Гравитация с завидной регулярностью изменяла свою полярность, следуя за мановением чужой воли, от чего мое тело в буквальном смысле подбросило вверх, к потолку, навстречу двойке с щитами.

Те, конечно, не могли упустить такой подарок судьбы, и их соты стремились сплестись вокруг меня, образуя нечто похожее на замкнутую сферу, внутри которой добавлялось ещё и давление воздуха, сжимаемое с катастрофической скоростью.

— Алекс, нам пора что-то делать. — беспокойно зашептала наставница. — Если они закроют тебя целиком, то боюсь, что нас может раздавить избыточным давлением. — очередной факт, и без того мне известный, раздался от Вейлы. Не знаю, делала она что-то или нет, но некоторая часть энергии уходила в зону, где обычно располагалась девушка.

— Не бойся, не закроют. — процедил я в ответ сквозь стиснутые зубы. — Сделаю все, чтобы у них ничего не получилось.

Увы, но получалась откровенно хреновая ситуация. Такая, что времени на тонкие манипуляции у нас просто не оставалось. Пришлось, как всегда, выдавливать из себя максимум силы. Даже больше, чем максимум. Мои руки стремительно покрывались багровыми всполохами пламени, которое никого не могло согреть, а в прямом смысле стремилось вытянут жизнь из всего, к чему прикасалось.

Я, не дожидаясь, ударил ладонями в стороны, прямо по приближающимся к моей фигуре сотам.

Раздался звук, похожий на скрежет тормозов многотонного поезда, применившего протоколы экстренной остановки. Огонь, выпущенный мной, начал с жадностью пожирать оформленную структуру из пси, грубо выжигая связи с теми, кто их создал для управления.

Щитовики, все ещё расположенные под самым потолком, одновременно вскрикнули. Видимо ребята были не в курсе, что такое ментальный откат. Их связь, созданная со своими техниками, обратилась против них. Один из противников потерял равновесие, и камнем рухнул вниз, прямо на выставленные лезвия своего же товарища с вибрирующими когтями. Вот уж кому точно не повезло, когда точно между лопаток, с противным хрустом, вошли острейшие части тела его товарища и командира в одном лице.

Второй с щитами, оставшись без своего напарника, попытался отойти на безопасную дистанцию, страдая от последствий ментального удара. Но я, падая обратно на пол под воздействием очередной смены гравитации Шрама, перехватил его движение броском энергии. Получился такой фортель, что преобразованная в лед пси, потянула ноги вниз, и придала ему дополнительное ускорение. Так, вплоть до того, пока его лицо не встретилось с бетонным полом, да ещё с таким звуком, словно спелый арбуз сбросили с десятого этажа.

Ещё двое. Получается, минус три за неполную минуту.

Но финальная цена за эту скорость… она оказалась сильно выше, чем мне хотелось бы заплатить. В тот момент, когда приземлился на полусогнутые ноги, Шрам воспользовался моментом, сделав резкое, рубящее движение обеими руками крест-накрест.

Пространство, давящее силой, буквально разорвалось на пути ко мне.

Я не мог не почувствовать, как невидимые, стальные тиски, пытались обхватить мое плечо справа, прежде чем дернуть его вверх, в то время, как предплечье осталось зажатым обратным направлением гравитации.

Умный, очень умный ублюдок.

Звук моих ломающихся костей прозвучал в замкнутом пространстве коридора на удивление отчетливо, перекрывая даже грохот автоматов рядовых сектантов, которые так и не прекратили свой огонь.

Правая рука сейчас неестественно вывернулась в зоне локтевого сустава, сломанная сразу в двух местах. Боль пришла моментально, сопровождаемая ледяной пустотой, от которой в глазах на мгновение померк свет. А уж после… сознание затопила волна раскаленной лавы.

— Сука… — выдавил из себя, опять припадая на колени.

— Алекс! — образы Вейлы заметались внутри, ошпаривая меня волнами беспокойства и переживаний. — Твоя рука… ученик, твоя рука!

— Да живой я, живой. Не надо так кричать. — закрылся я от очередной порции свинца, и под действием гравитационной волны, выпущенной Шрамом, откатился назад, помогая себе здоровой конечностью.

Боль надо было притупить, либо хоть чуть-чуть заблокировать, иначе она точно сожрет остатки моей концентрации с небывалой скоростью. Для этого вновь пришлось обратиться к силе, преобразовывая ту в холод, и направляя в центр поврежденной области.

Ткани мгновенно онемели, покрываясь приличным слоем внутреннего инея, который надежно зафиксировал сломанные кости не хуже медицинского гипса. Это, безусловно, очень опасное решение, потому что каким бы «собственным» мороз не был, но он все равно разрушал живые клетки организма. Вот только выбирать не приходилось.

Тот одаренный, который был лидером этих защитников, и вел центральную тройку, понял, что я ранен. Он издал короткий, торжествующий рык, словно уже победил, и бросился в надежде добить, совершая зигзагообразные прыжки, чтобы у меня не получилось прицельно кинуть в него парочку снарядов.

— Шрам! — крикнул я, привлекая внимание, и целенаправленно игнорируя приближающегося убийцу, глядя прямо в темные провалы глаз Хранителя сектантов. — Неужели, все на что ты способен, это сломать мне руку, пока твои ручные шавки выполняют грязную работу? — громко засмеявшись, добавил. — Ты ведь обычный трус, трус, прячущийся за спинами фанатичных идиотов, мало того, так ещё ковыряешься в подвалах, проводя опыты на беззащитных детях? Знаешь, таким как ты, как не крути, просто не суждено добиться чего-то великого. Ты просто гнилой обрубок, который скоро сорвут!

Шрам сделал шаг назад.

Его грудь тяжело вздымалась, а напускное спокойствие, пожалуй, только сейчас дало трещину. Пусть она была небольшой, но даже так, сейчас можно было заметить жилку на шее мужчины. Она хаотично и с силой пульсировала, в такт фиолетовым полосам на лице. А те, словно живые крупные черви, танцевали под толстым слоем кожи.

Ему явно не нравилось, что подчиненные фанатики гибли один за другим, пока наверху, судя по нарастающему гулу взрывов, ситуация становилась все хуже и хуже.

— Ликвидировать его. — глухо, срываясь на шипение, приказал Шрам последним, оставшимся в живых. — Сделайте это медленно, чтобы этот мусор пожалел о случившемся.

Первым отреагировал лидер тех самых «Защитников». Боец, вместе со своими когтями на перевес, уже был в трех шагах от меня. Он занес свои смертоносные ладони для нисходящего удара, который по его задумке должен был разрезать меня надвое вместе с обледенелым полом.

Вот только… он совершил фатальную ошибку. Этот чудак реально поверил, что после нанесенного мне удара, я стал полностью беспомощным.

Увы, сейчас буду его переубеждать.

Когда его руки начали опускаться, выпустил рядом пси, раскручивая ту на полную мощность, сжимая до малого радиуса и совмещая со сферой. Огромный пласт ментальной энергии, которая у меня была, спрессовалась в крошечной зоне. Время снова практически остановилось, что позволяло рассмотреть даже мельчайшие нити на его балахоне.

Я хлестко выбросил здоровую руку вперед, перехватывая запястье нападающего. Мои пальцы, напитанные под завязку, намертво примерзли к его армированной перчатке. Вибрирующие когти остановились в каких-то миллиметрах от моей маски, заставляя композитный материал обшивки жалобно завыть.

— Теперь мой черед. — прошептал, скрывая улыбку.

И что было возможности пустил поток своей пси в обратном направлении, прямо сквозь его руку.

Что ж, не думал, что эффект будет настолько потрясающим, но его плоть, встречающаяся моему напору, начала лопаться со звуком разрываемой жести.

Буквально секунда, и его собственные конечности превратились в кровавое месиво. А следом резонанс направился вглубь грудной клетки. Одаренный захлебнулся кровью, а от напряжения его маску сорвало с лица, после чего тот уже рухнул на меня безжизненным мешком.

Я брезгливо оттолкнул его тело ногой, медленно поднимаясь во весь рост. Территория рядом и без того выглядела уныло, а теперь, так вообще, превратилась в сущий ад.