— Вы полагаете, эфенди, что террористы уже покинули шахту? — спросил офицер Эль Шадияр, Усман ибн-Юсуф Аль Сагир.

— Полагаю. Но они могли оставить тут неприятные сюрпризы, так что не расслабляйтесь. Установите усилители сигнала, чтобы мы не остались без связи с поверхностью.

Аль Сагир кивнул и занялся делом. Вад-принц достал из рюкзака планшет, открыл план-схему шахты и поднял ее над экраном.

— Думаю, они прошли по верхним тоннелям. Генератор не работает, значит, и система вентиляции тоже. Внизу они бы задохнулись.

— Здесь можно пройти, — Мурад прочертил пальцем примерный путь до второго выхода на поверхность. Он был ближе к заброшенному шоссе, что вело к промышленной зоне.

— Кто знает, можно тут пройти или нет. Этой схеме около сорока лет, что на самом деле творится внутри — никому не известно. Ну вот сейчас и узнаем, — бодро заявил АльНилам и повернулся к Аль Сагиру: — Готовы? Спускаемся на первый уровень.

Стоило им опуститься на первый уровень шахты, как воздух стал намного тяжелее. Мурад порадовался, что взял дыхательные маски и несколько кассет кислорода.

— Здесь кровь, — сказал Аль Сагир, поводив фонарем по стенам и полу. — Следы растерты, но ведут вглубь тоннеля.

Они двинулись вперед, вглубь горы. Если террористам удалось пройти по шахтам сквозь Фанзиль, размышлял Мурад, то куда они делись потом? Флорофауна не оставляла ни единого шанса заброшенным дорогам, так что террористам пришлось бы прорубать себе путь к новой дороге. По ней они бы попали в промзону и… что дальше? Промзона активно использовалась, там располагался завод по выпуску криокейсов для хранения эбрионов. Гм!

— Эфенди, — на минимальной громкости сказал Ан-Файяз, — в промышленной зоне находится завод криокейсов. Без которых нельзя транспортировать эмбрионы.

— Любопытно, — глаза АльНилама блеснули. — Проверим, когда вернемся. Хотя на записях видно, что один из террористов нес чемоданчик, так что криокейс они позаимствовали в центре, потому что входили в него без багажа. Стойте!

Группа остановилась. Тоннель расширялся, образуя большую искусственную пещеру. Вад-принц вышел вперед и обвел ее пристальным взглядом. Он, конечно, не просто смотрел.

— Здесь у них была стоянка, — сказал вад-принц; голос у него стал напряженным. — Осмотрите тут все, только осторожно.

Группа Аль Сагира рассредоточилась по пещере. Эфенди поманил Мурада за собой и подвел к месту, где пятен крови было еще больше, а неподалеку валялось несколько шприцов, упаковка от регенерационной повязки, пара флаконов обезболивающего и антисептика. Якзан подобрал упаковку и флакон. Средства были довольно дорогими.

— Кто-то не поскупился на оснащение. Может, и кассетами с кислородом обеспечил. Тогда они могли бы спуститься на нижние уровни.

АльНилам покачал головой и повел якзана дальше. В нескольких метрах от импровизировнного «медпункта» они нашли свалку — у стены пещеры высилась куча пачек от быстрой еды. Такие банки и тюбики питательных протеиново-углеводных смесей обычно кладут в солдатские пайки, хотя стрим-десант питается получше.

— Смотри, сколько их, — тихо сказал вад-принц. — Одной банки здоровому рослому мужчине хватит на сутки. А тут, судя по количеству упаковок, пряталось человек пятьдесят. Ну или двадцать пять — если они провели в пещере два дня. А еще, — он втянул носом воздух, — в сорока метрах отсюда есть ответвление, в котором они устроили отхожее место. Восемь человек не оставили бы после себя такой… концентрированный аромат.

— Почему они не убрали за собой?

— Кто знает. Может, торопились. Может, решили, что их тут не найдут, — эфенди перевел взгляд на Ан-Файяза. — Это уже не группировка, Мурад, и мы имеем дело не просто с кражей. Кто-то набирает себе армию.

— Вербует молодняк, — сказал якзан, хмуро глядя на следы жизнедеятельности террористов. Ему это все не нравилось. — Диего Рамосу, труп которого мы нашли в лесу, тоже было всего двадцать три.

— Молодняк не засвечен или почти не засвечен, — пробормотал АльНилам. — У него очень мало связей, которые можно отследить. Молодежи легко заморочить голову, но… не настолько же, чтобы они убивали себя без тени сомнений!

— Настолько, — ответил Мурад. — Вспомните Федерико Галлана, эфенди. Харизматичный психопат, к которому стекались толпы сторонников. Пока он не стал убивать их ради спасения собственной шкуры, за ним шли тысячи, при чем добровольно.

АльНилам долго молчал, глядя, как группа Аль Сагира обыскивает пещеру.

— Последнее, чего бы я хотел, — процедил вад-принц, — это оказаться у истоков новой войны с террористами. Я не готов платить такую цену за то, чтобы освободиться.

Мурад положил руку ему на плечо. Галлан был убит в 205 году, а до того Аялу и колонии шесть лет лихорадило от войны с его армией террористов, фанатиков и радикалов. Галлан брал к себе всех — а сейчас кто-то, похоже, решил повторить его путь к успеху. И этот кто-то был чертовски богат.

— Вы уверены, эфенди, что стоило поручать Ночной Птице анализ по Рамосу? Она все-таки не из Эль Шадияр и не аналитик СБ.

— Она достаточно сообразительна, чтобы с этим справиться. А если тебя волнует ее благонадежность, то я ее проверил в первый же день.

— Я бы предпочел заниматься этим сам, — недовольно сказал Мурад. АльНилам погладил его по руке:

— Ты мне нужен здесь. Нам еще предстоит выяснить, каким образом могла бесследно исчезнуть такая толпа народу.

Когда они выбрались на свежий воздух, уже перевалило за полдень. Путь по шахтам Фанзиля был так долог, что Мураду уже казалось, будто они никогда не выйдут на поверхность. Тем не менее, ориентируясь на указания АльНилама, они наконец добрались до такой же рукотворной пещеры, как и та, с которой начался их спуск. Здесь тоже были двери, которые явно недавно открывались и которые кто-то позаботился смазать и привести в рабочее состояние.

Выход из шахт привел их на площадку, которая была куда больше, чем та, что с другой стороны горы. Здесь имелась заброшенная и полуразрушенная линия спуска для вагонеток с добытыми в шахтах ценными ископаемыми, вырубленная в скале лестница для людей на случай отключения техники и три подъемника. Все они застряли посередине их подъемных рельсов, так что для спуска террористы не могли воспользоваться ни ими, ни линией для вагонеток.

Мурад подошел к ограждению и посмотрел на лестницу. Она была в довольно хорошем состоянии, хотя перила были практически разрушены. Однако якзан не видел ни крюков, вбитых в скалу для облегчения спуска, ни других следов спуска. При этом нижняя треть лестницы ныряла в заросли флорофауны. А флорофауна была далеко не обезобидна — раны террористу нанесла именно она, когда путалась откусить кусочек. Аль Сагиб установил это, когда нашел разорванные упаковки с антидотами от укуса местной растительности.

Но что больше всего беспокоило Ан-Файяза — полное отсутствие какой-либо тропы в лесной гуще у подножия хребта. Даже с учетом того, как быстро флорофауна скрывала любые просеки — хоть какой-то намек на след еще должен был оставаться. В конце концов, именно так они нашли тропу, по которой террористы добрались до Фанзиля. Тем более, что уходило как минимум двадцать пять человек — им бы потребовалась весьма широкая просека.

— Ничего нет, — сказал Мурад вад-принцу, когда тот подошел к лестнице. — Похоже, они улетели.

— Не похоже, а точно, — хмуро ответил АльНилам. — Вон там — старая площадка для джетов. Кто-то тщательно ее расчистил, а еще от нее разит топливом. Как минимум два джета приземлились тут, чтобы забрать группу. И куда они направились — никому не известно.

— Джеты, — Мурад покачал головой. — Эфенди, это довольно дорогое удовольствие. Боюсь, нам все же придется признать, что кто-то пытается снова развязать террористическую войну. А мы случайно ухватили за хвост какую-то операцию, смысл которой от нас пока что ускользает.

— И в самом деле, — пробормотал АльНилам. — Кража архива, эмбрионов и ценных специалистов… это не теракт. Это скорее выглядит как подготовка к удару по Корпорации. Но кто бы смог? У кого столько денег?