. Помогать, защищать, если понадобится. И если когда-нибудь вы решите, что готовы к чему-то большему… я буду ждать.

Он говорил это так просто, без пафоса, что у меня защипало в глазах. Барон был не из тех, кто бросается словами. Если он обещал ждать — значит, будет ждать.

— Леопольд, — сказала я, накрывая его руку своей. — Спасибо. Это… это много для меня значит.

Он улыбнулся — редкость для его мрачного лица — и кивнул.

— А теперь идите к принцу. Он там на крыльце, кажется, собирается ставить рекорд по ожиданию.

Я рассмеялась и пошла открывать дверь.

Принц Август действительно стоял на крыльце, скрестив руки на груди, и смотрел на горизонт с видом оскорблённого достоинства. При моём появлении он оживился.

— Алисия! — воскликнул он. — Наконец-то! Я уж думал, вы забыли обо мне.

— Простите, ваше высочество, — я присела в реверансе. — У меня были другие посетители.

— Знаю, — поморщился он. — Граф и барон. Эти двое меня уже достали. Слушайте, Алисия, давайте без церемоний. Я принц, я могу дать вам всё: положение, деньги, защиту. Выходите за меня замуж. И дело с концом.

Я посмотрела на него. Красивый, самоуверенный, привыкший получать всё по первому требованию. Но за этой самоуверенностью чувствовалось что-то ещё… может быть, одиночество?

— Ваше высочество, — мягко сказала я. — Вы очень щедры. Но я не та женщина, которую можно купить титулом. Я хочу любви. Настоящей. А не союза по расчёту.

Август нахмурился.

— А если я скажу, что люблю вас?

— Вы сами в это не верите, — покачала головой я. — Вы меня не знаете. Знаете только то, что видели на балу и в суде. А это лишь верхушка айсберга. Поверьте, во мне много такого, что вам не понравится.

— Например? — выгнул бровь принц.

— Например, я разговариваю с призраками, — улыбнулась я. — Кормлю мясом зубастые растения и могу в гневе огреть метлой кого угодно, даже герцога. Я не умею вести себя при дворе, не знаю этикета и, скорее всего, испорчу вам всю репутацию.

Август задумался. Потом неожиданно усмехнулся.

— Знаете, Алисия, вы первая женщина, которая отказала мне не из кокетства, а искренне. Это… освежает.

— Рада, что смогла вас удивить, — улыбнулась я.

— Ладно, — сказал он. — Я тоже подожду. Но недолго. Имейте в виду, я принц, и привык добиваться своего.

Он галантно поцеловал мне руку и удалился, оставив после себя запах дорогого одеколона и лёгкое раздражение.

Я вернулась в дом и рухнула на кухонный стул. Герани, наблюдавшие за происходящим через окно, одобрительно защёлкали.

— Что, хороша? — спросила я их. — Троих за раз отшила. Теперь будут ходить и ждать.

Медовый выпустил облачко аромата, словно говоря: «Правильно, не спеши».

Эльза, появившаяся из стены, покачала головой.

— Ты как с ними разговариваешь? Они же просто растения.

— Не просто, — возразила я. — Они мои проводники. И, кажется, знают что-то, чего не знаю я.

— Например?

— Например, кого выбрать, — вздохнула я. — Потому что я сама совершенно запуталась. Граф — весёлый, лёгкий, с ним никогда не скучно. Барон — надёжный, спокойный, с ним чувствуешь себя в безопасности. Принц — властный, но в нём есть что-то… не знаю, глубина, что ли. И все трое, кажется, искренни. Как выбрать?

— А может, не надо выбирать? — усмехнулась Эльза. — Живи в своё удовольствие, встречайся со всеми. Пока не поймёшь.

— Это нечестно по отношению к ним, — покачала головой я.

— А они сами лезут, — резонно заметила призрак. — Ты их не звала.

Я задумалась. В её словах была логика.

После обеда пришло приглашение от Общества вдов. Фрау Шелленберг писала, что сегодня в пять у баронессы фон Виттен состоится экстренное чаепитие. Явка обязательна. Обсуждается важное дело.

— Опять что-то случилось, — простонала я, но поплелась собираться.

В доме баронессы было многолюдно. Вдовы сидели в гостиной, пили чай и громко обсуждали вчерашние события. При моём появлении все замолчали, а потом разразились аплодисментами.

— Алисия! — воскликнула баронесса, поднимаясь мне навстречу. — Вы героиня! Весь город говорит о том, как вы провели этого мерзавца! И как герани покусали его в суде!

— Это было не я, это растения, — попыталась отмахнуться я.

— Не скромничайте! — замахала руками фрау Шелленберг. — Садитесь, рассказывайте. И главное — что там с вашими тремя кавалерами? Все трое сегодня утром были замечены у вашего дома!

— Они приходили, — призналась я. — Граф предлагал руку и сердце, барон обещал ждать, а принц… принц требовал, чтобы я вышла за него.

Вдовы ахнули. Эмма даже чаем поперхнулась.

— И что вы ответили? — спросила она, вытираясь салфеткой.

— Всем троим — что мне нужно время, — честно сказала я.

— Правильно! — одобрила баронесса. — Нечего спешить. Пусть побегают. А вы пока присмотритесь. Граф — милый, но ветреный. Барон — надёжный, но мрачный. Принц — блестящий, но опасный. Кто из них лучше — боги знают.

— А может, никого не выбирать? — предложила какая-то пожилая вдова. — Жить одной — тоже счастье. Я вот тридцать лет одна, и ничего, довольна.

— Ну, тебе-то хорошо, — возразила другая. — У тебя магазин, дом, кошки. А ей молодой ещё, хочется любви.

— Любовь — это хорошо, но с умом, — резюмировала баронесса. — Ладно, девочки, оставим Алисию в покое. Пусть сама решает. А у нас другая тема.

Она понизила голос и оглянулась, словно боялась, что подслушают.

— До меня дошли сведения, что в городе появились какие-то тёмные личности. Расспрашивают о доме на Тупиковой улице, о его хозяйке, о странных растениях. Будьте осторожны, Алисия. Это может быть связано с вашим бывшим женихом, а может, и с кем-то другим.

— С кем, например? — насторожилась я.

— Не знаю, — пожала плечами баронесса. — Но будьте начеку. И герани свои держите при себе. Они, похоже, ваша лучшая защита.

Я поблагодарила за предупреждение и вскоре распрощалась. На душе было тревожно. Кому ещё мог понадобиться мой дом?

Домой я вернулась уже в сумерках. Подходя к калитке, заметила, что в окнах горит свет, хотя я точно помнила, что уходя гасила все лампы. Сердце ёкнуло. Я тихо вошла в прихожую и замерла.

В прихожей было… оживлённо. Посреди комнаты, сверкая глазами, стояли две женщины. Обе прозрачные, обе в роскошных платьях, обе с коронами на головах. Одну я узнала — это была императрица, мать принца Августа, та самая, что явилась в суде. Вторая была ей подозрительно похожа, но старше, величественнее и, кажется, злее.