«У них, может, и оружие есть», — подумала Лина.

Один шкаф шёл чуть впереди и, видимо, был за главного у этой парочки. Респиратора не носил, правильно, там наверху закон не писан. Брезгливо повёл губами, скользнул взглядом по собравшимся и остановился на Грее, приняв его за лидера.

— Помехи уберите! Не мешайте работе техники! — грозно заявил верзила.

— Какие помехи? — искренне удивился Грей.

«Ты что, хакнул им машину?!» — не удержалась в чате Лина.

— Скажите, на каком основании идут работы? Три дня назад по информации открытого реестра территория всё ещё принадлежала мегаполису. Зона назначения: парк. А теперь якобы две недели назад зона назначения изменилась. Как вы объясните такой временной парадокс? — Вик вышла вперёд. Над её головой горела надпись: «идёт запись».

Шкаф вздрогнул. На секунду замялся.

— Запрос со скринами и датами уже направлен в прокуратуру, идёт трансляция данной записи в эфир. — Вик сделала ещё шаг вперёд. — Жители мегаполиса, неравнодушные к судьбе парка, приходите защитить свои права!

Взгляд шкафов затуманился почти одновременно, и к ним бодрым шагом направился худой высокий мужчина. Тоже без респиратора.

«Запросили подмогу в чате, — догадалась Лина. — А этот уже без экзоскелета, и взгляд наглый! Делец из мелких сошек!»

— Ваш призыв к сбору граждан в период эпидемии СМО нарушает закон о противоэпидемиологических мерах. Я отправил заявку в правоохранительные органы, — заявил он и повернулся к Грею. — Если вы не перестанете создавать помехи для работы геологоразведывательной техники, я вызову группу реагирования: статья проникновение на частную территорию, саботаж.

— Какая статья! Ещё вчера это был общественный парк! — возмутился Грей. — Вы совсем там, что ли, охренели?!

— Все документы оформлены по закону, — осклабился хлыщ. — Если есть какие-то претензии, можете подать иск.

Он явно пытался вывести из себя Грея, чтобы спровоцировать на оскорбление или ещё более решительные действия. Но Вик вела запись, Грей молчал, разглядывая хлыща, как диковинную зверушку. Он прекрасно понимал, к чему тот клонит. И у не него не было синдрома Карпова…

— Когда же вы нажрётесь, сволочи! — Лина поняла, что если сейчас не скажет всего, что думает, то просто взорвётся. Главное без личных оскорблений, и не кидаться на него с кулаками. Но тут Грей, наверное, не даст. — Сами-то виллы свои в лесах строите, с настоящими деревьями! Все заповедники отжали под свои коттеджи! А у нас бетонное гетто должно быть?! Для быдла деревья не предусмотрены? И всё, чтобы вы деньгами давились?

— Должен вас разочаровать, — картинно развёл руками хлыщ. — Виллы в лесу у меня нет.

— И не будет! — припечатала Лина. — Думаете, из собачки на побегушках как-то вырасти до уровня владельцев корпораций? Вы для них такое же быдло, как и мы! Расходный материал. Чуть не угодите — наймут свежих слуг. А вы пойдёте на должность клерка, давиться синтетическим дерьмом, которое рекламируете нам, как оптимальную еду!

Хлыщ улыбнулся, но улыбка вышла кривоватой. На плечо Лины легла рука Грея, Серж встал рядом. Вик продолжала снимать.

— Последний раз предлагаю вам покинуть частную территорию и не препятствовать работе техники! Иначе я вызываю отряд охраны, — заявил хлыщ. Прозвучало бы угрожающе, если бы его голос в конце не сорвался на фальцет.

Лина прыснула со смеху.

— Перед хозяевами не стыдно на кучку гражданских вызывать штурмовую группу?

Глаза хлыща недобро сверкнули и на мгновение затуманились. «Вызвал, или связался со своими», — догадалась Лина.

В перепалке она выпустила пар и успокоилась. Теперь ситуация её пугала: делают ведь, что хотят, закон переписывают, покупают суды. Да что там, правосудие давно превратилось в фарс, могли бы уж не держать ширму и сразу творить беззаконие. Хотя они, наверное, так бюджетные деньги отмывают.

Хмырь одарил Лину презрительным взглядом, торжествующе улыбнулся, и с двумя своими амбалами не спеша направился к своим. Продолжать разговор он не видел смысла.

«Вызвал группу реагирования, как пить дать, — сбросила в чат Лина. — Что теперь делать?»

— По документам они сейчас окажутся кругом правы, — Грей ответил вслух, как он любил. — Единственный выход — привлечь общественное мнение. Если мы сейчас промолчим, завтра они отберут воздух и заставят нас его покупать.

Лина поняла, почему Грей ответил вслух: Вик всё ещё вела запись.

«Зря стараешься, Грей, никто не придёт. Сам знаешь, что такое эти группы реагирования».

— Я живу этим лесом, — ответил здоровяк. — Вырос, гуляя по нему с отцом. Поступил на редкий факультет лесничества. Устроился работать здесь за копейки. Идиот, думал, власти будут заботиться о единственном парке города. В итоге вот этими руками каждый год выкапывал борщевик. Но мне и этого хватало, пока они не решили отобрать у меня лес. Мою жизнь…

«Хорошая речь, уже пятьсот комментариев, но никто не придёт», — скинула в чат Вик.

— Пусть все увидят в прямом эфире, что есть люди, готовые бороться против этих дельцов, — ответил Грей. — Ты останешься, чтобы снимать?

— Конечно, я журналист, это мой долг, — тоже вслух ответила Вик. — Если не будет независимых журналистов, у нас вообще не останется никаких свобод.

— У нас и так уже давно не прогрессивный, а тоталитарный капитализм, — усмехнулся Серж. — И я останусь, мне тоже особо терять нечего. Электрокары чинить и в тюрьме смогу. Говорят, там ещё и кормят бесплатно.

В чат Лине пришло сообщение от Грея: «Ты молодая ещё, уходи, не порть себе карьеру…»

Дальше Лина читать не стала, подошла вплотную к Вик.

— И я останусь! Думаете, я молодая? Вся жизнь впереди? Мне уже за тридцать, а выгляжу как подросток! Это всё из-за синдрома Карпова, эти дельцы изобрели такой классный стимулятор роста, а последствия для людей не изучили. Конечно, им же главное деньги заработать здесь и сейчас! Такие как я после тридцати умирают, так что мне недолго осталось. Спасибо вам, корпораты! И терять мне тоже особо нечего.

«Лина!»

— Лина! — сообщение от Миши пришло одновременно с тем, как он крикнул.

Она обернулась. По траве, оставив брошенный электрокар с раскрытой дверью, к ней бежал Миша.

— Лина, ты в порядке? Что вы тут делаете? — задыхаясь, произнёс он.

— Сейчас зададим этим драным хлыщам, вот что! — с вызовом ответила Лина.

— Нельзя нападать на представителей власти! Это нарушение закона. Если хотите протестовать — есть документы. — Миша говорил с такой верой, что Лине захотелось плюнуть ему в лицо. Наивный придурок. Марионетка системы!

— Хорошо, что ты пришёл, мальчик, — Грей повернулся к Мише. — Уведи её отсюда.

Лина почувствовала, как внутри снова поднимается волна эмоций. Жар ударил в щёки. Сдерживаться она не стала, проскочила мимо Грея и рванула к хлыщу. Хоть в лицо плюнуть ему. Мелкое хулиганство, зато сколько удовольствия!

Сознание как бы разделилось на два. Первое торжествовало и хотело поскорее оценить лицо важных птиц после плевка. Второе спокойно наблюдало и оценивало последствия. Это от медитаций на осознанность так. Выбор. Лина могла выбрать второе и успокоиться, но не захотела.

Сзади возмущался Грей, кричал Миша. Лина была уверена, что они побежали следом. Но куда там им до больного синдромом Карпова. Лина на гормонах сейчас в разы быстрее их. Хоть какой-то плюс от этой заразы. На шум обернулись шкафы-охранники. Или не на шум, наверняка у них импланты по обзору на 360. И плюнуть в лицо разве что только им получится. Главный шкаф, недолго думая, снял с пояса станнер. Лина замедлилась. Но, похоже, было уже поздно…

Второй тоже вытащил оружие, но не стал направлять его на Лину. Оба шкафа синхронно отвернулись в совершенно противоположную сторону. Туда, где стоял покалеченный машиной лес. Заросли борщевика как-то странно двигались и шумели.

Корпораты в дорогих костюмах как по команде бросились назад, но было поздно. Лина не поверила своим глазам: борщевик приближался, он как будто отделился от корней и превратился в шипящую зелёную массу с торчащими оттуда листьями, стволами, клыками и когтями…