Я провожаю Демьяна до двери. Он смотрит на меня так, будто готов снова напроситься на ночь. Глаза тёмные, губы чуть припухшие после наших долгих поцелуев. И меня к нему так тянет… Я еле держусь. Между нами витает напряжение, такое густое, что его почти можно потрогать. Не знаю, что не так с этим парнем, но меня от него за версту ведёт.
— Завтра я заеду за тобой, — говорит он хрипловато. — Твоя машина ведь осталась у работы…
Боже, как заботливо и внимательно с его стороны. Даже я уже забыла…
— Да, — киваю я, стараясь не улыбаться слишком широко. — Хорошо.
Соглашаюсь, кажется, впервые настолько быстро и спокойно.
Он наклоняется и дарит мне ещё один короткий, обжигающий поцелуй в уголок губ…
— Спи сладко. И ни о чём не думай, колючка.
— Постараюсь, — шепчу в ответ. Не знаю даже, почему позволяю ему себя так называть. Чувство, словно уже привыкла.
Дверь закрывается. Я остаюсь одна. Прислоняюсь к стене, прижимаю пальцы к губам — они всё ещё горят. Внутри столько всего. В первую очередь, ощущение, что рядом был мужик всё это время. Настоящий, дерзкий, знающий цену женщине мужик. А это не может не привлекать. В сравнении с прошлым моим опытом — небо и земля, конечно. Да я даже вспоминать не хочу…
Я наконец иду помыться и переодеться в домашнее…
Чувствую, как тело приятно расслабляется под струями воды… Было бы лучше, если бы он остался? Стараюсь об этом не думать. Давать всё и сразу — глупо. Он и так уже много от меня получил… Пусть теперь проявит терпение. Да и я должна…
В спальне включаю ночник, беру телефон. Мы ещё немного переписываемся с Демьяном — ничего серьёзного, но так по-домашнему, так… нежно. Он присылает смайлик с подмигиванием, я отвечаю гифкой с котиком, который падает с дивана. Мы оба смеёмся в переписке. И я чувствую, как меня к нему тянет. Сильно. Так, что даже страшно. Ведь я привыкла с ним собачиться, а тут… Ну прям, идиллия какая-то.
Ложусь в постель, укрываюсь. Мысли замедляются, веки тяжелеют… И вдруг снова вибрация телефона. Сначала я думаю, что он ещё что-нибудь отправил… Но потом вижу сообщение от бывшего.
Сердце пропускает удар. Потом начинает колотиться так, будто хочет вырваться из груди.
«Давай встретимся, немного поболтаем. Была слишком странная атмосфера, и я не успел позвать».
Ненавижу. Всё во мне сжимается от этой ненависти. Пальцы сами печатают:
«Не пиши мне больше».
Ответ приходит мгновенно.
«Давай хотя бы передам тебе деньги за кредит».
Хмурюсь. Неужели вспомнил, как бросил меня с этой кабалой на шее?!
«Переведи просто и всё, я номер не меняла».
Но он не унимается:
«Лучше лично. Завтра в шесть? В том кафе, где мы всегда…»
Стискиваю зубы. Нет. Ни за что!
«Нет. Переведи деньги. Точка».
Откладываю телефон экраном вниз. Глубоко дышу. Пытаюсь успокоиться. Но тревога уже вцепилась в меня — цепкая, липкая. Даже милые сообщения от Демьяна не могут её полностью заглушить.
И засыпаю с тяжёлым сердцем…
* * *
Утро встречает меня солнечным светом и настойчивой трелью будильника. Быстро собираюсь, сегодня душа не лежит к долгим ритуалам красоты, но всё же наношу лёгкий макияж, расчёсываю волосы, заплетая шишку. В голове сумбур: Демьян, бывший, командировка, неопределённости… Мужики, блин…
Ровно в девять слышу гудок машины из окна. Демьян. Думала, он поднимется, но он решил подождать внизу, как джентльмен.
Выхожу, сажусь рядом. Он улыбается, когда видит меня.
— Доброе утро. Ты прекрасно выглядишь…
— Спасибо, — улыбаюсь в ответ, но улыбка выходит натянутой.
И самое прикольное, что он сразу же замечает, словно чувствует меня. Детектор, блин…
— Что-то не так?
— Почему ты так решил?
— Ну что я, не знаю свою женщину…
«Свою женщину»… Хочется плакать… Обнять и плакать, чёрт возьми…
И я вдруг решаю рассказать. Кратко, без лишних эмоций: про кредит, который я брала для него, про то, как он исчез с деньгами, оставив меня разбираться с долгами в одиночку. И что он вчера снова мне написал…
Демьян слушает внимательно, не перебивает. Лицо при этом пропитано яростью, в глазах — что-то тёмное, почти опасное. Потом он просто берёт меня за руку и тихо говорит:
— Не переживай. Всё будет хорошо. Если ещё раз напишет — дай мне знать просто. И всё. Договорились?
Его уверенность действует на меня успокаивающе. Киваю, благодарно сжимаю его руку.
Мы подъезжаем к офису. Я быстро прощаюсь и убегаю на своё рабочее место — нужно успеть выкатить отчёт до начала планерки. Но не успеваю даже сесть за стол: Аня хватает меня за руку и тянет в сторону уборной. С таким видом, словно сковырнула гнойник…
— Так-так-так, — шипит она заговорщически. — Ты приехала с ним. С самим Разумовским! Признавайся, что между вами?!
Стою перед зеркалом, поправляю блузку. Молчу секунду. Потом глубоко вздыхаю и впервые вслух произношу то, что давно вертится в голове…
— Да-да! Он мне нравится, Аня, ясно?!
Подруга замирает, потом расплывается в широченной улыбке:
— Ну наконец-то! Я же говорила — между вами искры летали ещё с первого дня! Нифига себе!
Я вздыхаю и с ухмылкой мотаю головой, глядя в отражение… Впервые за долгое время чувствую, что, может быть, всё действительно наладится. Но тень бывшего всё ещё где-то рядом, и мне очень неприятно из-за этого…
Глава 30
Демьян Разумовский
Утро начинается с очередного планерного совещания. Я стою у интерактивной доски в конференцзале, кратко обрисовывая задачи на неделю. Голос ровный, уверенный, будто внутри не бурлит вулкан эмоций от того, что я узнал от неё в машине. Ещё как кипит. Я бы нашёл его и втоптал в асфальт после этого. Сучара тупорылый. Узнаю, что преследует её и точно башку отвинчу, нахрен. Слова вылетают из меня привычно остро и сосредоточено. Я нарезаю задачи, ставлю сроки, а сам… Сам матерюсь внутри так, что хочется убивать…
Краем глаза я всё равно ловлю её в фокус. Дана сидит прямо передо мной, слушает внимательно, точнее, делает вид, что слушает, но взгляд… он то и дело возвращается к картинке. Задерживается на моём лице, скользит по рукам, снова встречается с моими глазами, и тут же стеснительно отворачивается.
Вчера дома она так меня целовала, что я забыть не могу. Откровенно залип на её чисто домашнее тепло. На нежность, на способность становиться другой. Открытой, спокойной. Вообще не такой, как в офисе. Сейчас же как всегда… Прямая осанка, волосы собраны в аккуратную шишку на голове, полупрозрачная блузка с жакетом, юбка-карандаш, чёрные колготки… Каблуки… Ш-ш-ш… Шипучка.
Внутри меня что-то бахает на секунду… Возбуждение и желание прижать ей к себе… Понюхать хотя бы… Ну, до тех пор, пока я не думаю о её бывшем. Потому что стоило ей утром кратко заикнуться мне об этом гондоне. О том, что он посмел написать ей, так меня всего передёрнуло и эта хрень продолжается до сих пор. Теперь мне понятно, почему она прячется за этой маской язвительности и сарказма. Почему на всех мужчин реагирует столь… Агрессивно или предвзято, не знаю. «Спасибо» от лица всех мужиков подобным пидорасам за то, что усложняют нам задачи нормального процесса завлекания самки. Всё идёт по одному месту, ведь та самая самка после встречи с подобными недосамцами уже взваливает на себя роль добытчика и одиночки… Что само по себе уже ненормально. Особенно в её молодом возрасте.
Я сжимаю ручку в руке чуть сильнее, чем нужно, и продолжаю говорить. Вроде как ничто не выдаёт мой истинный настрой, но внутри, блядь, всё кипит.
Когда начинается рабочий день и все расходятся по своим местам, я тут же набираю её Аньку, потому что мне нужно узнать кое-какие детали…
— Зайдите ко мне. На пару минут.
Она удивлённо отвечает «сейчас, конечно», но послушно идёт ко мне в кабинет. Просто у нас с ней особо никогда не было рабочих отношений… А тут…
— Мне нужно имя её бывшего. И подробности про кредит.
