— Мы сидели у камина, закутанные в один маленький плед, потому что других не было, — Рейнар говорил тихо, погруженный в воспоминания. — Метель выла снаружи. Холодно, неуютно. Было неизвестно, как долго мы тут застрянем.

— Но я не боялась, — шепнула Виола. — Совсем. Потому что он был рядом.

— А я думал, — Рейнар посмотрел на нее, — что если бы мне нужно было застрять где-то в метель, то пусть это будет с ней. Потому что даже в развалюхе, в холоде, в неизвестности — с ней было хорошо.

— И тогда он сказал…

— «Я люблю тебя», — закончил Рейнар. — Просто так. Без подготовки, без красивых речей. Просто правду.

— А я ответила: «Я тоже тебя люблю. Давно». — Виола улыбнулась сквозь подступающие слезы. — И мы целовались, пока не кончилась метель.

Они замолчали, все еще глядя друг на друга, потерянные в воспоминании.

Ридсар ничего не говорил несколько минут, давая им побыть в этом моменте.

Наконец магистр тихо произнес:

— Спасибо. Это была прекрасная история. — Он закрыл блокнот. — Ритуал воспоминаний завершен. Вы вспомнили, что связывало вас. Это важно. Завтра — третий день, Ритуал прощения. Но сегодня… просто побудьте с этими воспоминаниями. Они часть вас, часть вашей истории. И они прекрасны, несмотря на то, что случилось потом.

Выходя из кабинета, Виола и Рейнар шли рядом, плечом к плечу.

— Астра ждет нас на кухне, — напомнил Рейнар.

— Да. — Виола кивнула. — Пойдем?

— Пойдем.

Они спустились на первый этаж и нашли кухню — просторное помещение с большими плитами, рабочими столами, кучей кастрюль и сковородок, запахом специй и свежего хлеба.

Астра стояла у стола, готовила ингредиенты.

— А, вот и вы! — она просияла. — Как раз вовремя. Сегодня будем готовить пряничное печенье. Новый год скоро, нужно быть готовыми.

— Мы никогда не делали пряники, — предупредила Виола.

— Тем лучше! — Астра протянула им фартуки. — Надевайте. Я научу.

Следующий час был наполнен хаосом, смехом и мукой. Буквально — мука была везде.

Астра показывала, как замешивать тесто, как раскатывать, как вырезать формочками фигурки. Виола и Рейнар пытались следовать инструкциям, но получалось не очень.

— Нет, нет, не так, — Астра подошла к Рейнару, который пытался раскатать тесто. — Вы слишком сильно давите. Тесто нежное, с ним нужно бережно. Вот так. — Она взяла его руки в свои, показывая движения.

Рейнар кивнул, стараясь запомнить.

Виола вырезала формочками фигурки — елочки, звездочки, человечков — но они получались кривоватыми.

— Ничего, — успокоила наставница. — Главное не форма, а любовь, которую вы вкладываете. Пряники, сделанные с заботой, всегда вкуснее идеальных.

Они посыпали фигурки корицей, имбирем, выкладывали на противни. Астра ставила их в печь.

Пока пряники пеклись, они сидели за столом, пили чай, который заварила Астра.

— Вы хорошо работаете вместе, — заметила она. — Дополняете друг друга. Он силен там, где вы слабы. Вы ловки там, где он неуклюж. Вместе — гармония.

Виола и Рейнар переглянулись.

— Когда-то было так, — тихо сказала Виола.

— Может быть, и сейчас тоже, — женщина пожала плечами. — Просто вы забыли, как это.

Пряники испеклись, наполнив кухню невероятным ароматом. Астра достала их, дала остыть.

— Попробуйте.

Виола взяла одну звездочку, откусила. Тепло, сладко, с легкой остротой имбиря и теплотой корицы. На языке таяло.

— Это восхитительно, — призналась она.

— Потому что вы сделали это сами. Своими руками, с заботой. — Наставница улыбнулась. — Магия не нужна для чуда. Иногда чудо — это просто мука, сахар и желание сделать что-то хорошее для кого-то.

Рейнар тоже попробовал. Кивнул с одобрением.

— Спасибо, Астра. За урок.

— Возвращайтесь, когда захотите, — она помахала им на прощание. — Моя кухня всегда открыта для тех, кто хочет учиться.

Рейнар ушел первым.

— Я пойду наверх, — сказал он, забирая пакет с пряниками. — Устал.

— Иди, — кивнула Виола. — Я помогу Астре убрать.

Он бросил на девушку такой взгляд, будто хотел что-то сказать. Но передумал. Кивнул и вышел.

Виола повернулась к Астре, которая уже собирала со стола остатки муки.

— Тебе не обязательно помогать, — сказала повариха. — Иди отдыхай.

— Хочу помочь. Правда.

Это было наполовину правдой. А что касается второй половины — Виола не была готова вернуться в номер, где за тонкой стеной будет лежать Рейнар, и у нее в голове снова и снова будут вспыхивать воспоминаниями об их первом поцелуе.

Астра, казалось,все поняла. Ничего не сказала, просто кивнула на раковину.

Они мыли посуду молча. Точнее, Виола мыла, а Астра вытирала — быстро, ловко, привычными движениями. На кухню постепенно возвращался порядок. Мука была подметена с пола и других поверхностей, противни убраны на полки, а формочки — в ящик.

— Чай? — предложила Астра, когда все было убрано.

— С удовольствием.

Повариха поставила чайник на плиту — тяжелый, медный, с потемневшей от времени ручкой. Обычный чайник, который ставится на огонь, никакой привычной магии. Затем достала из шкафа жестяную банку с травами, засыпала в заварник.

— Мой рецепт, — пояснила она. — Мята, чабрец, немного меда. Без магии, естественно.

Они устроились за кухонным столом — не за тем, парадным, а за маленьким, в углу, заставленный банками со специями и кулинарными книгами. Стол, за которым Астра, видимо, ела сама после работы.

Виола обхватила чашку ладонями. Тепло расходилось по пальцам.

— Астра, можно спросить?

— Спрашивай.

— Ты говорила, что ушла из ресторана после кризиса. — Виола помедлила. — Что произошло? Если не хочешь — не отвечай.

Астра долго молчала. Отпила чай. Потом поставила чашку и посмотрела на свои руки — широкие ладони, короткие ногти, мелкие шрамы от ожогов.

— Я потеряла вкус, — произнесла она. — В буквальном смысле.

Виола нахмурилась, не понимая.

— Я была магом-кулинаром, — продолжала Астра. — Высшая категория. Ресторан «Семь звезд» в столице — может, слышала?

— Конечно! Туда запись на месяцы вперед.

— На полгода, когда я там работала. — Астра усмехнулась, но без гордости, скорее, с горечью. — Каждое блюдо — произведение искусства. Магически усиленный вкус, идеальная текстура, аромат, который буквально обнимает тебя. Критики писали, что мои десерты вызывают слезы счастья. И они не преувеличивали — это было встроено в заклинание.

— Звучит невероятно.

— Звучит, — согласилась Астра. — А на деле… — Она отломила кусочек пряника, повертела в пальцах. — На деле я готовила по формулам. Магическим формулам. Столько-то единиц усиления вкуса, столько-то заклинания на текстуру, столько-то иллюзии на презентацию. Идеальная еда, каждый раз, без исключений.

— Но что в этом плохого?

— А то, что в какой-то момент я перестала чувствовать вкус. Настоящий вкус. — Женщина подняла глаза, и Виола увидела в них что-то знакомое — то же опустошение, которое она сама чувствовала и видела в своем отражении в зеркале перед отъездом. — Магия делала все за меня. Мне не нужно было пробовать, подбирать, экспериментировать. Заклинание само определяло идеальный баланс. А я просто… стояла и произносила формулы. Как автомат.

Она замолчала, глядя на пряник.

— Десять лет. Десять лет я готовила, не чувствуя еды. Не чувствуя вообще ничего. Утром приходила на кухню, вечером уходила. Весь день — пустота с привкусом совершенства.

Виола понимающе вздохнула.

— Последней каплей был суп, — Астра тихо рассмеялась. — Представляешь? Не какой-то грандиозный провал, не скандал — обычный суп. Как-то во вторник я пришла домой после смены, села на кухне. Была голодна, но не хотела готовить. Слишком устала даже для простого заклинания.

— И что?

— Сварила суп. Обычный, на плите. Лук, картошка, морковь, соль. Без единого заклинания. — Голос Астры стал тише. — Пересолила. Лук не дожарила. Картошка разварилась в кашу. Самый ужасный суп в моей жизни.