Ой-ёй! Как-то аж душно стало!

Я мельком посмотрела на него, и он всё ещё прятал взгляд.

Интересно, а ты думал меня поцеловать или мы, типа, дружим?

– Может, кофе? – поднял глаза Валерий.

– Ой, совсем забыла: мне же Жульку везти на прививку… – зачем-то придумала я и так натурально округлила глаза, что чуть яблоки не покатились по льду.

В этот вечер Валерий отвёз меня к тёть Гуле, а я чёрными ходами срулила с Жулькой в Горный Щит.

А по дороге всё думала о поведении Валерия и своём: почему-то в такие откровенные моменты я сравнивала его с другим – тем, о ком давно бы следовало забыть, но нет-нет, а этот зеленоглазый демон всплывал в памяти ямочками на щеках, задумчивым взглядом, непринуждённой игрой с Жулькой и тем, как падала его чёлка на лоб.

Так январь перетёк в февраль…

Маман теперь звонила раз в неделю, но каждый звонок начинался с вопроса: «Как у вас с Валерочкой?» А что у меня с «Валерочкой»? Всё хорошо! Эмоционально описывала, всё, что тот предпринимал, ну и так, для усиления «эффекта спа», пририсовывала яркие мазки, мол, цветы, подарки, проводы до дома… Ну а что, только ей можно баллады слагать? А мне легче дышалось, когда у маман в её хрупких извилинах буйно расцветала фантазия о моём, наконец-таки, замужестве!

9 февраля

За иллюминатором медленно растворялись сверкающие пики небоскрёбов, тая в плотной пелене облаков. Я сидела, пристёгнутая к креслу ремнями безопасности, – мы возвращались из Дубая.

Чем заняться, когда прилечу? Жулька дома ждёт, хорошо, что одним днём слетала. Валерий на форуме… И хорошо. Лягу и буду смотреть комедии… Или устроить вечеринку с Нюсей и Люсей? Они вроде тоже выходные…

А потом представилось, что Валерий ждёт в аэропорту с букетом цветов, чего, кстати, он никогда не делал. Симпатичным он был очень, даже очень. От того, как он смотрел на меня, становилось теплее на душе, аж улыбка расползлась до ушей… А затем представила, как поедем куда-то на ужин, и снова эта тишина за столом…

Беседу Валерий всегда умел и был рад поддержать, но если замолкала я, то и он не инициировал новых тем. Он просто молчал и наблюдал за мной, будто ему этого было достаточно. И не сказать, что с ним было скучно, но я всё чаще чувствовала себя золотой рыбкой в аквариуме: на меня любуются, а много-то и не поговоришь.

Вот странно, Стрельцова! Он никуда от тебя не бежит, пишет первым, назначает встречи, очень терпим к манюне (хотя тот на него практически не реагирует, аллилуйя, хоть намордник надевать не надо). Только даже за руку не возьмёт и не стремится вообще как-то сближаться. Готова ли я к этому, ещё не знаю, но сам факт удивляет. Вот спокойный до оскомины, аж треснуть хочется! И всегда такой идеально вежливый… А тебе-то что нужно?

Весь полёт провела с заевшим на табло вопросом: «Что нужно старшему бортпроводнику Е.Н. Стрельцовой?». А когда увидела целующуюся престарелую пару в бизнес-классе, стало как-то пусто внутри.

Может, самой сделать шаг навстречу? Глядишь, что-то сдвинется с мёртвой точки, может, и сомнения развеются…

Командир объявил о снижении. Я прислонилась виском к иллюминатору и посмотрела на родные пики гор.

Где-то там и мой домик, соскучилась уже по нему, по Жульке…

Захотелось устроить с манюней прогулку по тому маршруту, когда мы с Иваном его искали. И вдруг задержала дыхание…

Что мне нужно? Мне нужен Иван…

На запястье что-то капнуло. Я перевела взгляд на руку и поняла, что это капает с подбородка.

Ну вот ещё не хватало плакать по мужчине, который не ищет со мной встречи! И вообще, откуда ты знаешь, что он хороший? Потому что они с Жулькой снюхались? Ох, Стрельцова…

Едва сдала отчёт по рейсу, как пришло сообщение: «Жень, я соскучился. Приглашаю на ужин. Помню твоё расписание, 10 февраля в 18:00?»

Я округлила глаза и чуть не наехала чемоданом кому-то на ногу.

Соскучился?! Ничего себе! Похоже, мы переходим на новый уровень? А может, не всё так плохо и это мой новый шанс?»

Глава 27

10 февраля

Ну, вот он – душный зимний город: офисы, автомобили, густая дымка перед, между и над машинами…

Как же было замечательно в Дубае, где в это время радушное солнце: и не палит, и греет достаточно, чтобы ощутить всю прелесть жизни. Но в Екатеринбурге всё же есть уютное местечко – теперь это мой тихий домик. Раньше и подумать не могла об этом. Даже Жуля стал бодрее физически и спокойнее внутренне.

На встречу с Валерием поехала на такси: хотелось расслабиться, выпить вина, поэтому и Жулю оставила дома.

Сегодня я была в ударе: накрутила кудри, сделала яркий макияж, надела суперженственное шоколадного цвета платье с кружевными рукавами-фонариками, сапожки на шпильках – красиво, спасу нет. Захотелось быть нарядной, может, кавалер поймёт намёк. Сама никогда не вешалась на шею, вот и проверю его на смелость.

Валерий встречал у ресторана «напомаженный»: в коротком элегантном пальто, без шапки, идеальная чёлка спадала на лоб, пахло от него божественно – видно, новый парфюм прикупил.

– Ты очень красивая! – вместо обычного «добрый вечер» тихо заметил он, открыв дверь, галантно подавая руку.

Внутри приятно заиграло.

– Привет! – улыбнулась скромно.

Мы разделись и поднялись на второй этаж. В зале звучала негромкая живая музыка, тёплый свет ложился на столики, над широкими окнами на невидимых нитях мерцали светодиоды, как звёзды в ночном небе. Романтично, почти интимно. Все столики были заняты: ресторан не из дешёвых, и забронировать место здесь трудно.

Место выбрано многообещающее. Ясен пень, давно запланировал. Удачно, что надела такое платье. Прям душа поёт. Надеюсь, полёт пройдёт шикарно.

Наш столик оказался у центрального окна – всё, как я люблю: можно полюбоваться видами, когда кавалер помалкивает, удобные кресла, за спинами кадки с развесистыми фикусами – никто не будет смотреть в рот.

Мы сели, официант подал меню. Но Валерий, как обычно, был тих, больше смотрел на меня, чем в папку. Это льстило.

Ну не спи, действуй, Валера!

Только выбрали блюда, как подошёл менеджер и спросил, не наша ли машина заняла парковку служебного транспорта. Валерий коротко извинился, поднялся и улыбнулся мне:

– Я скоро.

Я кивнула и посмотрела на вино, предложенное официантом.

Зачем он приехал на машине? Ах да, он же не пьёт особо. Значит, наслаждаться одной мне.

Выбрала вино, официант наполнил бокал, и с удовольствием откинулась на спинку кресла. Уютная атмосфера ресторана укутывала, как пушистым пледом. Хотелось вот так сидеть долго-долго, смотреть в окно на кольцевую и просто плыть со временем.

Негромко запела вокалистка мою любимую Адель – я оживлённо повернулась в сторону сцены.

И вдруг на входе в зал увидела знакомое лицо, даже замерла на мгновение.

Это был Парфёнов! Одет, как всегда, с иголочки: белая рубашка, приталенный пиджак, зауженные брюки (которые я до сих пор на мужчинах не признаю!). А под руку его держала миниатюрная стройная брюнетка в скромном платье-футляре. Вадик на её фоне выглядел павлином.

Франт, как был, так и остался. Удивительно, даже не помню, когда в последний раз думала о нём – легко пришёл, легко ушёл. А раньше я по нему скучала. Хм…

Парфёнов провёл девушку к столику в дальнем углу (хорошо, не за соседний!). Она выглядела намного младше меня. Робкая, тихая, с опущенным взглядом, будто старалась не занимать лишнего места в этом мире. Усадив спутницу, Вадик огляделся – и вдруг заметил меня. Я успела отвернуться, но боковым зрением увидела, что он идёт ко мне.

Ё-моё, надеялась, не заметит. Вот странный: с ним такая милашка-одуванчик, а он тащится ко мне. Как не стыдно? Впрочем, совести ему скромно отсыпали, как выяснилось.

Парфёнов спокойно подошёл и, не успела я поднять голову, сел за столик, не спросив разрешения.

– О, какие люди! – чуть удивилась для вида.

– Я вижу, ты по‑прежнему цветёшь и пахнешь? – начал он, с напускной небрежностью разваливаясь в чужом кресле.