Где ваш покорный слуга, благодаря проявляющейся при переходе через Стазис дискретности времени, регулярно и с великой охотой, занимается тем, что любит и умеет больше и лучше всего. А именно выращиванием различных растений, животноводством и прочей, так милой сердцу любого фермера и помимо хороших денег, приносящей кучу радости и удовольствия, работой.* (*Более детально о происхождении главного героя и «попадании» его в наш мир читайте в цикле романов «Эльф на плоской Земле»).

Тут мои размышления были прерваны выходом а, вернее, «выбеганием» и «выкатыванием» на арену клоунов. И, даже не глядя на моментально заелозившего своей хитрой попкой чудо-ребёнка, я понял, что «зря мы сюда пришли».

Хотя, неверное, я не так выразился. Ведь, если подходить к ситуации с точки зрения «хорошо провести вечер» и «немного повеселится», место как раз самое, что ни на есть подходящее. А ограничивать зрителям участие в шоу и попробовать сделать программу «интерактивной», в принципе, никто не запрещал. Ни закон, ни регламент, ни даже какие-то, «принятые по умолчанию» но нигде и никем не прописанные, правила.

К тому же, как уже упоминал, артисты сами зовут детей на арену. Чтобы сделать представление чуточку более реалистичным и вообще… Наиболее плотно и качественно «нести искусство в массы».

А то, что это не понравится опекающим нас КГБистам — так это совсем не наши проблемы. К тому же, и я в этом более чем уверен, так нежно лелеемое ими «сохранение секретности», давно «пошло по пизде». То есть, прошу прощения за мой французский, все тайны «слиты», а зарубежная резидентура не выходит на контакт и не заморачивается попытками похищения лишь по тому, что просто пока не верит.

А всё происходящее считают каким-то фарсом или, как это бывает в подобных случаях, «провокацией Кей-Джи-Би».

— Леся, не смей!

Услышав краем уха заполошный шёпот Марины, я повернулся к проказнице и не нашёл ничего лучшего, чем подмигнуть. За что удостоился сурового и неодобрительного взгляда от любимой. Сопровождаемый крепким таким, и совсем недвусмысленным, тычком под рёбра.

Что, учитывая острый локоток и возросшую с приобретением способностей физическую силу, делало его очень даже ощутимым. Во всяком случае, было немножко больно и ни о какой «символичности» не шло и речи.

Честно слово! Дёрнул веком я почти случайно. Скорее действуя на рефлеках, чем осознанно. Но наше неугомонное и, как впрочем и всегда, фонтанирующее жизнерадостностью и энтузиазмом дитё, поняло всё по-своему.

И, бросив ехидный и, как мне показалось, даже немножечко презрительный взгляд на ухватившую её за шиворот Марину, телепортировалось на арену. Кде, сменивший клоунов жонглёр, демонстрировал «почтеннейшей публике» своё, надо признать, весьма достойное, для неодарённого условно-разумного, конечно, искусство.

Разного рода «инвентаря», вроде шариков, палочек, кеглей и даже «колюще-режущих», было в избытке. Да что говорить! В «арсенале» имелись даже факелы. Пока не зажжённые но, судя по плотоядному взгляду «появившейся из ниоткуда» девочки, заинтересовавшие мелкую в первую очередь.

Но, так как до поджигания дело пока не дошло, Леська не стала своевольничать. И, признавая главенство «взрослого дяденьки», просто включилось в игру. Нагло и беззастенчив перетянув к себе летящие по заданной траектории жонглируемые предметы.

Которые, описав красивую дугу, плавно переместились поближе к маленькой проказнице. И, повинуясь и управляемые телекинезом, тут начали выписывать в воздухе немыслимые и захватывающие дух фигуры.

Слегка опешивший, и немножко растерянный артист замер на долю секунды. Но, будучи профессионалом, тут же принял нахально навязанные условия. И, помогая себе ногой, и подхватывая с пола всё новые и новые предметы, он, оценив Леськино мастерство, устроил на пару с нахалкой настоящую феерию.

Пространство между двумя жонглёрами заполнилось целым роем летающих и крутящихся игрушек. Имеющиз, как уже упоминал, разнообразную форму и расцветку.

Правда, учитывая возраст и рост не званной и неожиданной партнёрши, использовать ножи и факелы артист не стал. Что, закономерно, вызвало неодобрение и негативную реакцию у маленький волшебницы. Которая тут же, не считаясь с негласным запретом и авторитетами, исправила это «упущение».

Леська начала смещаться в сторону. И, двигаясь по чуть-чуть вперёд, заставила артиста отступить. И, повинуясь рисунку номера и соблюдению дистанции, начать двигаться по кругу.

Что, в общем и целом, привело к тому, что наша неугомонная дочка вскоре оказалась возле кучи пока не задействованного «инвентаря». А вынужденный покинуть своё место жонглёр, оказался в точке, совсем недавно занимаемой этим бессовестным ребёнком.

После чего наша дочь, имитируя действия артиста, «помогла» себе своей маленькой ножкой. И, поочерёдно подняв в воздух всю кучу, воспользовалась пирокинезом и зажгла факелы.

Правда, в сторону партнёра не направила ни одного. Всё же, как уже упоминал, в этом тщедушном тельце был не по годам развитый мозг. И, оберегая артиста, Леська просто немножко ускорилась. И теперь, если можно так выразиться, «жонглировала на два фронта». «Нейтральные», так сказать, и безопасные снаряды она отправляла артисту. А довольно тяжёлые ножи и горящие и, как мне показалось, ощутимо пышущие жаром факелы, использовала исключительно единолично.

Ну, что сказать… Это было феерично.

Смело, эффектно и, совсем не заботясь ни о какой конспирации, Леська закрутила спираль из сонма опасных девайсов. При этом успевала не только управлять, с бешеной скоростью вращающимся над её головой торнадо, но и взаимодействовала с партнёром. Который держался лишь на «морально-волевых», а так же благодаря хорошей выучке и, весьма завидной, для условно-разумного, разумеется, сноровке.

Правда, по выпученным от напряжения глазам и выступившим на лбу капелькам пота, было понятно, что надолго артиста не хватит. На что, захваченный собственным выступлением и, как по мне, немножечко заигравшийся, чудо-ребёнок пока что не обратил внимания.

Зато, увидели мы с Мариной. И, обменявшись понимающими и догадливыми взглядами, пришли к выводу, что нужно спасать положение. Ведь, качественное, красивое и логичное завершение номера, в любом случае лучше, чем позорное и, не вызывающее ничего кроме отвращения и сочувствия, фиаско.

— Ты разрешил, ты и отдувайся! — Не то, чтобы злобно, но с явно заметной толикой ехидства, зашипела Марина.

При этом губы её улыбались, а глаза оставались холодными.

На что я, нисколько не сомневаясь в собственной правоте, пожал плечами. И, приведя, «убийственный» с мое точки зрения аргумент, «соскочил с темы».

— За шкирку держать надо было крепче! — Контстатировал очевидный «проёб» суженой, я. — А, так как сама не сумела совладать, то тебе и домино в лапки!

После чего показал язык и, отвернув голову и сложив руки на груди, продемонстрировал искреннюю заинтересованность происходящим на арене.

— Ты за это поплатишься! — Пригрозила Марина.

Но, так как находившегося на последнем издыхании бедолагу нужно было спасать, поднялась с кресла. После чего, переступив бортик, встала рядом с начавшим впадать в лёгкую панику жонглёром.

И тут же, воспользовавшись силовыми жгутами, перехватила всю «летающую кучу», и перенаправила грозящий обрушиться рой, на себя. На что несчастнвй артист, практически обессиленный, и потому даже не удивившийся везапно подоспевшей подмоге, ответил благодарным взглядом и отошёл в сторонку.

Однако, покидать «место действия», не стал. А просто находился рядом, всем своим видом изображая, что «так и было задумано».

Тем временем, мои расшалившиеся и раздухарившиеся девочки начали творить самые настоящие чудеса. Выстраиваивая из порхающих и, казалось, обретших собственную жизнь, предметов различные геометрические фигуры. Поначалу простые они, по мере «вхождения в вкус» стали приобретать всё более и более сложную форму, постепенно становясь настоящими произведениями искусства.