Многие цивилизации представляют космос как нечто тихое, бездушное и смертельное. Вот только для тех, кто проводит в нем бесконечные циклы, он выглядел совсем иначе.

Гудящий, вибрирующий маршевыми двигателями, он шептал что-то присутствующим языком систем жизнеобеспечения и едва уловимым треском статики на обшивке.

Хотя здесь, в системе «Маро-о», тишину разрывало нечто иное. Рев умирающих звезд и неслышный скрежет рвущегося металла, превращали пространство в бурлящий котел из плазменных сгустков и обломков.

Командор Альберт, словно вросший стоял на капитанском мостике тяжелого флагманского линкора «Ленса», заложив руки за спину. Не только внешне, но и внутренне мало что могло поколебать этого статного мужчину.

Его лицо, освещенное багровыми всполохами от ближайшей звезды близнеца, могло показаться наблюдателям монолитным, выточенным из тул’унди, драгоценного кристалла, используемого в лучших ювелирных домах Империи.

Тем временем, взгляд холодных глаз был прикован к голографическим сферам. Они проецировали шедшее сражение, где его эскадра пыталась сдержать лавину мятежников, охотящихся за мирными гражданскими судами, спешащими в зону перехода.

— Доложить статус правого фланга! — голос Альберта прорезал суматоху мостика, подобно хирургическим иглам капсул медицинского блока.

— Во славу Первых, Командор! — выкрикнул один из офицеров связи, так и не отрывая глаз от собственного рабочего терминала. — Докладывает Амбр, крейсер «Ультурра» находится под плотным огнем врага! Мятежники третий раз пробуют достать его брандерами. Они выводят те в зону прямого коридора, и разгоняют их до максимальных скоростей, от чего системы защиты не успевают перехватить все. Сейчас щиты «Ультурры» на пределе, ещё несколько попаданий и мы её потеряем.

Альберт набрал как можно больше воздуха, делая попытки подавить собственные эмоции, бушующие потоками энергии пси, стремящимися вырваться наружу.

Вот только слова бабушки, Арквель Ленсы Ариантано, до сих пор эхом отзывались в его голове, не давая сосредоточиться: «Ты потерял пятнадцать процентов флота… и ещё потеряешь». Она видела всё. Она знала наперед. И то, что сейчас происходило в пустоте за пределами мостика «Ленсы», было лишь подтверждением её слов.

Одновременно с этим на борту тяжелого крейсера «Ультурры», члены экипажа ощущали собственной кожей тот ад, творящийся в пределах космоса. Сирены выли что было сил, одновременно перекрывая команды офицеров и стоны металла отрывающейся обшивки.

Командир корабля, он же Капитан Периметра Амбр Трано, едва ли смог удержаться в кресле, когда очередной залп кинетических орудий сотряс корпус крейсера которым тот командовал.

— Командам, обслуживающим главный калибр правого борта, все батареи — огонь! — чеканил командным голосом один приказ за другим приказом. — Не дать этим мерзким предателям и шанса приблизиться к резервным порядкам Командора!

Пространство за бортом было заполнено вспышками.

Тяжелые орудийные системы крейсера выплевывали сгустки перегретой плазмы, впивающиеся в щиты противника. Если большой флот врага ещё хоть как-то держали удар, то вот у легких и малых кораблей шансов не было совсем. Корветы и фрегаты мятежников испарялись один за другим, что уж говорить о более мелкой мошкаре.

Но даже с учетом огромного количества смертей, их было слишком много. Они саранчой облепливали свои цели, выискивая уязвимые места в защите.

— Капитан, у нас разгерметизация в третьем блоке. Затронуты медицинские капсулы и зона стазиса! — донеслось из динамиков. — Автоматика не справляется, мы можем потерять раненых!

— Эвакуировать всех, кого успеваем. Спустя триста фаз — задраить переборки. — приказал командир корабля, и в его голосе не было ни капли сомнения. — Мы не можем потерять соседние помещения. Во славу Первых, мы выстоим!

Альберт наблюдал, как на тактической карте иконка одного из маневренных крейсеров пару раз опасно мигнула красным.

— Командор, «Валинор» передает, что у них критическое повреждение реакторной установки, они теряют ход. Есть вероятность, что они остановятся прямо в секторе встречной атаки!

— Передать «Химере», чтобы прикрыли отход «Валинора». Перехватчикам связать вражеские штурмовики и перехватчики. — Альберт развернулся, наблюдая за соседней сферой, которая отражала зону размещения резервов. — Не дать взять их на абордаж, ордеру охранения закрыть позицию между ними и основной группой врага, не оставлять никого на растерзания. — уверенно бросил командор несколько приказов.

В этот момент, флагман флота «Ленса» содрогнулся. К сожалению их экипажа, это был не обычный удар. А выстрел главного калибра точно такого же линкора, который только что вышел на дистанцию эффективного удара. Пол под ногами персонала задрожал, следом за чем послышался глубокий, утробный гул разгона собственных орудий, готовых в любой момент ответить.

— Командор, мы готовы дать залп главным калибром! — доложил один из старших офицеров. — Цель захвачена по предыдущим ориентирам.

— Сжечь выделенные цели. — коротко приказал Альберт. — Но не зацепите «Ультурру».

Огромные орудия внутри полусфер медленно повернулись. Пространство перед «Ленсой» на мгновение свернулось в тугую спираль, а затем чудовищный выброс плазменной энергии пронзил непроглядную тьму.

Сгустки были настолько яркими, что автоматические фильтры мостика едва ли успевали затемнить обзорные экраны. Через несколько мгновений на месте вражеских кораблей, атакующих один из крейсеров эскадры, расцвели ослепительные цветки взрывов. Огромные металлические массы превратились в горячие, раскаленные облака пара за какие-то доли фаз.

— Фиксируем попадания! Вражеский крейсер теряет ход, видим вторичную детонацию. «Ультурра» отходит на безопасное расстояние. — по мостику пронесся короткий одобрительный гул членов экипажа, который тут же стих.

Война не закончилась, ведь во многих местах все ещё пылали огни сражений.

Например, в ангарах «Химеры» кипела бурная деятельность.

— Пошел! Пошел! Пошел! — техник в подкопчённом комбинезоне неистово махал какими-то приборами, сигнализируя о взлете группе хищных, стреловидных силуэтов.

Очередная тройка перехватчиков с визгом сорвалась с магнитных держателей, молниеносно вылетая в открытый космос, тут же уходя в форсажном ускорении.

Пилот по имени Рин едва успел выровнять машину, как перед его глазами заплясали индикаторы захвата ближайшей к нему цели.

— Говорит Рин, звено «Рату-3», вошли в зону ближайшего контакта, работаем на поражение, без предупредительных. — выдохнул он в маску.

Мир превратился в калейдоскоп из звезд, лазерных трасс и обломков, вращающихся вокруг громаден корабельных остовов. Рин заметил, как прямо перед ним фрегат мятежников разорвало пополам точным попаданием выпущенной ракеты со стороны охранного ордера корабля-носителя.

Огромный кусок обшивки, с силой оторванный невидимым гигантом, пролетел в считанных метрах от кокпита перехватчика, едва не превратив в груду мусора его собственный корабль.

— Сверху! Рин, они у тебя на хвосте! — закричал ведомый по внутренней связи, маневрируя из стороны в сторону.

Пилот, услышав команду товарища, рванул ручку управления на себя, сопротивляясь колоссальным перегрузкам, вдавливающим его в глубже кресло. Да так, что в глазах замелькали темные точки.

Двойка перехватчиков, потеряв своего товарища в коротком противостоянии, выполнили немыслимый вираж, выходя прямо за спину нерасторопному врагу. Короткая очередь из кинетических пушек, и машина противников превратилась в облако разлетающихся искр.

— Есть! — выдохнул он. — Во славу Первых…

Но радость была недолгой.

Внизу, под ними, «Химера» содрогалась от попаданий ракет малой дальности, продолжая страдать от бесконечного нашествия небольших кораблей противника.